Что Герман Греф не поделил с Эльвирой Набиуллиной

Конфронтация Банка России со Сбербанком не прекращается ни на минуту, несмотря на то что ЦБ в крупнейшем банке контролирует более 50% акций. Регулятор лоббирует направленные против Сбербанка законы, чтобы вытеснить его из монополизированных областей финансового рынка. Так было и 15 лет назад с введением системы страхования вкладов, это продолжается и сегодня с принятием закона о «банковском роуминге». Так будет в следующем году с полноценным развертыванием системы быстрых платежей. Регулятор последовательно выдавливает дочерний банк из зоны комфорта. И это идет Сбербанку на пользу.

В конце прошлого года власти неожиданно озаботились темой «банковского роуминга». Клиенты Сбербанка постоянно жаловались на комиссии, которые банк берет за переводы в другие регионы, в то время как такие же переводы внутри одного региона бесплатны. Между тем у других банков, также обладающих широкой филиальной сетью, таких ограничений нет. А доля Сбербанка на рынке переводов уже достигла 94%, и стало ясно, что надо принимать меры.

Бороться с этой проблемой решили радикально — принять закон, запрещающий такую межрегиональную дискриминацию. При этом речи об отмене всех комиссий вообще не было. Например, ВТБ берет 30 руб. за перевод между своими картами международных платежных систем, но к нему нет вопросов, потому что клиент заплатит эту сумму при переводе денег как из Москвы во Владивосток, так и в соседний дом. Так что закон позиционировался да и воспринимался как направленный против Сбербанка.

Банк сопротивлялся как мог. Возможно, благодаря его лоббистским усилиям закон вступит в силу только через полгода после его опубликования, то есть где-то в середине следующего года. К этому времени Сбербанк, по словам его главы Германа Грефа, и сам собирался отменить эту комиссию.

Сбербанк, кажется, внакладе не останется — он планирует переформатировать свои тарифы и продавать клиентам пакеты услуг, вместо того чтобы брать плату за каждую. И это еще не все.

О последствиях принятого закона банкиры задумались после того, как он уже был принят в третьем чтении. Пока эта комиссия существует, клиенту неважно, кому платить эти 1% или 1,5% — Сбербанку или своему банку, в котором он имеет зарплатную карту, чтобы переслать деньги на карту Сбербанка в другой регион. В результате многие банки получали от таких межрегиональных трансакций выгоду. Но, когда комиссия исчезнет, большинство клиентов просто будут бесплатно снимать деньги в банкомате зарплатного банка, класть их на карту Сбербанка в его банкомате и бесплатно отправлять друзьям или родственникам по всей стране. К этому времени Сбербанк начнет по-новому зарабатывать на этих клиентах, а другие банки перестанут зарабатывать по-старому.

Схожая история может получиться и с системой быстрых платежей (СБП), куда заставляют вступить Сбербанк. Тот изо всех сил отбивается, но уже понятно, что не отобьется.

В результате он получит еще один недорогой инструмент пополнения своих счетов со стороны клиентов других банков. Плюс в борьбе с СБП Сбербанк серьезно развил собственную систему переводов, подключил к ней сторонние банки, в том числе и иностранные. Ввел новые не только для себя, но и для рынка услуги, например переводы чужим клиентам без карты — деньги можно забрать в банкомате Сбербанка зная код, присылаемый на телефон получателя и год его рождения.

И таких примеров, когда власти, чаще всего в лице Банка России, навязывают Сбербанку на первый взгляд абсолютно невыгодные условия, а он в итоге оказывается в плюсе, немало. Вспомнить хотя бы, как Сбербанк присоединялся к системе страхования вкладов (ССВ). Закон о страховании вкладов принимался под новый 2004 год. Сбербанк сразу объявил, что на общих основаниях вступать в систему не намерен, потому что тогда получится, что он будет платить вкладчикам всех разорившихся банков. В результате в законопроекте, одобренном ко второму чтению, вкладчикам Сбербанка давалась отдельная госгарантия, а средства в фонд страхования он должен был отчислять на отдельный счет до 2009 года, то есть пять лет. Потом условия изменились: в варианте закона, подписанном президентом, срок особых условий был сокращен до 2007 года. В 2004 году были приняты поправки в закон, в результате которых Сбербанк вошел в систему страхования вкладов на общих основаниях уже в 2005 году. Однако это не значит, что банк смирился со сложившимся положением. Он начал активно продвигать сберегательные сертификаты, которые не попали в ССВ и по которым не надо было отчислять средства в фонд. В результате он занял более 90% этого сегмента рынка.

Другой пример — универсальная электронная карта (УЭК). Сбербанк создал ее совместно с банками «Уралсиб» и «Ак Барс» летом 2010 года, но ему принадлежало больше 85%. Предполагалось, что ее на законодательном уровне сделают обязательной для всех россиян и она заменит паспорт, права, пенсионное удостоверение — словом, универсальная. Сбербанк не стал выдумывать велосипед и сделал УЭК на основе проекта «Сберкарт», который тщетно пытался раскрутить с 1993 года. В результате этот чемодан без ручки превратился в УЭК, которая даже получила официальный статус в 2013 году. Потом она боролась за право превратиться в национальную платежную систему, но борьбу эту проиграла: ЦБ предпочел создавать НПС с нуля. В итоге УЭК прекратила свое существование как проект, а официально исчезла с 1 января 2017 года. Казалось бы, Сбербанк проиграл, ЦБ вытеснил его проекты с рынка. Но в том, что Сбербанк сегодня безусловный лидер рынка платежных карт, есть некоторая заслуга и «Сберкарт» с УЭК, позволивших ему своей кончиной сконцентрироваться наконец на бизнесе. Сегодня у банка более 60 млн карт и около 65% рынка эквайринга.

Так что после присоединения к СБП доля Сбербанка на рынке переводов может снизиться. Однако с учетом того, что большинство банков станут его донорами, да к тому же с введением комиссий в этой системе, вопрос, кто останется в выигрыше, будет риторическим.