Алекперову не везет с наследниками

Алекперов не раз завуалированно высказывался о том, кто может стать его преемником, однако однозначного ответа нет до сих пор. Какие есть варианты и как другие состоятельные россияне передают в наследство имущество, приватизированное более тридцати лет назад, разбирался «Октагон».

Сын не оправдал надежд

Вагит Алекперов озабочен потенциальной передачей большого наследства. Акционеры компании – тоже. Ещё пять лет назад на Гайдаровском форуме глава ЛУКОЙЛа заявил, что вопрос наследования заботит его, поскольку главной задачей развития компании видит сохранение устойчивости ЛУКОЙЛа и все механизмы уже расписаны.

«Я создал фонд, который направлен на развитие социальных проектов, который насыщен крупными средствами. Эти средства будут защищены моим завещанием на долгие-долгие годы. Плюс пакет акций, который принадлежит мне, не перейдёт к моим наследникам – они не имеют права им распоряжаться».

Вагит Алекперов | глава ЛУКОЙЛа

Этим заявлением он успокоил держателей акций.

Дело в том, что глава ЛУКОЙЛа, которому нынче исполнилось 70 лет, пытался привлечь к управлению компанией своего сына Юсуфа. Алекперов-младший имеет профильное образование и даже проходил стажировку на одном из месторождений в Западной Сибири, в Когалыме. «Моя задача сегодня – дать образование сыну, дать возможность получить опыт. Я надеюсь, что через два-три года он станет хорошим специалистом и в системе компании начнёт свой карьерный рост. Я не мог его сегодня, молодого специалиста, поставить с собой рядом. Карьерный путь он также наравне со всеми должен пройти», – заявил Алекперов-отец в 2015 году. Спустя ещё пару лет он не терял надежды: в интервью агентству Bloomberg сообщил, что готов передать «по наследству» должность сыну, если тот пройдёт обучение за рубежом.

Однако сын не оправдывает ожиданий отца: у Юсуфа Алекперова свои планы. Вместо стажировки в иностранной компании Алекперов-младший ушёл из компании, чтобы запустить бизнес по производству энергетического напитка Plan B, а позже открыл рекламную компанию «Цифровые технологии».

По данным портала «Руспрофиль», Юсуф Алекперов владеет двумя компаниями – ООО «Юсал» и ООО «Экто». Обе основаны в 2016 году.

По версии Forbes, сын нефтяника – самый богатый наследник России. Его наследство оценивают в 18 млрд долларов. Очевидно, сам Алекперов-старший уже смирился с тем, что сын выбрал другой путь. В 2018-м в интервью агентству «Прайм» он заявил, что следующим главой компании, скорее всего, станет кто-то из топ-менеджмента.

О какой доле идёт речь

Между тем точная доля Вагита Алекперова в ЛУКОЙЛе неизвестна и колеблется от 3 до 30 процентов. Летом 2015 года Алекперов объявил, что владеет не более чем 30 процентами акций, и этим он обозначил потолок владения. На Петербургском международном экономическом форуме – 2017 глава ЛУКОЙЛа заявил, что доля его владения составляет не более 24,8 процента из-за ограничений российского законодательства. А в марте этого года глава компании докупил акций ЛУКОЙЛа на 5 млн долларов.

«Изменения после ухода такого крупного акционера в структуре ЛУКОЙЛа будут глобальными. Фактически неизвестно, кому именно принадлежит компания. Официальным бенефициаром является Вагит Алекперов, ему принадлежит от 3,11 процента до 25 процентов акций».

Екатерина Косарева | управляющий партнёр аналитического агентства WMT Consult

Такие расхождения в оценках объясняются как личным владением, так и через подконтрольные Алекперову фонды. Держателями акций могут быть и неизвестные офшорные компании, опосредованно принадлежащие Алекперову-старшему, так что реальный процент владения может оказаться выше.

Косарева считает подобные запутанные схемы опасными: «Наследники могут даже не знать, куда идти за долей почившего акционера и с кого спросить. Не исключено, что в наследственном споре могут появиться и другие претенденты».

В пресс-службе ЛУКОЙЛа не ответили на вопрос, как могут скорректироваться планы нефтяного гиганта в случае смены основного акционера, который является и президентом компании.

Битва за приватизированные миллиарды

Известны не менее громкие случаи драматического развития событий вокруг имущества, приватизированного в лихие 90-е. Особенно резонансным оказалось дело Бадри Патаркацишвили – Бориса Березовского, которые нажили миллиарды на продаже активов, приобретённых в 1990-е («Сибнефть», «Русал», «ЛогоВАЗ», «КоммерсантЪ» и ОРТ). Тогда Березовский не успел юридически закрепить владение совместными активами, и после внезапной кончины Бадри в 2008 году наследство «разлетелось» по близким и дальним родственникам грузинского олигарха. Это стало началом краха Березовского.

Другим громким делом стала история о наследстве Юрия Лужкова, бывшего мэра Москвы. Выяснилось, что из официальных активов, подлежащих наследованию, родственникам досталась только квартира на Тверской-Ямской. Примерная оценка стоимости объекта недвижимости площадью в 450 кв. м – 600 млн рублей. Однако эксперты дружно сходятся на том, что это лишь малая часть реального имущества, которая могла принадлежать Лужкову. Считалось, что основную часть имущества экс-мэр переводил на жену.

Как ещё олигархи распоряжаются своим капиталом

Наблюдатели не исключают, что в ближайшем будущем подобных имущественных споров будет немало. Некоторые выходцы из списка Forbes заранее подстилают соломку.

Ещё в 2010 году миллиардер Владимир Потанин, владелец «Норникеля», объявил о решении все активы раздать на благотворительность. По его словам, дети не должны находиться в тени знаменитого отца, иначе «какая у них будет в жизни мотивация для достижения чего-либо». В 2020 году Потанин возглавил рейтинг богатейших бизнесменов по версии Forbes.

Владелец O1 Group Борис Минц создал крепкий семейный бизнес, который точно отойдёт детям, занятым развитием различных структур внутри O1. Проблема прожигающих жизнь детей олигархов бизнесмену не знакома: со студенческих лет сыновья Минца стажировались в различных банках и компаниях.

А вот дочь владельца торговой сети «Магнит» Сергея Галицкого точно не станет преемницей отцовского бизнеса. По совету отца Полина окончила Кубанский госуниверситет по специальности «экономика», хотя изначально хотела поступать на иностранные языки. Известно об одном неудачном бизнес-проекте Полины и коротком замужестве. Галицкий считает, что не имеет права моделировать жизнь дочери, и оказался решительно против того, чтобы Полина пошла по его стопам. Сейчас девушке 25 лет.

Более сложным инструментом хранения денег воспользовался глава «Роснано» Анатолий Чубайс. Он открыл фонд типа family office, или фонды для квалифицированных инвесторов (ФКИ). В 2016 году Чубайс признался, что владеет «небольшим single family office». Когда изменилось законодательство, ему, как российскому чиновнику, пришлось расстаться со швейцарским активом SFO Concept AG. Такая структура включает в себя одну и более семей, которые доверяют фонду управление активами в виде инвестирования или контроля над управлением финансами. Акций таких фондов нет на бирже, и доступны они только для квалифицированных инвесторов. Так пайщики снижают риски от потерь.