Баренцева сушь

Структура Korpfjell, на которую эксперты в Норвегии возлагали большие надежды, содержит лишь небольшое количество газа, сообщил оператор проекта норвежская Statoil. Это плохая новость и для российских «Роснефти» и ЛУКОЙЛа, которые активно интересуются регионом. Но если им есть из чего выбирать, то Statoil отступать некуда — только крупные открытия здесь позволят Норвегии избежать спада добычи углеводородов.

Первая скважина, пробуренная Statoil в норвежском секторе юго-восточной части Баренцева моря — бывшей серой зоне между Норвегией и Россией, не оправдала ожиданий. Как сообщила компания, по итогам бурения обнаружены небольшие запасы газа (6–12 млрд кубометров), которые не представляют коммерческого интереса. Результат разочаровал: структура Korpfjell представлялась очень перспективной, и партнер Statoil по участку шведская Lundin оценивала ее возможные запасы в несколько миллиардов баррелей нефти, а аналитики Rystad Energy — в 10 млрд баррелей. Это могло сделать Korpfjell самым крупным месторождением нефти на норвежском шельфе. Впрочем, глава добычи Statoil Джез Эверти заметил, что первое бурение в новой области редко бывает успешным: «Прежде чем было сделано первое коммерческое открытие в норвежском секторе Северного моря, были пробурены 33 скважины».

Korpfjell стала самой северо-восточной скважиной, когда-либо пробуренной на шельфе Норвегии. Расстояние до норвежского побережья — 415 км, до побережья России — 475 км, до Новой Земли — 555 км. Глубина моря здесь — 253 м. Лицензию на участок (№859) консорциум инвесторов (у Statoil — 30%, у Chevron и Petoro — по 20%, у Lundin и ConocoPhillips — по 15%) выиграл в 2016 году. Это стало возможным после того, как в 2013 году Россия и Норвегия провели демаркацию шельфа. Собеседники “Ъ” на рынке оценивают стоимость скважины в несколько десятков миллионов долларов, отмечая: цены на бурение серьезно упали, а еще в 2014 году скважина стоила бы «в три раза дороже».

По мере истощения ресурсов шельфа Северного и Норвежского морей нефтекомпании вынуждены уходить в поисках новых крупных месторождений все севернее, в Баренцево море. Бывшая серая зона на границе с Россией считается в этом отношении крайне перспективной, с российской стороны границы регионом интересуется в основном «Роснефть». ЛУКОЙЛ, не имея доступа к шельфу в РФ, в 2016 году получил долю в участке №858 в норвежской части серой зоны, бурение пока не проводилось.

Норвегии несколько лет не удается восполнять запасы углеводородов — в среднем за год добывается больше нефти и газа, чем открывается. Новые месторождения обнаруживают ежегодно, но они почти всегда небольшие. Последней крупной находкой было месторождение Johan Sverdrup в 2010 году с запасами до 2,8 млрд баррелей. Но для освоения Баренцева моря со сложной ледовой и навигационной обстановкой, большим удалением участков от берега и достаточно большими глубинами необходимо очень крупное открытие, которое окупило бы первоначальные вложения в инфраструктуру. Также желательно найти не газ, а нефть: она дороже, а транспортировать ее проще и дешевле. Если такое открытие сделать не удастся, по большинству прогнозов, Норвегию в ближайшие годы ждет снижение добычи нефти, а после 2025 года — и газа. С 2000 года производство нефти в стране упало на 45%, до 90,4 млн тонн, запасы снизились на 34%, до 7,6 млрд баррелей, по данным BP.

«Для перспектив добычи углеводородов на норвежском шельфе Баренцево море — практически единственный регион, где сохраняется возможность крупных открытий, поэтому Statoil продолжит бурить там, несмотря на неудачи»,— считает президент ИЭФ Владимир Фейгин. Он отмечает, что компания изначально относится к такому бурению как к рискованному и результат не рассматривается как глобальный провал. Кроме того, даже неудачное бурение дает Statoil информацию о геологии участка, и делать выводы о перспективности района на основе одной скважины было бы неправильно.