Дмитрий Дремлюга проспал российскую рыбу

Росрыболовство начало расторгать договоры на закрепление долей квот на добычу рыбы с российскими компаниями, которые контролировали иностранцы, сообщил РБК представитель федерального агентства.

Речь идет о пяти предприятиях: ООО «Атлантика», АО «ХК «Дальморепродукт», ООО «Тайфун», ООО «Краб ДВ» и ООО «Зарубинская база флота». Все они были признаны Федеральной антимонопольной службой нарушителями закона «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства». Как считает ФАС, до получения права на добычу водных биоресурсов эти компании находились под контролем иностранного инвестора — гражданина Украины Дмитрия Дремлюги.

На основании заключений ФАС, направленных в Росрыболовство в конце 2018 года, его территориальные управления уже аннулировали этим юрлицам разрешения на добычу. В свою очередь, центральный аппарат Росрыболовства начал расторгать договоры о закреплении долей квот за этими компаниями. Это первый случай, когда российские компании, признанные подконтрольными иностранцам, лишаются квот, уточняет представитель Росрыболовства. В ФАС от комментариев отказались.

Какие компании лишаются квот и кто был их собственником, разбирался РБК.

Почему иностранцы не могут заниматься рыболовством в России

В соответствии с законом «О порядке осуществления иностранных инвестиций...» рыболовство относится к числу стратегических отраслей. С 2015 года в ст. 11 закона «О рыболовстве» предусмотрен прямой запрет на добычу рыбы российскими предприятиями, находящимися под контролем иностранного инвестора (может прямо или косвенно распоряжаться больше 50%). Исключение может быть сделано только в том случае, если такое владение одобрила правительственная комиссия по иностранным инвестициям. Сами такие предприятия при получении разрешения на добычу должны уведомлять о том, что находятся под контролем иностранца. За нарушение этого порядка компании принудительно лишаются прав на добычу. Высвобождающиеся квоты должны быть выставлены на аукцион.

Какие компании лишаются квот

Лишенные квот компании вели на Дальнем Востоке, в основном регионе добычи рыбы в России, промысел минтая, трески, краба, кальмара и еще некоторых видов водных биоресурсов, например морского ежа, следует из информации на сайте Росрыболовства. В год эти компании вправе были добывать более 1,3 тыс. т минтая, более 800 т трески, до 200 т крабов, более 700 т кальмаров. Всего в регионе в 2018 году было выловлено, по данным Росрыболовства, около 1,5 млн т минтая, примерно 120 тыс. т трески, 75,2 тыс. т крабов, 98 тыс. т кальмаров.

Часть договоров о закреплении долей квоты на добычу эти компании заключили с Росрыболовством в 2008 году сроком на десять лет — на их основании они ежегодно получали разрешения на вылов. Как выяснила ФАС, владельцем всех предприятий (на момент получения ими права на добычу — такое право, по мнению службы, возникало именно с даты выдачи разрешений на добычу — и вступления в силу прописанных в законе «О рыболовстве» прямых ограничений по владению) был бизнесмен Дмитрий Дремлюга.

Дремлюга родился в 1972 году в городе Ильчевске Одесской области. На Дальний Восток он переехал в 1990-е годы. В 1999 году гражданин Украины Дмитрий Дремлюга, проживавший в Приморском крае, указом президента Бориса Ельцина получил российское гражданство. В 2000-х Дремлюга получил контроль над старейшим в Приморье рыбопромышленным холдингом «Дальморепродукт».

Из Приморья Дремлюга уехал в 2012 году, когда у правоохранительных органов появились вопросы по нескольким уголовным делам, в частности связанным с махинациями на крабовых аукционах, писало местное издание Konkurent.ru.

Что установила ФАС

Получение российского гражданства не означало, что Дремлюга перестал быть гражданином Украины, установила ФАС. С декабря 2012 года Дремлюга «постоянно проживает на территории иностранного государства и не является налоговым резидентом Российской Федерации», следует из материалов судебного разбирательства между ФАС и ПАО (сейчас АО) «ХК «Дальморепродукт». В письме ФСБ, которое упоминается в судебных материалах, сказано, что Дремлюга объявлен в международный розыск «за совершение экономических преступлений» на территории России.

В судебных решениях описывается схема, по которой Дремлюга «прямо и косвенно» контролировал российские рыбодобывающие компании. Например, в 2014–2016 годах 72,8% ОАО «ХК «Дальморепродукт» бизнесмен с двойным гражданством владел через сингапурский офшор DVS-R Pte. С мая 2016-го по февраль 2017 года эта доля принадлежала уже через цепочку компаний дочери Дмитрия Дремлюги Алене.

По закону «О защите конкуренции» Дмитрий и Алена Дремлюга признаются одной группой лиц. Таким образом, ФАС заключила, что с 2014 по 2017 год Дремлюга имел контроль над «Дальморепродуктом». Похожие схемы были и в других компаниях.

Сейчас Росрыболовство направило письма всем пяти упомянутым предприятиям с требованиями о расторжении квот, уточнил представитель ведомства. Три компании не согласились добровольно расторгнуть договоры на квоты в досрочном порядке. По предусмотренной законом процедуре Росрыболовство уже подало иски в Арбитражный суд Москвы и готовится в конце февраля подать аналогичные иски к оставшимся двум компаниям, если они также добровольно не откажутся от квот.

Связаться с представителями лишаемых квот компаний не удалось. Направленный в АО «ХК «Дальморепродукт» запрос остался без ответа.

Исключение для Глеба Франка

Процедура лишения квот компаний, которые контролировал Дмитрий Дремлюга, затрагивает и крупнейшего добытчика минтая — Русскую рыбопромышленную компанию (РРПК), принадлежащую зятю Геннадия Тимченко Глебу Франку.

РРПК, как писала газета «Ведомости», в марте 2017 года купила часть бизнеса Дремлюги — АО «ДМП-РМ». За ней закреплены квоты на добычу минтая и сельди — 61 тыс. т минтая и 12 тыс. т сельди в год. Компания была создана в 2014 году в результате реорганизации всего холдинга «Дальморепродукт».​ Крупнейшим акционером этой компании с долей 72,77% была сингапурская DVS-R Pte — ее бенефициаром был признан Дремлюга.

В 2017 году у ФАС возникли вопросы к АО «ДМП-РМ», как и к другим компаниям, связанным с Дремлюгой. По итогам проверок ФАС обратилась в суд для признания подконтрольным иностранному инвестору и АО «ДМП-РМ». Параллельно собственники РРПК (на тот момент помимо Франка в их число также входил брат губернатора Подмосковья Максим Воробьев) сделали предложение о покупке ДМП-РМ, рассказывает собеседник РБК на рыбном рынке.

Когда ФАС признала ДМП-РМ незаконно подконтрольной иностранному инвестору, сама компания в 2017 году оспорила это заключение в суде, выиграв разбирательства в двух инстанциях. Но в апреле 2018-го кассационный суд отменил решения нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Москвы.

ДМП-РМ и ФАС, как следует из судебных материалов, договорились заключить мировое соглашение, оно может быть утверждено 1 марта 2019 года. Компания готова признать, что находилась под контролем иностранного инвестора Дмитрия Дремлюги в 2014–2015 годах, а ФАС, в свою очередь, признает, что на момент заключения мирового соглашения иностранный инвестор больше не контролирует АО «ДМП-РМ», его мажоритарные акционеры являются добросовестными выгодоприобретателями акций, поэтому оснований для принудительного прекращения прав компании на добычу водных биоресурсов нет, следует из текста соглашения, с которым ознакомился РБК. Достоверность этих условий подтвердили два источника, знакомые с ходом разбирательства.

ФАС в данном случае придерживается «двойных стандартов», считает президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Герман Зверев. «ФАС везде заявляет о том, что главным способом распределения квот должны быть аукционы, — напоминает Зверев. — Но в данном случае, вместо того чтобы вывести эту компанию на аукцион, с помощью мирового соглашения, по сути, создает особые условия для одного участника рынка и юридическую лазейку для иных компаний».

В ФАС, Росрыболовстве и РРПК отказались комментировать судебное разбирательство. В ДМП-РМ на запрос не ответили.​