Для Ивана Сафронова в красноярской колонии не хватило леса

Бывший спецкор “Ъ” и «Ведомостей» Иван Сафронов, отбывающий 22-летний срок лишения свободы за госизмену, находится «в одном из учреждений ГУФСИН Красноярского края». Об этом кратко сообщили в тюремном ведомстве, не назвав его точное местонахождение и причины неожиданного перевода из колонии в селе Арейское под Красноярском, где он находился. Защита полагает, что произошло это в связи с предстоящим закрытием старой ИК. Новая колония, в которую, предположительно, попал Иван, считается образцово-показательной.

В четверг в краевом главке пенитенциарного ведомства сообщили, «что осужденный Сафронов И. И. (Иван Иванович.— “Ъ”) содержится в одном из учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю». Накануне появилась информация о том, что осужденный журналист «выбыл в другое учреждение» из ИК-7 в селе Арейское под Красноярском, где он пробыл около полугода. На уточняющие вопросы в пресс-службе главка “Ъ” заявили, что вся информация о перемещениях осужденных может быть предоставлена только с их согласия.

Любопытно, что примерно такой же ответ получил и один из адвокатов Ивана Сафронова — Дмитрий Катчев, пытавшийся выяснить судьбу своего подзащитного по телефону. При этом, как отметил защитник, он находится в списке тех лиц, кому можно сообщать подобные данные. Однако с отказом их предоставить адвокат, по его словам, сталкивается не первый раз еще со времени пребывания журналиста в СИЗО «Лефортово», где тот находился под следствием и судом по обвинению в госизмене в форме передачи секретных данных чешской и германской разведкам (ст. 275 УК РФ).

Между тем источники “Ъ” в силовых структурах назвали наиболее вероятным местом нахождения господина Сафронова ИК-17 в Красноярске.

В структуре местного ГУФСИН 26 учреждений различного типа — от СИЗО до колоний-поселений, однако тех, где мог бы даже теоретически находиться Иван Сафронов, единицы. Если исключить отправку осужденного в изолятор или пересыльную тюрьму для неких следственных действий, о которых защите ничего не известно, то остается лишь три ИК, отвечающие необходимым требованиям — строгому режиму содержания и контингенту из осужденных впервые, или «первоходов», как их называют тюремщики и заключенные. Помимо ИК-7 в Арейском, откуда Иван Сафронов уже уехал, это ИК-42 в поселке Октябрьский в Богучанском районе, почти в 500 км от краевого центра, и расположенная еще в три раза дальше ИК-15 в Норильске.

При этом, по некоторым данным, ИК-42, специализирующаяся на деревообработке, за годы существования успела активно проредить леса поблизости и теперь уже стоит вопрос о ее целесообразности. А норильская «зона» и так загружена, да и ее администрация не горит желанием принимать у себя известного заключенного, находящегося под пристальным контролем как руководства ФСИН всех уровней, так и СМИ.

Между тем о закрытии ИК в Арейском говорят уже давно как фактически о решенном вопросе, и она может прекратить свое существование в силу «древности» уже к Новому году. ИК, как рассказывал “Ъ”, была создана еще в 1957 году, несколько раз перепрофилировалась, но оставляет желать лучшего. По неподтвержденным данным, туда до сих пор прибывают этапы с осужденными-«первоходами», но якобы речь идет в основном о заключенных, которые согласны подписать контракты с Минобороны для участия в СВО.

В таких условиях перевод Ивана Сафронова в красноярскую ИК-17 выглядит вполне логичным. Тем более что она находится всего в 50 км от Арейского и является едва ли не самой молодой и образцово-показательной в крае.

Ее создали в 1994 году на базе ЛТП, а теперь она находится в едином комплексе с двумя колониями общего режима на улице Кразовской на окраине Красноярска.

Именно в ней в свое время применялись технические новинки ФСИН в виде цифровых каналов связи, терминалов видеосвязи, систем наблюдения и охраны и т. п. Еще несколько лет назад ее планировали перепрофилировать в тюрьму, но этого так и не произошло. А сейчас ИК, по некоторым данным, рассчитанная более чем на 1,2 тыс. человек «спецконтингента», включая 120 мест в ПФРСИ (помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора), испытывает некоторый «недобор» сидельцев.

Как следует из открытых данных, именно в этой колонии, в которую не раз приводили на экскурсии журналистов, до недавнего времени служил замначальника по оперативной работе подполковник Александр Слепов. Потом он стал руководителем оперативного управления краевого ГУФСИН и якобы несколько раз навещал в Арейском Ивана Сафронова, интересуясь условиями его жизни.

Впрочем, пока лишь это только предположения, хотя адвокаты Ивана Сафронова, по данным “Ъ”, намерены попробовать найти своего подзащитного, официально обратившись именно в это исправительное учреждение.

Согласно открытым данным, ИК №17 имеет собственное деревообрабатывающее производство по выпуску сувениров, поддонов, туалетов и досок, цех металлообработки, кузницу, участок по обжигу извести и «швейку».

Там также ведется обучение по профессиям «оператор швейного оборудования», «электромонтер» и «станочник деревообрабатывающих станков», имеются храм, молельная комната для мусульман, медсанчасть со стационаром и «комната психологической разгрузки» с настоящим мандариновым деревом.

Напомним, что, как сообщал “Ъ”, об исчезновении Ивана Сафронова из ИК-7 в Арейском стало известно из электронных писем, которые на днях перестали ему доставляться. Причем произошло это накануне запланированных свиданий осужденного как с родными, так и с адвокатами.