Иск о банкротстве подала кипрская компания Dermant Estate, Восточнокарибский верховный суд Британских Виргинских островов в октябре принял решение о банкротстве Adela, подтвердила партнер Withers Татьяна Меньшенина, представляющая интересы Dermant Estate. В 2015 г. компания выдала Adela заем, но та перестала обслуживать долг с 5 июня 2017 г., сообщила она. На 30 мая 2018 г. долг Adela по этому займу составлял $1,37 млн. Разумных предложений о реструктуризации Dermant Estate не получила, говорит Меньшенина, поэтому компания пошла в суд.
У Dermant Estate есть требования и к самим «Домашним деньгам»: она получила их от кипрской Nylaz Trade, которая напрямую дала заем МФК. «Долг был взыскан, но остались неурегулированными штрафы за просрочку», – говорит Меньшенина. По ее словам, «в обоих случаях бенефициар Adela (г-н Бернштам) просил выдать кредит на развитие бизнеса «Домашних денег».
Тайна собственности
В 2012 г. Бернштам, когда давал интервью «Ведомостям», обсуждал развитие бизнеса группы Adela как ее владелец. Однако в разговоре с корреспондентом «Ведомостей» в понедельник, 14 января, Бернштам заявил, что компания ему не принадлежит: «Я не являюсь акционером компании Adela». Новых владельцев компании он не назвал. Adela зарегистрирована на Британских Виргинских островах (BVI). Информация о владельцах компаний, зарегистрированных в этой юрисдикции, отсутствует.
Кому принадлежат Nylaz и Dermant, не известно. Из данных в кипрском реестре следует, что они аффилированы: с апреля 2017 г. обе принадлежат Fabia International Investments (BVI). Меньшенина владельцев не раскрыла, сославшись на то, что это конфиденциальная информация. Бернштам заявил, что не знает, кому принадлежит Nylaz. Эта компания обслуживалась в рухнувшем Межтопэнергобанке, конкурсный управляющий которого – Агентство по страхованию вкладов (АСВ). Агентство также не раскрыло бенефициаров Nylaz.
Dermant намерена предпринять любые юридические действия, которые будут необходимы для взыскания долга, сообщила Меньшенина в ответ на вопрос, что будет делать истец и интересуют ли его российские активы Adela, в том числе «Домашние деньги».
Само по себе банкротство материнской компании не должно затронуть активы «Домашних денег», говорит старший юрист Hogan Lovells Денис Алмакаев. Активы компании не являются активами ее собственника, последний не может распоряжаться ими по своему усмотрению, объясняет он, конечно, собственник мог бы продать свою долю третьему лицу или получить дивиденды, но это уже зависит от финансового состояния «дочки».
Финансовое состояние «Домашних денег» неважное. В августе 2018 г. ЦБ исключил МФК из реестра микрофинансовых организаций. Тогда же АСВ подало иск о банкротстве «Домашних денег»: МФК была должна банкам под управлением агентства 3,25 млрд руб.
Кредиторы рядом
АСВ – крупнейший, но не единственный кредитор компании: «Домашние деньги» задолжали еще физлицам, которые предоставляли займы и покупали ее облигации (выпуск на 1,25 млрд руб. с погашением в 2022 г.). Также в картотеке судов общей юрисдикции зарегистрирован иск В. О. Гурдуса к Бернштаму. Там указано, что иск касается «взыскания сумм по договору займа, кредитному договору». Представитель Владимира Гурдуса, сооснователя компании «Доктор рядом» (сеть медицинских клиник), отказался от комментариев.
Если «Домашние деньги» будут признаны банкротом, владельцы компании будут ограничены в правах по ее управлению, руководить МФК будет назначенный арбитражный управляющий, говорит представитель АСВ. У такого управляющего есть право оспаривать сомнительные сделки. Другие кредиторы могут предъявить свои требования к МФК, но принимать решение об их включении в реестр требований кредиторов будет суд, подчеркивает представитель АСВ: «При поступлении требований компании Dermant Estate они будут изучены агентством на предмет их обоснованности и необходимости подачи возражений».
АСВ также подало иск о банкротстве самого Бернштама: он был поручителем по кредиту другой МФК – «Финотдела» (входила в одну группу с «Домашними деньгами»), и она задолжал банку под управлением агентства 10 млн руб.
Развод и раздел имущества
Сейчас Бернштам разводится с супругой, рассказал «Ведомостям» один из его кредиторов и человек, близкий к «Домашним деньгам». На сайте судов общей юрисдикции Москвы указано, что 10 октября 2018 г. Гагаринский районный суд зарегистрировал дело о разделе совместно нажитого имущества между супругами: истцом является Елена Бернштам, ответчиком – Евгений Бернштам. Судебное заседание назначено на 5 февраля. Елена Бернштам от комментариев отказалась. Евгений Бернштам сказал, что «это личное дело».
Развод в условиях, когда одного из супругов могут признать банкротом, – типичная практика, говорит арбитражный управляющий Евгений Семченко, это часто делается для затягивания процесса банкротства: до раздела имущества нельзя сформировать конкурсную массу. Супруги могут подать на развод и для того, чтобы ухудшить качество конкурсной массы и спасти часть имущества, добавляет он: «Хотя по закону совместно нажитое имущество делится пополам, активы, отошедшие супругам при разводе, могут быть равнозначны только на бумаге. По факту же супругу-должнику при разводе достаются неликвидные активы, а ликвидные отходят супруге». Согласно постановлению пленума Верховного суда любые брачные договоры и соглашения о разделе имущества теряют юридическую силу, если суд примет решение о банкротстве одного из супругов, напоминает Семченко.
