Борис Йордан знает, чего боятся инвесторы

Выращивание растений, содержащих наркотические  и психотропные вещества, их приобретение, хранение, перевозка, изготовление и переработка являются незаконными в России.

Пионер российского инвестиционного рынка Борис Йордан стал миллиардером, проведя в 2018 году IPO американского производителя медицинской марихуаны Curaleaf, а в октябре 2021 года вывел на московскую биржу «Ренессанс Страхование». Размещение прошло по нижней границе, компания разместила 147 млн новых акций и привлекла 17,7 млрд рублей ($250 млн), а ее капитализация с учетом привлеченных средств составила 66,8 млрд рублей (чуть меньше $0,95 млрд). Это IPO стало одним из последних в 2021 году для российского рынка.

— Как вы оцениваете результаты IPO «Ренессанс Страхования»?

— Я очень доволен и качеством инвесторов, и качеством размещения, и тем, что мы смогли начать процесс появления ряда международных инвесторов по финтеху в России. «Тинькофф» открыл этот рынок через свое IPO восемь лет назад в банковской сфере, а мы сделали это в страховании. К тому же наше IPO — первое страховое IPO в Европе за 20 лет.

— Кто эти инвесторы?

— Это крупные международные фонды, каждый из которых подписывался на акции в размере 25-30 млн долларов. Многие из них специализировались на финансах, разбираются в отрасли. Это не спекулянты, которые покупают и в тот же день продают, это фонды, которые инвестируют вдолгую.

— Вы довольны ликвидностью акций «Ренессанса» после IPO?

— Конечно нет! Компании, которые только что разместились, иногда страдают низкой ликвидностью. Мы считаем, что наша ликвидность существенно поднимется в этом году, как только мы начнем раскручивать компанию. Во время IPO ты очень ограничен в действиях, но потом руки освобождаются, ты можешь дать больше информации инвесторам.

— Основатель «РЕСО-Гарантии» Сергей Саркисов говорил нам, что сейчас дисконт на российские компании составляет 40%. Вас это не испугало?

— Конечно, Россия рассматривается с дисконтом к западным рынкам из-за политического риска. Многие инвесторы боятся, что будут введены санкции. Из-за дисконта мы и не сделали вторичное размещение. Мы планировали сделать первичное и вторичное размещения, совокупный объем размещения должен был быть $450 млн, однако мы сделали только первичное размещение на сумму $250 млн. Конечно, компания привлекла запланированный объем средств для реализации стратегии, а инвесторы получили качественный актив с дисконтом и потенциалом роста. Ну а акционеры оценивают свои активы выше и предпочли дождаться более справедливой оценки в будущем.

— Вы говорите все-таки про дисконт. Если он не 40%, то сколько?

— Мы все думаем, что стоим больше, чем мы стоим. Если смотреть на традиционных страховщиков в Европе, то мы вышли по той же самой цене, по которой торгуются они, с мультипликатором 9 к прибыли. У финтеха мультипликатор (расчетный коэффициент, позволяющий оценить стоимость компании. — Forbes) существенно выше — 25 к прибыли. Мы вышли по оценке традиционных страховщиков, но это только начало: рынок страхового финтеха в России еще не сформировался, он должен будет образоваться на основе нашего бизнеса, мы должны доказать, что наша модель реально работает. И мы надеемся, что рынок существенно пересмотрит свою оценку акций «Ренессанс Страхования» в ближайшие год-два.

— Выходит, вы не получили желаемую высокую оценку, потому что рынок пока что не сформирован?

— Да, сыграли несколько факторов. Во-первых, мы изначально не хотели выходить по мультипликаторам финтеха (25+), мы целились на оценку традиционных страховщиков, потому что мы знали, что рынок еще недостаточно знаком с нашей бизнес-моделью и не готов дать нам оценку финтех-проекта. Во-вторых, после нашей сделки российский рынок начал сильно охлаждаться, с конца октября были отменены четыре или пять первичных размещений.

— Бум IPO в России закончился, по вашему мнению?

— Скорее, я бы сказал, что рынок взял передышку после бурного роста за последний год. Потребность российских компаний в капитале никуда не исчезла. По мере стабилизации политической ситуации будут и новые IPO. С другой стороны, мировые рынки беспрерывно растут практически 15 лет. На международных рынках давно назрела коррекция, я думаю, это произойдет в 2022 году. Кроме того, во всем мире растет инфляция, поэтому мы ожидаем, что в этом году будет достаточно трудный рынок для IPO.

— Напряженная обстановка в мире сохраняется уже длительное время. Как вы в таких условиях вообще решились провести IPO?

— Я торопился и, видимо, был прав. Многие банкиры советовали мне подождать еще год, аргументируя это тем, что через год компания будет больше, ведь у нас очень хорошие результаты. Они говорили: «Борис, что ты торопишься, тебе все эти деньги сегодня не нужны». А я хотел, наоборот, сделать сейчас, потому что я хочу использовать тот капитал, который я привлек, особенно если будут трудности на рынках, чтобы консолидировать несколько компаний. Из-за этого я принял решение сделать IPO в этом году, а уже в следующем году быть готовым на консолидацию.

«Ренессанс Страхование» сегодня, наверное, самая капитализированная компания на страховом рынке. Наш капитал намного больше, чем того требует регулятор. И мы можем себе позволить покупку более слабых с точки зрения капитала компаний. В этом состояла наша стратегия с IPO.

— Опцион на допразмещение 10% от базового объема IPO был реализован?

— Нет. Также действующие акционеры изначально хотели продать акций еще на $150 млн пропорционально — это не было реализовано.

— Полученные средства вы направите на приобретение компаний?

— Да. Мы на 100% мобильны, из-за этого у нас расходная база намного ниже, чем у наших конкурентов. Если мы покупаем крупного страховщика и консолидируем его на базе «Ренессанс Страхования», мы серьезно снижаем его расходы. Мы закрываем их штаб-квартиры и офисы, переводим их премии на нашу структуру и сильно на этом выигрываем. Другие компании этого не могут сделать, у них нет такой синергии, потому что они имеют традиционную модель бизнеса и ограничены в возможностях ее радикальной оптимизации.

— То есть вы планируете покупать именно традиционные компании, а не ваших непосредственных конкурентов?

— Аналогов «Ренессанс Страхованию» на российском рынке нет. Так же как нет аналога у банка «Тинькофф» на рынке, он единственный. Самый, наверно, близкий конкурент — это «АльфаСтрахование», но он серьезно зависит от традиционных каналов.

— У «Тинькофф» практически нет крупных корпоративных клиентов, все-таки это розница.

— У нас, кроме как в медицине, тоже нет.

— Какие направления сейчас для вас приоритетны?

— Прежде всего мы фокусируемся на direct-to-consumer — это продажа напрямую населению, без посредников. Второй наш приоритет — Budu, наш медтех-сервис. В-третьих, мы строим сейчас большое отделение mental health. Это один из самых быстрорастущих секторов в сфере медицины и коучинга. Естественно, нас также интересуют все виды телемедицины. Пандемия СOVID-19 нам очень сильно в этом плане помогла, потому что люди уже не хотят ходить в поликлиники.

Сейчас мы показываем большим компаниям в России, что если они возьмут Budu вместе со своим страховым полисом, то мы поможем снизить их расходы на страховые полисы на 25-30%. Потому что мы берем всю первичную диагностику на себя. И мы контролируем этот процесс. Сегодня это самая большая проблема в российской медицине. 

Вот я сейчас болею, ко мне приезжал врач, они мне прописали 20 лекарств! 20, я не шучу. Абсолютный мусор. Понимаете? У многих больниц и поликлиник есть контракты с фармацевтическими компаниями. А наша цель — контролировать этот процесс, чтобы прописывали только то, что пациенту действительно нужно. Этим способом мы снижаем расходы для компании через Budu.

— Направление mental health будете развивать внутри, или планируете тоже какое-то приобретение? Потому что в России же есть очень успешные сервисы, которые предоставляют подобные услуги.

— Мы планируем строить сами, не только для России, но и для европейского рынка. При этом мы сфокусируемся на том, чтобы привлекать профессионалов с сильным современным образованием и опытом.

— Вы сами будете отбирать специалистов? Как это будет выглядеть?

— Да, мы будем и тренировать, и выбирать. Мы сейчас начинаем работать с европейскими университетами, подробности смогу рассказать чуть позже.

— Вы говорите, что собираетесь развивать это медицинское направление, а каков на сегодняшний день его вклад в структуру выручки?

— На медицину сегодня приходится 20%, это не включая сервис Budu, потому что он сейчас выделен из «Ренессанс Страхования». Компании «Ренессанс Страхование» принадлежит 49% Budu, 51% — акционерам «Ренессанс Страхования», которые были до IPO. Более 50% нашей выручки приходится на автострахование, остальная часть, 30%, — на другие виды страхования.

— В мае стало известно, что в состав акционеров «Ренессанс Страхования» вошел Роман Абрамович и его партнеры из Invest AG. Можете рассказать, как сложилось это партнерство?

— Он был сильно заинтересован в медицинском бизнесе. Мы где-то два года тому назад с ним начали разговаривать о Budu. Ему очень понравилась эта идея, и он вошел в «Ренессанс Страхование».

— Он с вами обсуждал, что планирует сохранить свой пакет, докупив акции на IPO?

— Не обсуждал, но мы, безусловно, рады этой сделке, которая показывает его доверие команде и уверенность в перспективах нашей компании.

— Насколько дешевле был оценен «Ренессанс Страхование» в мае, когда Абрамович и партнеры заходили в него?

— Я не обсуждаю такие темы.

— Вы говорите, что Абрамович заинтересован в первую очередь в медицинском направлении. А у вас есть понимание того, зачем ему это медицинское направление?

— Да, у него большой интерес к медицине. Он также вкладывает, как вы знаете, в поликлиники и так далее. Между его медицинскими активами и Budu есть синергия.

— Хотели бы еще с вами поговорить про Curaleaf. Вам по-прежнему принадлежит контролирующая доля голосующих акций?

— У меня пока остается контролирующая доля. Мы все ждем закона о легализации медицинской марихуаны в США на федеральном уровне. Когда это произойдет, я потеряю «лишние» голоса. Мы считаем, что в первой половине следующего года этот закон будет принят. Он очень популярен в Америке, там больше 90% населения поддерживают легализацию. В ноябре 2022 года в США пройдут выборы [в Палату представителей], и демократы хотят идти на них с этим законом как с частью своей платформы.

— А как сейчас вообще распределяется ваше время и ваши усилия? Вы можете себе позволить уже меньше времени тратить на Curaleaf и больше заниматься «Ренессанс Страхованием»?

— В этом году я был где-то 50 на 50, из-за IPO я очень много времени тратил на «Ренессанс Страхование», в следующем году, думаю, будет примерно так же — а потом посмотрим. Команда управленцев в «Ренессанс Страховании» работает со мной почти 15 лет, из-за этого нам очень легко работать вместе. А Curaleaf — это совсем новый для меня бизнес. В Curaleaf я только что заменил команду, а в январе буду опять проводить изменения в структуре. Компания так быстро растет!

Сильно изменяется индустрия, и у нас все время меняется менеджмент. Сейчас по масштабам этот бизнес сопоставим с «Ренессанс Страхованием», его оборот составляет около $1,5 млрд, но растет он намного быстрее. Если Curaleaf растет на 100% в год, то «Ренессанс Страхование» — на 20-25%. Я не являюсь управленцем ни одной, ни другой компании — я являюсь председателем совета директоров обеих компаний. То есть я больше ментор для менеджмента, чем управленец в ежедневном режиме.

— Curaleaf наращивает и свое присутствие в Европе. Зачем вам это?

— Европа — рынок в два раза больше рынка США по экономическим показателям и по населению. В Европе живет 750 млн человек, оборот незаконного рынка марихуаны составляет где-то $260 млрд, в Америке — $100 млрд. Не так давно новое правительство в Германии объявило, что они легализуют марихуану в 2023 году, а в Англии активно развивается медицинский бизнес, в Швейцарии объявили легализацию, в Голландии, в Израиле — большой медицинский бизнес. 

После Германии пойдет Франция, Испания, Италия и Португалии. Американский рынок в следующем году вырастет на 20-25%. В Европе, мы считали, ближайшие 5-10 лет он будет расти по 100% в год. Мы уже самый крупный игрок в мире. И, конечно, хотим закрепить эту позицию.

— Насколько другим богатым людям из России интересна эта тема?

— Да, интерес российских инвесторов сохраняется. Я часто встречаюсь с инвесторами по зуму, и теперь физически на конференциях, и там всегда присутствует очень большое количество русских family office.

— А они вкладывают непосредственно в компании? Или в какие-то фонды?

— И в проекты, и в компании, и в фонды. Опять же, я не слежу за каждым, но могу сказать — интерес достаточно высокий. Русские хорошо понимают такие секторы, как марихуана, потому что они развиваются близко к тому, как развивалась новая российская экономика. Трудности регулирования и барьеры входа в индустрию не пугают русских инвесторов, они прекрасно понимают, как с этим работать.