Армия «ихтамнетов»

У них десятки определений: «дикие гуси», «солдаты удачи», «вежливые люди», наконец, «ихтамнеты». Их история в нашей стране пишется со времён Ивана Грозного: совсем не случайно покорять Сибирь самодержец отправил не стрелецкий отряд с воеводой во главе, а формально гражданского Ермака Тимофеевича – пращура нашего с вами современника Вагнера. Кое-кто пытается выдать их за наёмников и настойчиво требует поместить «ихтамнетов» в прокрустово ложе закона – мол, они же бандиты! Да только надо ли власти?

Фамилия Ермака Тимофеевича, положившего Сибирь к ногам грозного царя, так до сих пор и не установлена. А вот знаменитый Вагнер, который воевал со своим «Славянским корпусом» в Сирии, затем участвовал в «крымской весне» и помогал ополченцам Донбасса, не так давно «спалился», прибыв в Кремль на приём в честь Дня героев Отечества. Так стало известно его имя – Дмитрий Уткин. Нужно отдать должное руководству российского государства – волею случая попавших в кадр героев (а в том, что они герои, никаких сомнений, полные кавалеры ордена Мужества и Герои России) окончательно «легализовали» посредством фотосессии с главой государства в кремлёвских интерьерах. Кажется, теперь все вопросы должны бы отпасть сами собой. Совместное фото с Владимиром Путиным может считаться окончательным признанием несомненных заслуг. Однако тут же последовали обвинения – мол, в Кремле привечают наёмников. А потому поскорее бы Госдума приняла закон о частных военных компаниях. Ведь формально «человек с ружьём», если он действует вне правовых рамок, – бандит и убийца. Наёмник. И точка.

Будет закон – будет ответственность. Но зачем?

По российским законам наёмничество – уголовно наказуемое деяние, предусмотренное 359-й статьёй УК. А есть ещё 208-я статья – организация незаконного вооружённого формирования. При этом либералы намекают: вот если бы депутаты приняли закон о частных военных компаниях (ЧВК), легализовав тем самым Вагнера и ему подобных, тогда другое дело. Желающие повоевать в Донбассе могли бы в установленном порядке получить свои «лицензии на убийство». В том-то и кроется подвох: если ЧВК утрамбовать в прокрустово ложе закона, то в их существовании более не будет никакого смысла. По сути, «солдаты удачи» превратятся в военных, и тонкая грань, позволяющая им делать то, что не могут военные, испарится сама собой. Данной тонкости, кажется, и не понимают политики, подобные эсеру Геннадию Носовко – застрельщику этой инициативы, упорно пробивающему принятие закона о ЧВК. «Мы же хотим, как лучше, хотим, чтобы наших ребят не воспринимали как наёмников, воюющих вне закона!».

Англичане создали более сотни успешных военных компаний, но закона о ЧВК у них как не было, так и нет, хотя о его принятии британские парламентарии судачат уже полвека
Однако что там гласит международное право? Статья 47 (2) первого дополнительного протокола к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года определяет наёмника как лицо, принимающее «участие в военных действиях, руководствуясь главным образом желанием получить личную выгоду». А если человек воюет за идею, то какой же он, в самом деле, наёмник? Есть и другая тонкость: «Согласно международному праву и национальному законодательству ЧВК не могут принимать участие в боевых действиях в составе регулярных вооружённых формирований, – говорит директор независимого научного фонда «Институт проблем безопасности и устойчивого развития» Виктор Ананьев. – Но они имеют право применять оружие при оказании военных услуг, оговорённых в договоре с заказчиком, для самозащиты и обеспечения безопасности вверенных им объектов, имущества и людей».

Крючкотворство?

Таким же крючкотворством занимаются и американцы, и англичане. Последние создали более сотни успешных военных компаний, но закона о ЧВК у них как не было, так и нет, хотя о его принятии британские парламентарии судачат уже полвека. В самом деле, к чему им этот закон, когда его принятие лишь подрежет «диким гусям» крылья?! «Не случайно на внутригосударственном уровне деятельность ЧВК законодательно регулируется лишь в некоторых странах, да и то поверхностно, – отмечает Виктор Ананьев. – В большинстве же случаев ЧВК действуют исключительно в рамках корпоративных кодексов поведения, соблюдения которых от компании требуют при оказании военных услуг, но не законодательства».

Сергей КАНЧУКОВ, генерал-майор запаса, ветеран ГРУ:

– Всё, что пишет российская пресса о частных военных компаниях, часто досужие домыслы. Подозреваю, что точными данными на сей счёт не располагают даже в Мин­обороны. Вот пример: недавно на свет просочились данные, что российская группировка ЧВК только в сирийской провинции Латакия может насчитывать до 20 тыс. человек. Часть экспертов возмутились – невозможно, мол, набрать в России такое количество сотрудников! Но мой анализ показывает, что набрать можно и в разы больше. Многое зависит от подхода к данной проб­леме прежде всего со стороны государства. Сегодня у нас едва начали обсуждать вопрос о целесообразности или нецелесообразности иметь ЧВК. Нет закона, регламентирующего деятельность ЧВК, недостаточно понимания, как всё это контролировать, откуда финансирование и т.п. Нужен ли закон о ЧВК? Практичнее было бы на первых порах установить хоть какой-то контроль Минобороны над ЧВК, я считаю.

Международные организации подобный расклад не устраивает, и они пытаются переломить ситуацию, но пока без особого успеха. К примеру, в 2005 году комиссия ООН по правам человека учредила рабочую группу по вопросу об использовании военных наёмников, и к лету 2009 года эта группа породила проект некой международной конвенции о контроле, надзоре и мониторинге за частными военными и охранными предприятиями. Теоретически этот документ устанавливал некие стандарты в области регулирования деятельности ЧВК и их персонала, а также в формировании международного надзорного механизма. Да только с тех пор прожект засунули под сукно – никому он ко двору не пришёлся, а менее прочих – Вашингтону и Лондону. И сегодня, резюмирует Виктор Ананьев, ни на национальном, ни на международном уровне «нет правового механизма, способного осуществлять контроль за деятельностью ЧВК». Так что наши «ихтамнеты» формально никаких законов не нарушают. Не за что, стало быть, и наказывать. Во всяком случае, пока.

Тем не менее депутаты Госдумы не унимаются и в ближайшее время обещают протащить закон о ЧВК. Хотя, как отмечают эксперты, от депутатов, в общем-то, мало что зависит. «Одобрить принятие такого закона должны в первую очередь силовики, которые неоднозначно воспринимают перспективу его принятия, – разъясняет эксперт Центра стратегической конъюнктуры Владимир Неёлов. – Но с 2012 года – с того момента, как о законе впервые заговорили с подачи вице-премьера Дмитрия Рогозина, – особых подвижек нет. И правительство, прямо скажем, на его принятии особенно не настаивает».

«Можно предположить, что на данном этапе использование такого инструмента ведения гибридных войн, как ЧВК, более выгодно в рамках неопределённого статуса, нежели в режиме полноценной правовой регламентации деятельности, – предполагает руководитель Центра военно-политической журналистики Борис Рожин. – И пока неизвестно, как история с «развиртуализацией» Вагнера-Уткина отразится на принятии закона о ЧВК».

Кстати, самого Вагнера-Уткина и его структуру российские профессионалы из ЧВК отнюдь не считают своими коллегами. К примеру, Олег Криницын, возглавляющий одну из наиболее известных российских ЧВК, «РСБ-Групп», разъясняет: «ЧВК Вагнера» – вовсе не частная военная компания, а военизированная организация без официального статуса. И к ней, таким образом, неприменимы стандарты и неписаные законы ЧВК. Между тем это не мешает отряду Вагнера выполнять самые деликатные задачи в Сирии и на Украине. А вот ту же «РСБ-Групп» в Донбассе не задействуешь – опасаются профи лишиться своих зарубежных контрактов. При этом агентство РБК уверяет, что негласно «группу Вагнера» курирует ГРУ – куда там тем же «РСБ» или «Моран Секьюрити»! Впрочем, это может быть совпадением: база Вагнера находится в Краснодарском крае на хуторе Молькино, буквально бок о бок с отдельной бригадой спецназа ГРУ. Просто соседи?

Объяснить растущее применение наёмных контрактников можно тем, что их потенциальная гибель не вызовет ни судебных тяжб, ни реакции прессы, ни общественных волнений
«Военизированную организацию без официального статуса» легко и просто задействовать в любых условиях. В конце декабря западные издания растиражировали фотоснимки бойцов ливанской «Хезболлы», осматривающих поле боя в Алеппо. При ближайшем рассмотрении на камуфляже «ливанцев» обнаружились нашивки с надписями на чистом русском: «Плохой», «Роджер» и т.п. А на рукавах – узнаваемые шевроны «вежливых людей» с автоматчиком, гладящим котика. Впрочем, американцы действуют точно так же, только рядятся не под «Хезболлу», а под курдских ополченцев. Раз уж речь зашла об американцах – год назад ВВС США заключили контракты с 15 ЧВК на проведение «операций по борьбе с глобальными угрозами национальной безопасности» страны как непосредственно в Штатах, так и за рубежом. Совокупная сумма контрактов – 975 млн долларов. Срок договоров истекает в январе 2025 года. И никакой, заметьте, законодательной базы под это не подбивают. При этом у американцев имеется чуть ли не самая оснащённая и боеспособная армия в мире, на которую тратят сотни миллиардов долларов, – зачем им ещё и ЧВК?

Дело в том, что война во Вьетнаме выявила одну нехорошую зависимость: как только солдаты начинают массово погибать на какой-то далёкой войне, население перестаёт доверять власти. У России есть свой пример – Афганистан. Пока жертв было сравнительно немного, народ с этим мирился. Но, как только счёт погибшим пошёл на тысячи, ситуация в корне изменилась. Американцы, надо признать, первыми сделали выводы, начав задействовать в самых кровопролитных конфликтах не солдат и офицеров, а «диких гусей». Кто там станет считать, сколько их погибло, да и вообще, сколько их слетелось в очередную горячую точку? А военных пересчитают и собственное начальство, и дотошные правозащитники.

«Потеря солдат и офицеров во внешних операциях всегда будет болезненно восприниматься общественным мнением, которое уверено в возможности войны без погибших», – пишет в журнале «Политико» Вальтер Брюйер-Остельс, научный сотрудник Сорбонны и один из самых авторитетных французских военных экспертов. Родственники погибших военнослужащих подают судебные иски и отсуживают у государства баснословные отступные, в то время как за гибель «дикого гуся» не взыскать ни цента. Это ли положение дел не выгодно государству? «Объяснить растущее применение наёмных контрактников можно тем, что их потенциальная гибель не вызовет ни судебных тяжб, ни реакции прессы, ни общественных волнений». К тому же задействовать ЧВК намного дешевле, чем армию. «История показывает, что для решения проблем за границей проще использовать не военных, а добровольцев, – соглашается с французским экспертом Олег Криницын. – От них, если что, всегда можно откреститься».

А вот какие любопытные вещи французский эксперт поведал о законодательной базе «ихтамнетов»: оказывается, во Франции, как и в России, есть законы, карающие за наёмничество. Но их действие, как отмечает Вальтер Брюйер-Остельс, «носит избирательное действие» – прямо как у нас в России. Скажем, раньше Париж навязывал французским судовладельцам для защиты от пиратов морских пехотинцев. Хочешь быть в безопасности – нанимай военных. Но с 2014 года вместо военных разрешено привлекать ЧВК, хотя часть французов и считают сотрудников этих компаний «бандитами и убийцами». Ничего не напоминает?

Беспризорные вояки

Вероятно, регламентировать деятельность частных военных компаний каким-то образом всё-таки необходимо, но для этого совершенно необязательно принимать «гражданский» закон. Можно сделать как в США. За океаном «диких гусей» традиционно контролирует Пентагон, а именно центральное командование (USCENTCOM). Заодно это центральное командование ведёт счёт своим «солдатам удачи» по всему миру. Вот относительно свежие данные: из 43 781 «ихтамнета», действующего по всему миру, 17 564 – американцы. Россиян они отдельно не пересчитывают, но вместе с другими гражданами стран СНГ наших насчитывается порядка 15 тысяч.

Кстати, поговаривают, что российские «ихтамнеты» вскоре появятся и в Ливии – во всяком случае, слухи о военной поддержке ливийской национальной армии фельд­маршала Халифы Хафтара российскими «отпускниками» циркулируют уже около месяца.

Справка

Есть подозрение, что закон о частных военных компаниях лоббируется крупными российскими корпорациями в собственных интересах – хозяевам многих из них наверняка хотелось бы обзавестись на законных основаниях своими собственными армиями. Впрочем, как показывает практика, те, кто хотел создать такие армии, уже их создали, не дожидаясь принятия законодательной базы. К примеру, у ЛУКОЙЛа имеется подразделение «Луком-А». «Засветилось» оно в Ираке – его бойцы, как правило, ветераны спецслужб, в частности знаменитого «Вымпела», занимаются охраной месторождений и трубопроводов, доставкой грузов и сопровождением конвоев.

Поговаривают, что принятие закона о ЧВК на руку и тем, кто хотел бы, занимаясь этим непростым бизнесом, избежать излишних контактов с силовиками. Известно, что именно силовики контролируют сегодня практически все вопросы, связанные с функционированием ЧВК. Но если будет принят соответствующий закон, то действие частных военных структур будет определять законодательство, а вовсе не заинтересованные представители МВД, ФСБ и т.д. Не так ли? Сегодня же подавляющее большинство ЧВК имеет «кураторов» в силовых структурах. У E.N.O.T. Corp и ЧВК МАР это, предположительно, ФСБ, «Антитеррор-Орёл» и «РСБ-Групп», возможно, опекает ГРУ, а у «Редут-Антитеррора», вероятно, имеются высокие покровители в Минобороны.