Бунт против Федотова-Михалкова

Некие «неизвестные лица» могут осуществить рейдерский захват Российского авторского общества (РАО), публично предупредила вчера эта организация. Лица, возможно, не являющиеся членами РАО, собираются сменить гендиректора общества, расформировать «легитимные органы управления РАО» (авторский совет, ревизионная комиссия) и получить контроль над денежными средствами и имуществом организации, указано в заявлении. Общество намерено обратиться в правоохранительные органы, а также в Министерство юстиции, чтобы чиновники «не допустили внесения в ЕГРЮЛ изменений в части руководящих органов РАО».
 
Громкие конфликты вокруг РАО начались в прошлом году, когда публично стало известно, что гендиректор общества Сергей Федотов владеет замком в Шотландии и другой дорогой недвижимостью. Тогда же провалилась попытка объединения в единый профсоюз РАО и двух других обществ по коллективному управлению правами – РСП и ВОИС, созданного Никитой Михалковым. Объединение не состоялось из-за разногласий между менеджерами этих организаций, объяснял источник, знакомый с ними.
 
Осенью МВД начало расследовать несколько сделок, в результате которых в 2012–2014 гг. из РАО была выведена недвижимость на 0,5 млрд руб. В этом году по результатам расследования было возбуждено уголовное дело, а Федотов оказался за решеткой по обвинению в мошенничестве. В апреле известные музыканты, в том числе Баста, Стас Намин, Виктор Дробыш, Нюша, Константин Меладзе, Иван Дорн, сообщили, что изъяли свои права из управления РАО. Заявление о попытке рейдерского захвата РАО сделало после того, как 1 августа в «Российской газете» на правах рекламы было опубликовано обращение инициативной группы авторов с призывом провести внеочередную конференцию РАО. Конференция – основной управляющий орган РАО, который может переизбирать руководство организации и вносить существенные изменения в ее деятельность. По уставу РАО созвать конференцию можно несколькими способами. Это могут сделать гендиректор, ревизионная комиссия либо авторский совет общества – по своей инициативе или по требованию более половины членов РАО. Всего в РАО около 27 000 членов, т. е. для созыва конференции необходимо собрать около 13 500 подписей участников организации.
 
В «Российской газете» опубликован бюллетень, с помощью которого авторы могут проголосовать за созыв конференции. Среди прочего они должны ответить, согласны ли они или нет с досрочным прекращением полномочий Федотова, расформированием и созданием нового авторского совета РАО и ревизионной комиссии, проведением аудита организации. Кто будет заполнять эти бюллетени, неизвестно: места под фамилию голосующего в нем нет. Та же группа авторов опубликовала заявление на сайте newrao.ru с призывом «остановить криминальную ситуацию в РАО» и ссылку на петицию на Change.org c заголовком «Требуем остановить беспредел в РАО». «Несмотря на арест Федотова, для «рядовых членов РАО ничего не изменилось: у нас по-прежнему нет возможности ни управлять организацией, ни участвовать в ее деятельности», - говорится в обращении. Под петицией стоят подписи 21 деятеля культуры, среди них певец Алексей Глызин, композиторы Игорь Матета, Николай Архипов, Анатолий Зубков, Евгений Кобылянский, поэт Александр Вулых.
 
Составитель петиции как раз Вулых. Деятели культуры, подписавшиеся под петицией, – члены инициативной группы, требующие изменений в РАО, подтвердил «Ведомостям» Вулых: этих авторов не устраивает, как общество распределяет вознаграждения, авторы настаивают на большей прозрачности его работы. Задача авторов – не осуждать руководство РАО, а понять, как дальше организовать работу общества, говорит Кобылянский: надо сформировать предложения, как сделать организацию более прозрачной.

Возможно, следует использовать для распределения вознаграждения специальную компьютерную систему – например, Национальный реестр интеллектуальной собственности, созданный при поддержке Роспатента. По словам Кобылянского, авторов больше всего беспокоит именно работа РАО, но не других организаций по коллективному управлению (РСП и ВОИС). РАО – единственная организация государственного значения, считает он. У группы пока нет кандидатуры на место гендиректора РАО, уверяют Вулых и Кобылянский. Она может появиться в течение одной-двух недель, рассчитывает Вулых. Призыв к членам РАО созвать конференцию – попытка дестабилизировать работу организации, уверен ее представитель, авторский совет проверит достоверность всех подписей.
 
Президент Ассоциации торговых компаний и товаропроизводителей электроники, электробытовой и компьютерной техники (РАТЭК) Александр Онищук попросил министра культуры Владимира Мединского разобраться, как Российский союз правообладателей (РСП) собирает с компаний – членов ассоциации вознаграждение за частное копирование музыкальных произведений. Это следует из письма, копия которого есть у «Ведомостей». В РАТЭК входят крупнейшие мировые производители электроники – Apple, Dell, HP, Samsung, Sony и др., а также розничные сети. А Минкультуры регулирует работу обществ по коллективному управлению правами.

РСП, совет которого возглавляет режиссер Никита Михалков, – общество по коллективному управлению правами, получившее в 2010 г. государственную аккредитацию на сбор отчислений в пользу авторов и исполнителей с производителей и импортеров техники, позволяющей копировать музыку и видео. Это компенсационный сбор за возможное копирование контента с помощью таких устройств: компьютеров, мобильных телефонов, чистых носителей (дисков) и даже видеокамер (полный перечень содержится в постановлении правительства). Впоследствии эти сборы распределяются между авторами и исполнителями произведений.

То, что происходит с этими сборами, вызывает у бизнеса озабоченность, пишет Онищук министру. РСП требует от производителей и импортеров отчисления не только за бытовую электронику, но и за профессиональное оборудование (сервера, рабочие станции и т. п.), хотя в постановлении правительства четко говорится, что такое оборудование авторским сбором не облагается. Эти действия РСП Онищук называет «одним из наиболее распространенных злоупотреблений со стороны аккредитованной организации».

Список оборудования для обложения авторским сбором определяется по таможенным кодам ОКП и ТН ВЭД, перечисленным в перечне постановления. Но кроме соответствия кодам оно должно быть способно воспроизводить музыку как домашнее, а не профессиональное. РСП же, по мнению РАТЭК, руководствуется только одним критерием – оборудование должно соответствовать таможенным кодам. Союз «произвольно обращается к импортерам с претензиями, а впоследствии также предъявляет судебные иски в отношении любого оборудования, формально соответствующего указанным в постановлении кодам, вне зависимости от особенностей и специфики данного оборудования», возмущен Онищук.

Он приводит в пример судебные процессы, инициированные РСП против производителей техники, в частности Dell, Sony и HP. Зимой ООО «Делл» («дочка» голландской Dell Global Holdings) выиграло в суде у РСП: суд признал безосновательными требования союза выплатить 87,3 млн руб. за оборудование, среди которого были сервера, рабочие станции и т. п. (позже от части требований РСП отказался). Dell доказала, что это оборудование профессиональное и не должно облагаться авторским сбором. Однако апелляционная инстанция отменила это решение, сочтя, что и на этой технике можно воспроизводить музыку, а значит, с нее должен взиматься авторский сбор.

Почти все споры между импортерами и РСП заканчиваются решениями в пользу союза, говорится в письме: «суды, несмотря на очевидную безосновательность требований РСП, их техническую и фактологическую необоснованность, практически автоматически удовлетворяют любые требования аккредитованной организации». Производители и импортеры электроники приводят множество доводов, доказывающих необоснованность требований РСП, суды к ним не прислушиваются, сетует Онищук. У РАТЭК имеется и еще одна претензия к РСП: тот оказывает давление на индустрию, обращаясь в правоохранительные органы с заявлениями о возбуждении уголовных или административных дел. Правда, примеров Онищук не приводит.

В 2015 г. РСП собрал с производителей электроники 2,2 млрд руб. – на 18% меньше, чем годом ранее. Гендиректор РСП Андрей Кричевский объяснял падение сборов сокращением продаж бытовой электроники в связи с кризисом. Впрочем, сборы РСП упали не так сильно, как продажи техники: рынок электроники, по его оценке, сократился в прошлом году примерно на 30%.

Представитель РАТЭК Антон Гуськов подтвердил подлинность письма Мединскому. «Для нас очевидно, что система авторских сборов нуждается в структурных изменениях: ей недовольны не только производители, но и большинство участников этой системы – в том числе авторы и исполнители, получающие вознаграждение», – добавил он. Минкультуры пока не рассмотрело письмо РАТЭК, говорит представитель министерства, но еще в июне 2016 г. провело совещание с представителями РАТЭК и РСП, по итогам которого подготовило изменения в постановление правительства. Эти изменения касаются и той проблемы, о которой пишет РАТЭК: министерство предлагает уточнить, что при сборе вознаграждения должны учитываться не только таможенные коды, но и конструктивные особенности оборудования. Кроме того, Минкультуры предлагает исключить из перечня оборудования цифровые камеры, так как они не используются для воспроизведения фонограмм и аудиовизуальных произведений, говорит его представитель. Внести эти изменения в постановление министерство рассчитывает до конца 2016 г. Поправки, разработанные Минкультуры, необходимы, но их недостаточно, считает Гуськов из РАТЭК. Проблемы есть в нормативно-правовом регулировании авторских отчислений и в судебной практике – беда в том, что отсутствуют механизмы надзора за работой обществ по коллективному управлению правами, следует из письма Онищука.

Доводы, изложенные в письме РАТЭК, уже неоднократно были предметом рассмотрения в судах всех инстанций, вплоть до Верховного суда, говорит Кричевский из РСП. По его словам, суды однозначно установили безосновательность подобной аргументации и подтвердили законность действий РСП. В том числе и благодаря этим судебным решениям сформировалась «взвешенная и разумная правоприменительная практика», касающаяся реализации права на вознаграждение за «частное копирование», считает Кричевский.