Геннадий Орлов: «К скандалу с допингом всё шло 45 лет»

Под каким флагом поедут в Пхенчхан российские олимпийцы, какой гимн услышат трибуны, когда наши победят, – неважно. Так считает спортивный комментатор, в прошлом – нападающий «Зенита» Геннадий Орлов. Теперь он подводит итоги года вместе с другими экспертами. Раньше свои прогнозы дали сатирик Михаил Жванецкий, который ждёт, когда «снизу постучат», экономист Владислав Иноземцев, объяснивший, чем Путин 3.0 будет отличаться от президента, избранного 18 лет назад, депутат Борис Вишневский, нашедший президенту замену, историк Алексей Миллер, который знает, кто научил Путина подбирать преемников, публицист Александр Невзоров, знакомый с главным мерзавцем страны, и политолог Валерий Соловей, чьи прошлогодние прогнозы сбылись.

В декабре 2017 года «Советский спорт» признал Геннадия Орлова лучшим комментатором страны, к поздравлениям присоединяется «Фонтанка».

- Геннадий Сергеевич, какие события 2017 года вы бы назвали самыми значительными?

- Конечно, это был год подготовки к чемпионату мира по футболу. Ну и, конечно, придётся вспомнить допинговый скандал, отстранение олимпийской сборной России от участия в Олимпиаде 2018 года в Пхенчхане. Но это ведь мы заранее знали. Мы уже два года говорили обо всех этих ситуациях, связанных с Родченковым и его откровениями о допинге в российской сборной. И я понимал, что всё идёт к недопуску к Олимпиаде.

- Разрешение российским спортсменам выступать на Олимпиаде только под нейтральным флагом, без национальной символики, – это решение жёсткое или гуманное?

- На мой взгляд, гуманное. Некоторые спортсмены-конкуренты в мире наверняка обрадовались бы, если б Россия вообще не смогла поехать. Но ведь нашим атлетам не запретили. Более того: на эмблеме даже разрешили написать «Олимпийский спортсмен из России». То есть название страны всё равно прозвучит. МОК пошёл нам навстречу и не стал обижать «чистых» спортсменов.

- Потом было много разговоров, что это унизительно и надо объявить Олимпиаде бойкот.

- Кто это говорил? Ни один наш спортсмен ехать не отказался. Они все высказались – все хотят ехать. У нас уже был 1984 год, когда политбюро приняло решение за спортсменов, что они не едут в Лос-Анджелес. Слава богу, Путин понимает, что сейчас так нельзя. А этот псевдопатриотизм, когда депутат Толстой начал кричать, что спортсмены могут и подождать… Он просто… Мягко говоря, он недалёк. В своих мыслях.

- Но символика, видимо, спортсменам важна. Олег Знарок заявил, что хоккейная сборная не будет выступать со «спасательным кругом» – эмблемой, которую МОК предложил вместо российского герба. Хоккеисты подготовили свою символику.

- И при этом все хоккеисты тоже сказали, что, как бы там ни было, они поедут и будут играть. А болельщикам какая разница, что за символы на форме? Поднимут флаг или нет? Победят спортсмены – болельщики точно так же будут радоваться, как если бы были флаг и гимн.

- Вы считаете, это неважно, под каким флагом едет команда страны?

- Олимпийские игры проводятся среди спортсменов. Ключевое слово на Олимпиаде – «спортсмен». Соревнование между странами, общий медальный зачёт – это придумали газетчики. Вот сейчас в соревнованиях по биатлону будут выступать спортсмены из России, в их числе – Анастасия Кузьмина. Когда-то в России её обидели, не взяли в состав сборной, она переехала в Словакию – и выступает в этой стране, имеет второе гражданство. Виктор Ан из Южной Кореи, наоборот, обиделся на свою страну и выступает за сборную России. Взял в Сочи золотые медали. Этот процесс в мире не остановить. В сноуборде – Вик Уайльд, американец, женился на русской девушке и выступает за российскую команду. Он тоже принёс золотую медаль в копилку нашей сборной в Сочи. Спорт – это не состязание государств, это соревнования спортсменов высокого класса.

- А помните, как вся страна была растрогана, когда в Лейк-Плэсиде в 1980-м Ирина Роднина, ставшая чемпионкой, от счастья плакала под гимн?

- Это важно для телевидения. А там сейчас идёт такая грубая, дешёвая пропаганда, какой даже в СССР не было. Мне, журналисту с более чем 40-летним стажем, стыдно за то, что творится на Первом канале и ВГТРК. Зачем они ссорят русских людей со всем миром? Это же прямое разжигание ненависти! Я вот выезжаю за границу – даже во времена СССР к нашей стране нигде так не относились. Спорт должен быть мостиком к миру. У нас всегда через спорт завязывались хорошие контакты со всеми странами. А сейчас – какие могут быть контакты, если МОК пожизненно, на все соревнования, лишает аккредитации нашего главного куратора спорта? Никогда такого не было. Вот даже мы с вами сейчас переводим разговор на политику. Зачем? В спорте надо держаться только спорта.

- Что, по вашему мнению, означают подозрения в применении допинга в адрес российских футболистов?

- Родченков утверждает, что российская футбольная сборная тоже, как и другие, была задействована в системе так называемых подготовительных медико-биологических мероприятий. Если он говорит правду, то на каком-то этапе и футболисты могли что-то получать. В январе FIFA должна изучить по этому поводу сведения от международной комиссии.

- Простите, это они так на допинге играли?

- Послушайте, я же сам часто летал с «Зенитом» и со сборной на матчи, в том числе и за границу. И точно знаю: каждый раз офицеры FIFA или UEFA двоих-троих спортсменов вызывали на допинг-контроль. И ни разу не было, чтоб кто-то попался.

- А есть вообще смысл применять допинг в командных видах спорта?

- Ну, разве что забыв о своём здоровье и о законе. А так – в этих видах спорта тоже многое зависит от физической выносливости, и бывает допинг, который её добавит. Так что теоретически это могло быть.

- Вы сказали, что к допинговому скандалу дело давно шло. А насколько давно?

- С начала моей работы комментатором. А я работаю в системе Гостелерадио с 1973 года. За это время я побывал на семнадцати Олимпийских играх, а кроме того – универсиады, чемпионаты мира по футболу, по волейболу, по плаванию. Я был такой «многостаночник».

- Вы хотите сказать, что к этому шло 45 лет?

- Медицина всегда старается помочь спортсменам. У спортсмена какая проблема? Чтобы он был перед стартом на пике физической готовности. В циклических видах, как велосипед, конькобежный спорт, лыжный, плавание, где соревнуешься ещё и сам с собой, чтобы превысить свой собственный рекорд, спортсмен может захотеть какой-то подпитки. И в мире развита система спортивной науки, многочисленные институты разрабатывают законные способы обогащения организма. Но есть тысячи запрещённых препаратов. Они влияют на организм в целом и признаны допингом. Спортсмен – он же о последствиях для организма часто не думает. И на «спортивной бирже» всегда крутились всякие жучки, предлагали всевозможную химию, добавляющую выносливости, скоростной реакции, ещё чего-то. Или был, например, такой допинг, не буду его называть, изобретённый для спецназа в Афганистане: у человека пропадало чувство страха, пропадали пороги, организм переставал давать сигнал, что больше его нельзя нагружать. Одна известная лыжница когда-то завоевала на этом препарате олимпийские золотые медали, она в этом потом даже призналась.

- Это «жучки» склоняли спортсменов к допингу или спортсмены сами искали способ что-то себе, как вы говорите, добавить?

- По мере развития большого спорта в нём появились сумасшедшие призы. В разных странах это происходит по-разному. В России спортсмен получает, кроме медали, ещё две награды. Во-первых, это огромные суммы от фирм, предоставивших экипировку. Это всё, кстати, фирмы иностранные, в России не делается вообще ничего из экипировки. И чемпион становится лицом такой фирмы.

- Так происходит не только в России.

- Конечно. Майкл Джордан, знаменитый баскетболист из NBA, заработал на рекламе больше миллиарда долларов.

- Но фирмы берегут репутацию. Мария Шарапова из-за обвинений в приёме мельдония лишилась рекламных контрактов.

- Именно, именно! Так вот: в России у спортсменов есть ещё вторая награда, с репутацией никак не связанная. Посмотрите, какие премии даёт им государство: сто тысяч долларов за золото, автомобиль, губернатор должен дать квартиру и так далее. Я, конечно, рад за спортсменов, что они стали хорошо зарабатывать…

- Вы хотите сказать, что спортсменов тем самым подталкивают к искусственному улучшению результата?

- Вот вы сами логически и вышли на то, чего я сказать не успел. Это не только российское явление, с этим борются везде в мире. Посмотрите, сколько сообщений появляется о дисквалификации спортсменов за допинг в других странах.

- Там наказывают самих спортсменов, а у нас обвинили в покровительстве системе допинга государство. И впервые в истории олимпийского движения наказали за это всю страну. Почему?

- А вот давайте и посмотрим, почему МОК говорит о системе. Допинг – это огромные деньги, которые готов платить спортсмен. Или какой-то спонсор за него. Родченков возглавлял антидопинговую лабораторию, то есть должен был выявлять допинг, бороться с ним. Что он делал на самом деле? Они там, в этой лаборатории, допингом промышляли. Но могли они это делать без связи с министерством? Родченков подчинялся министерству, оно обеспечивало его заграничные командировки, из которых он привозил всевозможные составляющие своего «коктейля». Провезти это через границу просто так невозможно. Теперь и международные комиссии доказали, что российские чиновники знали о применении допинга. Это-то и потрясло весь мир. Поэтому и стал Виталий Мутко нерукопожатным. И президент Путин уже несколько раз признал: да, мы допускали ошибки. Вдумайтесь: президент – и он признаёт это! Как такое могло произойти?

- А инициатива чья была? Министерства – или Родченкова?

- А какая разница? Мог и Родченков предложить: я, мол, вам всё сделаю. А ему ответили: делай. Всё равно получается, что они были в сговоре. Знали об этом в Кремле, не знали – это нам неизвестно. Но известно о взаимодействии Родченкова с чиновниками Минспорта.

- Начало «допинговой кампании» в России датируют 2011 годом. Почему именно тогда?

- Зимняя Олимпиада в Ванкувере в 2010 году – это был провал российской сборной. А через четыре года Олимпийские игры должны были проходить в России. Встал вопрос: ребята, надо что-то делать. И Родченков проявил свои способности: создал свой «коктейль» и стал всех им угощать. Уж не знаю, то ли дурил всех – то ли и правда гений. Я слышал, что он действительно талантливый химик. Но есть много спортсменов, которые могли побеждать без всякого допинга. Я убеждён, что у нас большинство олимпийских чемпионов в допинге не нуждались. А мы теперь даже не знаем точно, кто из них принимал, кто – нет. Нескольких поймали, вскрылась эта система. С баночками. Путин ещё два года назад сказал, что важно понять, кто у нас нарушители, что надо поддерживать контакты со всеми международными комиссиями. Надо самим разобраться: кто у нас распространяет допинг, почему не заканчивается эта ползучая история, что якобы без допинга не станешь чемпионом.

- Путин сказал – и что?

- Ничего. Никто ничего не стал искать. Нашли только стрелочников – дисквалифицировали пару тренеров, уволили Нагорных – заместителя Мутко. И прошло это почти незаметно.

- WADA предлагало России признать существование системы господдержки допинга, описанной в докладе Макларена, чтоб избежать дисквалификации. Это действительно помогло бы?

- Было два варианта поведения, чтоб избежать дисквалификации: или признать доклад – или судиться. Но ведь не использовали ни один из них! В суд государство тоже не подало. Судились отдельные спортсмены, но они боролись только сами за себя. А система как таковая не стала их защищать. И посмотрите, что говорят сами спортсмены: Иоланда Чен, Евгений Кафельников, Анна Дмитриева – теннисистка, заслуженный мастера спорта ещё СССР. Все они говорят о том, что за два года никто палец о палец не ударил. Легкоатлет Сергей Шубенков так и спрашивает: почему вы за нас не заступаетесь.

- Как за них могли заступаться?

- Подавать в суды. Но суды бы сразу затребовали документы.

- И баночки.

- И баночки! И боязнь, что что-то раскроется, не позволила спортивным чиновникам идти в суд. Теперь весь мир рассуждает так: раз вы сами не отстаиваете свои честь и достоинство, значит, вы виноваты. Но МОК ведь даже смягчил формулировки: они стали говорить не о государственном содействии допингу, а о содействии на уровне отдельных чиновников. Они подсказывали: ребята, мы не против вашего государства во главе с президентом Путиным, признайте систему допинга хотя бы на уровне отдельных чиновников! МОК опустил «планку», он протягивал России руку, предлагал способ избежать дисквалификации. Но даже на это не пошли. Хоть бы сами, для себя, определили, кто нарушители: какие тренеры, какие врачи. Но я ведь не видел ни одной фамилии врача, которого бы наказали за употребление спортсменом допинга. А без врачей этого не могло происходить.

- Кстати, да: почему о врачах не говорят?

- А потому, что все замазаны. Копнуть кого-то одного – он начнёт об остальных рассказывать.

- И получится не один Родченков, а целая «сборная».

- Зато выкорчевали бы всю систему. Ну, хорошо: валят сейчас на одного Родченкова. Но он один, без покровительства чиновников, не был способен на создание такой системы. Ну, давайте уже всех этих людей выведем на чистую воду, уберём их из спорта! А то страдают те, кто допинга не принимал.

- В Пхенчхане российской сборной победить, может, будет даже важнее, чем в Сочи: надо показать, что наша страна способна на это вопреки всем недоброжелателям. Рискнут чиновники подсунуть спортсменам допинг?

- Что они, идиоты?

- Этот вопрос можно было задавать и четыре года назад в Сочи.

- Да нет, сейчас ведь сразу всех поймают и лишат медалей!

- Как вы оцениваете шансы российских спортсменов в Пхенчхане?

- Как бы наши спортсмены сейчас ни выступили – это будет уже точно наше выступление. Его оспорить нельзя будет. Но надо, в конце концов, разобраться, кто виноват. Я не верю, что наказали именно виновных. И повторю: наши спортсмены способны побеждать без всякого допинга.