Братьев Магомедовых продолжают раздевать дальше

«Ъ» стали известны подробности нового судебного дела, благодаря которому Генпрокуратура добилась конфискации более $150 млн с российских счетов кипрского офшора, подконтрольного основателям группы «Сумма» братьям Зиявудину и Магомеду Магомедовым. Суд вслед за надзором признал, что компания выступала «инструментом» для легализации незаконно полученных денежных средств. Защита будет обжаловать эти решения.

Как следует из иска, удовлетворенного Хамовническим райсудом Москвы, его основа была заложена вступившим в законную силу решением того же суда об обращении в доход государства $750 млн, вырученных братьями Магомедовыми от продажи «Транснефти» акций ОАО «Новороссийской морской торговый порт» (НМТП). В рамках того дела было установлено, что Магомед Магомедов, являясь членом Совета федерации (2002–2009) и будучи, в частности, членом комитетов по естественным монополиям и промышленной политике, вопреки требованиям законодательства продолжил заниматься бизнесом. Его активами, по данным Генпрокуратуры, помимо НМТП стал Приморский торговый порт, которыми он управлял с помощью своего младшего брата Зиявудина Магомедова.

Суд пришел к выводу, что право Магомедова-старшего на участие в этих структурах «возникло на основании вложения собственных денежных средств, сокрытых от государственного контроля, а тайный характер владения и управления ими (через офшоры и подставных, по версии надзора, лиц.— “Ъ”) был обусловлен занятием государственных должностей».

В сделках с портами использовался кипрский офшор «Омирико Лимитед», конечными бенефициарами которого, по данным Генпрокуратуры, являлись братья Магомедовы.

Средства, полученные братьями Магомедовыми от сделок «Омирико», суд признал «коррупционным продуктом», который «не может являться источником легального гражданского оборота».

Между тем в ходе дополнительной проверки прокуроры установили, что «Омирико» помимо управления активами использовалось братьями Магомедовыми для «аккумулирования и вовлечения в гражданский оборот иных средств, незаконно приобретенных» экс-сенатором «в период нахождения во власти». После продажи акций общества братья Магомедовы «сохранили право требования к нему, вытекающее из договора займа».

Как следует из прокурорского иска, в 2011 году, являясь бенефициарами офшора, братья Магомедовы организовали получение им ссуды на $150 млн. Кредитором выступала зарегистрированная в БВО организация «Торресант индастри лтд», также находящаяся под контролем Магомедовых.

По версии надзора, совершение сделки между двумя юридическими лицами, подконтрольными братьям Магомедовым, «позволило им иметь доступ к сформированным ранее с нарушением закона активам даже после выхода из числа акционеров "Омирико Лимитед"».

Впоследствии, считает истец, используя факт искусственно сформированной таким образом задолженности, братья Магомедовы через «иностранные структуры приняли меры к смене исполнительного органа кипрского общества и восстановлению контроля над его деятельностью».

Так, по иску «Торресант индастри лтд» 14 апреля этого года Окружным судом Лимассола (Кипр) было принято решение о запрете «Омирико» распоряжения имуществом и назначении временного ликвидатора общества. Кстати, последний, Иоаннис Поятжис, стал одним из соответчиков по прокурорскому иску.

При этом на четырех счетах ликвидируемого «Омирико» в Сбербанке оказалось $150 млн 289 тыс., $116,6 тыс., €4,6 тыс. и 213 млн 921 тыс. рублей, которые надзор счел результатом актов коррупции, а действия ответчиков — направленными на их легализацию.

«Юридическое лицо "Омирико", являясь подконтрольным братьям Магомедовым, и действующее исключительно в интересах конечных бенефициаров, фактически выступало инструментом для легализации незаконно полученных ими денежных средств и в соответствии с законом также несет ответственность за коррупционные правонарушения»,— говорилось в обращении надзора в суд. Иск, подписанный заместителем генпрокурора Игорем Ткачевым, был удовлетворен в полном объеме. Решение, кстати, приняла судья Татьяна Перепелкова, которая ранее удовлетворила иск на $750 млн к братьям Магомедовым, а сейчас рассматривает еще одно заявление — о конфискации акций компании транспортной группы FESCO, где они являются соответчиками.

Сами Зиявудин и Магомед Магомедовы приговором Мещанского райсуда были признаны виновными в организации преступного сообщества, мошенничеств и растрат (ст. 210, ст. 159 и ст. 160 УК) при реализации ряда крупных проектов и осуждены на 19 и 18 лет колонии строгого режима. Принадлежавший Зиявудину Магомедову пакет акций FESCO суд конфисковал в пользу государства (см. «Ъ» от 2 декабря).

Представители защиты братьев назвали решения Хамовнического райсуда незаконными и необоснованными, отметив, что они обжалуются. В частности, адвокаты обратили внимание на то, что постановления о конфискации основаны на законодательстве 2013 года, которое не имеет обратной силы. К тому времени Магомед Магомедов уже три года не работал в Совете федерации. Представителям Генпрокуратуры вопрос в связи с этим задавался и в ходе самих слушаний. «На каком основании заявляется иск, если в данном случае нормы российского антикоррупционного законодательства не применимы?» — спросили защитники у прокурора. «На нормах международного права»,— последовал ответ.

Текст приговора братьям стороны получили только в минувшую пятницу. Судебное решение заняло 764 страницы, кроме того, защитникам и самим осужденным предстоит изучить протоколы судебных заседаний. Пока же, чтобы не нарушать процессуальные сроки, на приговор Мещанского райсуда были поданы короткие жалобы, так называемые летучки.