Наследники, собиравшиеся продолжить дело Дмитрия Босова, решили расстаться с бизнесом. Сначала продали 50% акций порта «Вера» и Огоджинского угольного проекта в Амурской области, затем договорились о судьбе «Сибантрацита». Похоже, что большая распродажа готовилась ещё до гибели основателя компании. Вопрос был лишь в том, кто получит деньги за активы.
Сегодня вдова Дмитрия Босова Катерина оспорила соглашение о продаже его главного актива, угольной компании «Сибантрацит», которое группа «Аллтек» (через нее наследники и партнеры бизнесмена контролируют компанию и другие предприятия) подписала 8 февраля с компанией «А-Проперти» Альберта Авдоляна.
Адвокат Босовой Анастасия Конова заявила журналистам, что руководство «Аллтека» «фактически лишает» вдову погибшего бизнесмена и его дочь прав в отношении его активов. «В результате продажи группы «Сибантрацит» Бэлла Босов унаследует долю в группе «Аллтек» без ее основного актива, фактически лишившись прав на подлежащую передаче ей реальную долю наследства», — сказала Конова.
В то же время в «Аллтеке» считают, что в соответствии со вступившим в законную силу решением суда Катерина Босов не является участником компании, она и её дочь - наследники, не вступившие в права. После вступления в наследство они обретут право на получение части прибыли общества, в том числе от любых сделок по продаже активов.
«Как раз наоборот, права Бэллы ущемляются действиями самой Катерины Босов, направленными на блокировку получения наследниками долей в обществе, полагающихся им по закону», — отметил представитель «Аллтека».
Ранее на фоне конфликта с наследниками Катерина Босов сначала ушла с поста председателя совета директоров «Сибантрацита», а в конце января и вовсе покинула совет. До этого покупкой угольного гиганта интересовался владелец группы ОТЭКО Мишель Литвак. Однако сделке помешали судебные тяжбы между наследниками Босова. Как рассказывала «Версия», после смерти бизнесмена его третья жена оформила на себя половину почти половину «Аллтека» по праву вдовьей доли, то есть минуя процедуру наследования по закону. Это оспорили мать и четверо сыновей от предыдущих браков Дмитрия Босова. Суд удовлетворил иск и признал незаконным переход прав.
Неудачная попытка Катерины Босов получить «вдовью долю» позволяет предположить, что сделка, анонсированная на уходящей неделе, всё же состоится.
Как продавали порт
В конце января было объявлено, что наследники Дмитрия Босова продали свои доли в приморском порту и угольном проекте в Амурской области. Покупателями выступил «Порт Вера Холдинг» (ПВХ), подконтрольный «Ростеху» и нескольким партнерам. Сумма сделки, по данным РБК, составила более 10 млрд рублей. Владение полным пакетом акций позволит компании реализовать новую стратегию развития и привлечь дополнительные инвестиции. Судя по всему, новая стратегия будет тесно связана с «А-Проперти» Альберта Авдоляна и Сергея Адоньева, планирующих запустить промышленный кластер на Дальнем Востоке.
Катерина Босов, заявляла о попытке рейдерского захвата со стороны «А-Проперти» и бывшего партнера Дмитрия Босова Александра Исаева. Она утверждала, что объемы отгрузки в порту увеличились в пользу компании Авдоляна, что можно было бы расценивать, как давление на «Сибантрацит». Однако это заявление было опровергнуто генеральным директором порта.
В августе прошлого года, в попытке получить контрольный пакет акций, ПВХ подал иск к «Востокуголь» о продаже 16,7% по номинальной стоимости (3,34 тыс рублей) в рамках call-опциона. По условиям договора, они получают право приобрести пакет акций на этих условиях при смене контроля в компании. Наследники утверждали, что оснований для опциона нет и оспаривали это требование в суде. В итоге стороны договорились о продаже.
Попытка продать АГК
В июне 2020 года Екатерина Босов сообщила прессе, что она и все оставшиеся наследники, совершили первую сделку по продаже активов, а именно Арктической горной компании (АГК). 50% в ней держит «Аллтек», вторые 50% принадлежат Александру Исаеву. Покупателем выступил Роман Троценко, владеющий корпорацией AEON. Сама сделка предполагала обмен активами. За половину АГК «Аллтек» должна была получить 20% в компании «Печора СПГ». Это позволило бы ему консолидировать 100% компании.
Однако, спустя месяц Роман Троценко приостановил сделку до урегулирования конфликта наследников Босова с Исаевым. Незадолго до смерти Дмитрий Босов уволил последнего со всех постов в компаниях «Сибантрацит» и «Востокуголь», которыми они владели на паритетных началах. Теперь Александр Исаев пытается вернуть себе эти активы через суд.
Несмотря на то, что обмен не состоялся, претендент на покупку доли в «Печора СПГ» нашелся довольно быстро. В ноябре 2020 года компания перешла экс-депутату госдумы Виталию Южилину. Вероятнее всего, консолидация полного пакета акций в «Печора СПГ» нужна был Катерине Босов не столько для развития компании, сколько для глобальной распродажи активов по более высокой цене.
Рядом с телом Дмитрия Босова был найден пистолет Glock 19, наградное оружие от МВД Абхазии. О том, как россияне получают наградные стволы в непризнанных республиках, читайте здесь.
Иначе и быть не могло
Ситуация выглядит так, что продажа активов стала для наследников Дмитрия Босова наиболее приемлемым вариантом развития событий, поскольку управлять сложной структурой предприятий они оказались не готовы. Например, Катерина Босов пришла в угольный бизнес из индустрии моды, что, по всей видимости, имело далеко идущие последствия для угольных предприятий.
Летом мы рассказывали об ужасающей экологической ситуации в новосибирском посёлке Линёво и окрестных сёлах. В сухую погоду люди там стараются не открывать окна - ядовитая чёрная пыль с «Разреза Восточный» покрывает все поверхности в домах. По словам местных жителей, ситуация в последние два года ситуация лишь усугубилось. По времени это совпало с назначением на пост коммерческого директора «Сибантрацита» Катерины Босов, которая начала «оптимизацию» расходов предприятия. Всё той же «оптимизацией» жители Кемеровской области объясняют масштабный оползень, который произошёл в 2019 году на разрезе «Кийзасский». «Сибантрацит» тогда отделался компенсацией региону в размере 23 млн руб., да и ту природоохранной прокуратуре пришлось выбивать через суд.
После оспаривания права Катерины Босов на «вдовью долю», на неё вместе с дочерью приходится 21,64% вместо 43,285% компании. «Для меня большая честь продолжить дело Димы в единстве со своей семьей», - сказала она в самом начале противостояния с другими наследниками. Однако похоже, что спустя меньше года после гибели основателя «Аллтека» мы наблюдаем финал какой-то жестокой комбинации.
С начала 2020-го Дмитрий Босов начал увольнять сотрудников и переводить все активы на себя - как будто готовил их к продаже. По словам близких к нему источников, слова которых привёл РБК, примерно в то же время у миллиардера были частные скандалы в семье. В ноябре прошлого года стало известно, что ещё летом СК возбудил уголовное дело о доведении Дмитрия Босова до самоубийства. Катерина Босов получила в этом деле статус потерпевшей. Именно она вместе с охранником обнаружила тело бизнесмена в его загородном доме 6 мая. Результаты расследования до сих пор неизвестны.
Ее активная позиция в наследстве и текущая продажа оставляет больше вопросов, чем череда ответов пресс-службы её заводов. Могла ли Екатерина после смерти поставить перед собой цель встать у руля продаж активов, спеша сбыть наследство побыстрее с выгодой? Не уж то семья не готова продолжить дело, а если нет, то почему не объявят условно открытый конкурс на активы?! Либо в результате продаж приходится завершить какой-то страшный процесс, в котором смерть Дмитрия была лишь одним из моментов. Причём в этой версии совпадения обстоятельств имеют иное объяснение.
СПРАВКА
Группа «Сибантрацит» - крупнейший в России производитель металлургических углей, мировой лидер по поставкам высококачественного антрацита марки UHG. Производственные мощности группы расположены в Новосибирской и Кемеровской областях. Добыча ведется открытым способом (карьеры и разрезы). В 2019 году объем добычи составил 23,7 млн т, из них антрацит – 14,1 млн т. Выручка по итогам 2019 года - 125,5 млрд руб.
Большая распродажа наследников Босова прошла мимо его вдовы
Катерина Босов не стала продолжать дело мужа в «единстве со своей семьей».