«Элиты не понимают, что дальше…»

Ситуация на Донбассе породила смуту в околокремлевских элитах: бизнесмены не хотят войны, представители ВПК заинтересованы в обострении конфликта. Znak.сom разбирался во взаимоотношениях и мотивах «партии войны» и «партии мира» около Кремля и внутри него.
 
Если во время истории с крымским референдумом голоса российских политиков и прогосударственных СМИ звучали вполне консолидированно, то в ситуации с Донбассом настроения элит и, как следствие, провластных политологов и публицистов, судя по всему, гораздо сложнее.
 
Вице-премьер Дмитрий Рогозин пишет в Twitter сообщения в поддержку ДНР, сожалея, что не может быть с ними в одном окопе. Депутат Госдумы Елена Мизулина в ходе передачи на одном из федеральных телеканалов назвала российских добровольцев на Донбассе «настоящими мужиками». «И пусть идут», - добавила парламентарий.
 
Советник президента Сергей Глазьев в интервью газете «Завтра» призывал начать новую гонку вооружений и активизировать противостояние России с США. «Мы должны оценивать «Сопротивление Донбасса» как движение в защиту не только местного населения от нацистской хунты, но и защиту России от американской агрессии, а также всего мира — от четвертой мировой войны. Бойцы народного ополчения Донбасса — это защитники Русского мира, не по своей воле оказавшиеся на передовой новой мировой войны. При всем героизме бойцов народной армии Донбасса сами остановить мировую войну они не могут. Чтобы ее остановить, нужно создать широкую международную коалицию стран, способную согласованными действиями прекратить американскую агрессию. Эти действия должны быть направлены на подрыв американской военно-политической мощи, основанной на эмиссии доллара как мировой валюты… Наряду с мерами по подрыву возможностей США финансировать рост военных расходов, необходимы политические усилия по формированию широкой антивоенной коалиции с целью осуждения американской агрессии и разоблачения ее организаторов в Вашингтоне и Брюсселе»,  - в частности, говорил в интервью Глазьев.
 
Не меньшую активность проявляет и философ Александр Дугин: «Путин войска введет. Несколько позже, чем надо, но введет. Либо это будет конец. Янукович не ввел войска, и это был конец Украины. И конец Януковича. Путин войска не введет, и это будет конец России. И заодно и конец Путина». В промедлении Путина Дугин винит «шестую колонну» - по мнению философа, это некие прозападные представители элит в ближайшем окружении президента, готовящие уничтожение России.  
 
Несколько осторожнее себя ведут единороссы. В своих ежедневных пресс-релизах они не забывают называть киевский режим «хунтой», однако прямых призывов к военному вмешательству избегают.
 
«Наша задача добиваться того, чтобы на всех уровнях, начиная от международного дипломатического и кончая общественным и правозащитным, оказывать всю необходимую законную помощь народному ополчению и объединенному антифашистскому движению Новороссии. Фашизм не должен иметь будущего ни на земле Украины, ни на земле любой другой страны мира. Слишком страшную цену заплатило человечество для того. Чтобы побороть эту коричневую гадину, нам ни в коем случае нельзя допустить ее возвращение в наши мирные жизни и уничтожения нашего мира и цивилизации. Фашизм не пройдет», - в частности, несколько дней назад заявил вице-спикер Госдумы Сергей Железняк. Это заявление – одно из самых жестких, так как в нем речь идет о прямой помощи ДНР, трактовать которую можно достаточно широко.
 
Звучат, впрочем, и более мягкие высказывания в пользу дипломатического урегулирования конфликта.
 
«Россия была и остается на позициях неукоснительного правового обеспечения руководством Украины всего комплекса мер по обеспечению безопасности не только наших соотечественников, но и всех граждан Украины. Весь дипломатический ресурс Российской Федерации направлен на соблюдение Украиной норм международного права по защите прав человека и мирное правовое разрешение всех вопросов», - так, в частности, комментировала обращение Путина к Совфеду с просьбой отозвать разрешение на ввод войск на Украину, данное в феврале 2014 года, председатель думского комитета по безопасности Ирина Яровая.
 
«Мы считаем, что без перемирия, без начала диалога восстановить мир, справедливость и законопорядок на Украине просто невозможно», - и вовсе мягко заявил спикер Госдумы Сергей Нарышкин 1 июля.
 
Эксперты и собеседники Znak.сom, близкие к администрации президента, говорят, что де-факто можно говорить о внутреннем расколе и даже растерянности кремлевских элит по донбасскому вопросу. Есть сторонники жесткого курса и эскалации конфликта, есть – сторонники дипломатического урегулирования и постепенного снижения градуса накала страстей. Подоплека – в основном экономическая.
 
К первой группе «ястребов» эксперты Znak.сom относят представителей, связанных с военно-промышленным комплексом; их основным спикером является Рогозин. К этой группе принято относить главу корпорации Ростехнологии Сергея Чемезова,  министра обороны Сергея Шойгу,  часто  - главу администрации президента Сергея Иванова.
 
«Рогозин, Шойгу и старая советская элита, ВПК, местная бюрократия - война. Те, кто связан с реальной экономикой, – мир. Проблема в том, что у нас нет публичных фигур партии мира, поэтому она такая слабая внешне. А Путин, на самом деле, идет в ее повестке», - отмечает политконсультант Глеб Кузнецов.
 
Действительно, в понедельник Путин собрал на совещание послов и постоянных представителей России в разных странах, фактически огласив им новые принципы российской внешней политики на ближайшие годы.
 
«… Хочу, чтобы все понимали: наша страна будет и впредь энергично отстаивать права русских, наших соотечественников за рубежом, использовать для этого весь арсенал имеющихся средств: от политических и экономических, до предусмотренных в международном праве гуманитарных операций, права на самооборону…  К сожалению, Президент Порошенко принял решение возобновить боевые действия, и мы не смогли – когда я говорю «мы», имею в виду и себя, и моих коллег из Европы, – не смогли его убедить в том, что дорога к надёжному, прочному, долгосрочному миру не может лежать через войну…  Конечно, всё, что происходит на Украине, – это внутреннее дело украинского государства. Нам до боли жаль, что гибнут люди, причём гражданское население. Вы знаете, что растёт количество беженцев в Российскую Федерацию, и мы, безусловно, будем оказывать помощь всем тем, кто в ней нуждается. Но абсолютно неприемлемым является убийство журналистов. Вчера я об этом ещё раз напомнил Президенту Украины… Россия в своей внешней политике последовательно исходит из того, что решение глобальных и региональных проблем следует искать не через конфронтацию, а через сотрудничество, через поиск компромиссов. Мы выступаем за верховенство международного права при сохранении ведущей роли ООН», - в частности, говорил Путин.
 
К условной «партии мира» собеседники издания относят, прежде всего, крупный бизнес, а также периодически  - помощника президента Владислава Суркова.
 
«Те, кто связан с ВПК и госзаказом – это, скорее, «партия войны». Те, кто имеет интересы в сфере ТЭК – братья Ковальчуки, Геннадий Тимченко, Вагит Алекперов («Лукойл»), – они, конечно, принадлежат к «партии мира». Однозначно к «партии мира» принадлежат банкиры, которые по факту зарабатывают тем, что задорого продают в России дешевые деньги с Запада.  Те бизнесмены, кто связан с крупными инфраструктурными проектами (например в строительстве Керченского моста будут участвовать компании братьев Аркадия и Бориса Ротенбергов и Геннадия Тимченко – Znak.сom), изначально принадлежали к «партии мира», но те же санкции США их выталкивают в «партию войны» - хотя в санкционнных списках Европы их пока нет. Сурков находится где-то посередине. Что касается Путина, то он выполняет балансирующие функции. Он хотел бы быть в «партии мира», но его выталкивают в «партию войны». На встрече с послами он явно был напряжен: обострение конфликта ему совершенно некстати, он надеется все-таки решить дело миром и переговорами», - сказал Znak.сom руководитель Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.
 
Политолог Олег Бондаренко также согласен, что грань между партиями «войны» и «мира» находится по линии бизнеса, а не идеологии. «Крупные игроки, аффилированные с бизнесом, выступают за мир. Суркова тоже можно отнести к «партии мира», равно как и Глазьева. «Партия войны» трудно персонифицируема: в ситуации с Крымом большую роль сыграло армейское руководство, которое и предложило план. С Донбассом, где нет наших воинских частей, армейское руководство влияет на ситуацию меньше. Вообще большая часть российского руководства заинтересована в нормализации ситуации: горячие головы если и есть, то они в меньшинстве», - считает Бондаренко.
 
Между тем собеседник издания, близкий к руководству администрации президента, говорит, что реальный расклад сил сложнее: есть «партия холодной войны», «партия горячей войны» и «партия мира». К последней он относит бизнес и либеральных представителей правительства (в том числе, к примеру, руководство Минфина), к «партии настоящей войны» - представителей ВПК и Дмитрия Рогозина,  а партия «холодной войны», по словам собеседника, представлена Советом безопасности.
 
Замдиректора института стран СНГ Владимир Жарихин  считает, что дискуссия, идущая в элитах, – это нормально: даже при Сталине с ним могли спорить маршалы Жуков или Шапошников.
 
«Когда принимаются серьезные государственные решения, разумеется, есть разные взгляды на то, какими они должны быть. Пока дискуссия элит не выливается на поверхность через официальных лиц – борьба идет скорее по линии философов и политологов, и их полемика показывает наличие внутренней дискуссии. Но не надо забывать, что принятие окончательного решения в России является единовластным», - отмечает Жарихин, в качестве примера публицистов из «партии войны» называя Дугина, а в качестве примера «голубя мира» - политолога Станислава Белковского.
 
Публицист Егор Холмогоров,  занимающий резко антиукраинскую и продонбасскую позицию и близкий по идеологии к «партии войны», описывает ситуацию в разговоре со Znak.сom следующим образом: «В марте было четкое и ясно выраженное решение президента по Крыму. Поэтому никто и не подумал бы раскалываться. Хотя и тогда гражданские чиновники узнали о происходящем лишь тогда, когда в Крыму появились вежливые люди. По Новороссии четкого решения нет, а потому каждый чиновник и группа преследуют свои цели и интересы. У многих с Украиной личные и деловые связи. Очень многие страдают от санкций. Для кого-то же, наоборот, жесткая позиция - это надежда на новые карьерные возможности. В персональной кремленологии я не силен, а публично на стороне голубей засветился разве что спикер Нарышкин с формулой "Россия должна помочь президенту Порошенко восстановить правопорядок", но и он уже на следующий день сделал критические по отношению к Киеву заявления. Очень много вопросов вызывает позиция Минфина с его провокационным утверждением "деньги пенсионеров ушли на Крым"».
 
«Голубь мира» Станислав Белковский считает, что консолидированной позиции российских элит не было даже по крымскому вопросу, так как окружение Путина, имеющее бизнес-интересы, было не готово попасть под санкции.
 
«Решения принимает лично Путин, и он дает понять, что позиция элит ему не то чтобы до бесконечности важна: он устал быть буфером между ними и Западом. Его устраивает 85% поддержка населения, и она является достаточным аргументом, почему он не обязан обращать внимание на мнение элит. В публичном поле внутриэлитная полемика пока не проявляется, но на непубличном уровне я слышу много разговоров о том, что элитам происходящее обострение отношений с Западом не нравится, так как их жизненные стратегии были выстроены с ориентацией на Запад: никто не собирался доживать свой век в Крыму. Что касается «ястребов», то главным «ястребом» является сам Путин. Его стратегия оборонительная, а не наступательная: он считает, что должен остановить Америку и заодно предотвратить революцию в России. Киев Путину не нужен, а тактически он решает все на ходу. Его задача – «принудить» Вашингтон к новым переговорам об обустройстве мира. Элиты недовольны, но предпосылок для их восстания не вижу», - считает Белковский.
 
Еще один собеседник Znak.сom, близкий к администрации, резюмирует умонастроения околовластных элит следующим образом: «Если оценивать ситуацию как краткосрочную, то, конечно, есть какие-то партии войны и мира. Но в перспективе нас все равно будут уничтожать, и не сопротивляться не получится… У элит пропало понимание, что дальше. Они задают разные вопросы Путину и пытаются понять стратегию. Мы хотим нормализовать все процессы и федерализовать Украину, а также легализовать «Крым наш», и все… Но стратегически принято решение нас уничтожать, и вряд ли получится сторговаться».