Глава АКРА: «мы излишне концентрируемся на санкциях»

Кто такая Екатерина Трофимова?

Екатерина Трофимова — экономист по образованию, более десяти лет (с 2000 по 2011 год) проработала в международном рейтинговом агентстве Standard & Poor’s. Прошла путь от ассистента по исследованиям до главы группы рейтингов финансовых институтов стран СНГ. После ухода из S&P была назначена первым вице-президентом Газпромбанка, где возглавила центр экономического прогнозирования и центр рейтингового консультирования.

В 2015 году Трофимова стала гендиректором Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА), образованного в рамках нового регулирования рейтинговой отрасли в России на фоне западных санкций.

В одном из своих выступлений после назначения Трофимова подчеркивала, что АКРА будет независимым от государства. «Смотрите сигнал. В тот момент, когда я уйду, — это будет момент, когда кто-то попытается вмешаться. Я по-другому работать не буду. У меня единственный актив — репутация», — говорила она.

«Рассчитывать на бурный рост числа эмитентов не приходится»

— 2017 год — по сути первый год, когда АКРА стало получать доходы от рейтинговой деятельности. Какую долю в выручке они занимают?

— Финрезультат в 2017 году получился в несколько раз выше, чем предполагал бизнес-план, нам удалось выйти на чистую прибыль. Выручка от профильной деятельности составила 259 млн руб., и в итоге распределение между рейтинговой выручкой и доходами от размещения акционерного капитала на депозитах находилось примерно в пропорции 50 на 50.

— За счет чего планируете наращивать выручку?

— В ближайшее время увеличение выручки будет связано в основном с ростом рейтингового портфеля: это новые сектора, которые мы начинаем рейтинговать, плюс рост числа рейтингуемых эмитентов. Пытаемся больше работать с эмитентами второго и третьего эшелонов, наращивать портфель именно за счет количества рейтингов. Пока получается. К сожалению, российская экономика достаточно концентрирована и в текущей ситуации рассчитывать на бурный рост числа эмитентов не приходится.

Поэтому в средне- и долгосрочной перспективе АКРА планирует развивать нерейтинговые продукты — услуги по валидации и разработке рейтинговых моделей, стресс-тестированию, проведению тренингов, подготовке исследований, разработке индексов. По нашим расчетам, в ближайшие год-два выручка от них будет составлять до 15% от валовой. Это пока меньше, чем у глобальных агентств, где на подобные продукты приходится до половины выручки. Мы рассчитываем, что в дальнейшем распределение наших доходов [от рейтинговых и нерейтинговых продуктов] будет двигаться к пропорции 50 на 50.

— Акционеры АКРА в конце ноября получат право перепродавать акции. Каких изменений ожидаете? «Открытие Холдинг» устраивает АКРА как акционер, ведете ли переговоры о его выходе из капитала?

— У нас доля, приходящаяся на одного акционера, — всего 3,7% капитала. Действительно, ограничение на передачу акций АКРА через три года после создания агентства снимается. Но даже если кто-то и соберет большой пакет, его право голоса будет ограничено 5%. Никаких признаков, чтобы какой-то из акционеров хотел выходить или передавать свой пакет акций АКРА, сейчас нет.

Наши отношения с акционерами построены по очень дистанционному принципу. Поэтому вопросы о желательности или нежелательности их присутствия в капитале нами не рассматриваются. АКРА не является стороной акционерного соглашения, у нас нет никакого права и интереса участвовать в этих процессах.

— Нахождение акционеров под санкциями — речь о «Ренове», например — несет риски?

— Я считаю, что мы абсолютно защищены в этом случае из-за того, что все акционеры миноритарные, и мы полностью отделены от акционеров — они не участвуют в операционной деятельности, никак не представлены в органах управления. По всем стандартам мы не квалифицируемся как дочерняя структура, это портфельные инвестиции акционеров.

Что такое АКРА

Решение о создании рейтингового агентства АКРА было принято в рамках реформы рейтинговой отрасли в России на фоне западных санкций. АКРА учреждено 20 ноября 2015 года вскоре после принятия закона «О деятельности кредитных рейтинговых агентств», согласно которому национальные кредитные рейтинги могут присваивать только агентства, получившие аккредитацию ЦБ и работающие в России как самостоятельные юрлица. Сейчас в реестр ЦБ входят только два агентства — АКРА и «Эксперт РА». «Большая тройка» глобальных агентств — S&P, Fitch и Moody’s — проходить переаккредитацию по новому закону не стала, продолжив присваивать российским эмитентам рейтинги по международной шкале.

Акционерами АКРА являются 27 российских компаний и финансовых институтов с долей 3,7% в капитале, объем уставного капитала АКРА превысил 3 млрд руб. По итогам 2016 года агентство показало убыток 36 млн руб., но уже в 2017 году его чистая прибыль составила 90 млн руб.

— Двух рейтинговых агентств, аккредитованных в ЦБ, — АКРА и «Эксперт РА» — достаточно для российского рынка?

— Здесь важнее не количество агентств, а качество предоставляемой работы. На данный момент уровень конкуренции на рынке достаточный, об этом говорит и регулятор. Но, я думаю, ситуация, когда внутренний рынок распределен только между двумя игроками, временная. Рано или поздно международные агентства захотят полноценно вернуться на российский рынок. Тогда это создаст серьезное конкурентное давление на национальные агентства и станет серьезным вызовом для глобальных агентств, которые раньше фактически делили рынок на троих. В случае их возвращения игроков будет пять, а может быть больше. Вот такой уровень конкуренции для российского рынка будет неэффективно высоким.

«Причины санкций все меньше относятся к политическому контексту»

— Вы согласны с утверждением, что после распространения западных санкций на публичные компании роль рейтингов девальвируется?

— Нет, не согласна, потому что на фоне продолжающейся рыночной волатильности потребность участников рынка в понимании уровня рисков эмитентов только возрастает. Да, из-за санкций у рейтинговых агентств прибавляется работы, потому что рейтинговое агентство ведет постоянный мониторинг рисков эмитента — ночью и днем, в праздники и будни. Вопрос только в том, насколько методология того или иного рейтингового агентства умеет учитывать и прогнозировать влияние меняющихся условий.

Влияние санкций на кредитное качество компании не всегда однозначно негативное, как ни парадоксально. Иногда их введение с точки зрения кредитной устойчивости, а именно это мы пытаемся оценить с помощью кредитных рейтингов, может быть даже положительным. Например, компания может получить дополнительные преференции, доступ к определенным новым видам операций или господдержке.

Кроме того, всегда нужно очень внимательно разбираться, о каком виде дефолтов при санкциях идет речь. Не всегда то, чем угрожает компания в раскрытии, реально реализуется в невыплаты кредиторам.

— ЦБ разрешил банкам не учитывать ухудшение качества кредитного портфеля, связанное с санкционными компаниями. Рейтинговые агентства будут получать эту информацию или рейтинговать втемную?

— Рейтинговые агентства со всеми рейтингуемыми лицами работают на основе соглашений о конфиденциальности, являются их глубокими инсайдерами и получают полную информацию от них. Не готова комментировать конкретный случай, но мы не основываем свои заключения исключительно на регуляторных трактовках, все интерпретации наши собственные. Зачастую регулятивные послабления, связанные с макроэкономическими или геополитическими потребностями, носят конъюнктурный характер и не отражают всю полноту рисков. Мы в своих оценках учитываем регулятивные трактовки, но интерпретируем все процессы самостоятельно.

— Есть у АКРА оценки рисков распространения санкций на определенных эмитентов?

— Мы видим общую неопределенность, связанную с неспадающим санкционным давлением на ситуацию на рынке. Прогнозы по росту ВВП или динамике отдельных отраслей учитывают влияние санкций. Один из важнейших факторов мониторинга всех эмитентов — уровень стресса на финансовом рынке. Индекс финансового стресса АКРА в апреле после объявления о новых американских санкциях показал, что шок на рынке был довольно серьезный, но достаточно краткосрочный. Сейчас этот индекс вплотную приблизился к своему досанкционному уровню. То есть можно сказать, что финансовая система уже успела подстроиться к новым условиям.

Я узнаю наши рейтинги вместе со всеми из публичного раскрытия, поскольку не занимаюсь аналитической рейтинговой деятельностью, а отношусь к операционной и бизнес-части штата АКРА. У нас жестко действует разделение между аналитической и неаналитической деятельностью: даже офис разделен на две части с отдельными входами и бытовыми помещениями.

— Какие перспективы у держателей евробондов «Русала», с учетом того что после предусмотренного Минфином США переходного периода эмитент не сможет расплачиваться в долларах?

— В каждом случае надо детально рассматривать наложенные ограничения: далеко не все они подразумевают запрет на использование доллара США в расчетах. Существует возможность использовать гонконгский доллар, который достаточно удобен в расчетах, поскольку привязан к доллару США и волатильность его курса минимальна.

Поверьте, решения есть. Другое дело, что любая передача ценной бумаги предполагает потерю маржи, чего стараются избежать инвесторы. Сейчас все выжидают, будет ли найдено какое-то решение, связанное с возможным выводом «Русала» вообще из-под санкций в связи с планируемым изменением структуры собственности. Но все надеются на это не потому, что находятся в безвыходной ситуации, а потому, что не хотят нести дополнительные расходы и терять доходность.

— Не так давно мы стали свидетелями скачка курса рубля на фоне новых санкций. Вернется ли курс валюты на прежние уровни?

— Правильно говорить не о курсе на какой-то момент времени (это будет на грани угадывания), а о средних уровнях в какой-то промежуток времени. Базовый прогноз АКРА по среднегодовому курсу рубля в 2018 году — 59 руб. за доллар при ценах на нефть $58 за баррель при высокой волатильности обоих показателей. Рубль необходимо рассматривать в комплексе мировых валют. Из-за повышения долларовых ставок есть тенденция к ослаблению валют развивающихся стран, что также может оказывать некоторое давление на курс рубля. Ошибочно вырывать санкции из общего мирового контекста и логики развития текущей мировой экономической политики крупнейших стран мира.

— А как санкции вписываются в мировой контекст?

— Я считаю, что санкции в отношении России стоит рассматривать с точки зрения общего роста протекционизма в мировой экономике. Например, введение апрельских санкций в отношении России случилось сразу после взаимных торговых ограничений Китая и США, которые оказывают куда более существенное негативное влияние и на мировую, и на российскую экономики. Сейчас причины для внесения в санкционные списки все меньше относятся к политическому контексту и больше — к экономическому.

Рост протекционизма в мировой экономике будет снижать темпы мирового роста, что приведет к уменьшению спроса на российский экспорт. Этот фактор вместе с ожидаемым снижением численности населения может оказывать гораздо более сильное отрицательное влияние на экономику России, чем прямые ограничения для конкретных компаний.

«Наше основное конкурентное преимущество — неэффективность»

— Прогнозы роста экономики России находятся на уровне 1–2% в год. Недавно Владимир Путин назвал целью вхождение России к 2025 году в пятерку крупнейших экономик мира. За счет чего этого можно добиться?

— По прогнозам АКРА, в 2018 году рост ВВП составит 1,6% и останется примерно на таком уровне в ближайшие три—пять лет. Рост более высокими темпами будет означать перегрев экономики и поэтому будет неустойчивым. Увеличить потенциал роста могли бы инвестиции: в конце 1990-х — начале 2000-х годов ​каждые 4 п.п. доли инвестиций в ВВП добавляли в среднем по странам мира по 1 п.п. к темпам роста ВВП на душу населения. В ближайшие несколько лет приоритетом экономической политики как раз станет увеличение долгосрочных темпов экономического роста за счет инвестиций.

Мне кажется, что нашим основным конкурентным преимуществом является сегодняшняя неэффективность [экономики]. По оценкам АКРА, более высокая производительность труда и использование новых технологий в совокупности могут увеличивать рост экономики России примерно на 0,9 п.п. в год. Вклад увеличения производительности труда в ближайшие годы будет одним из ключевых источников экономического роста. Зарегулированность бизнеса и неоперационные затраты, которые с этим связаны, — тоже большая проблема. На мой взгляд, мы излишне концентрируемся на санкциях, в то время как внутренняя повестка значит намного больше.

— Какие сектора экономики, по вашему мнению, могут стать приоритетными для экономического роста?

— Зоны роста сейчас есть во многих отраслях, особенно связанных с импортозамещением. Однако доминирующие в экономике сектора не показывают существенного роста, поэтому совокупные цифры не растут. Если в 2015–2016 годах импортозамещение в основном коснулось сельского хозяйства, пищевой промышленности, бытовой химии и туризма, то в 2017–2021 годах оно, вероятно, затронет легкую промышленность, электротехнику с электроникой, стройматериалы и фармацевтику.​

— Как совмещение Антоном Силуановым обязанностей первого вице-премьера и министра финансов соотносится с задачей роста ВВП, с учетом того что Минфин по традиции контролирует расходы, а теперь в ведении его главы будет развитие экономики?

— Важнейшей задачей нового правительства станет бюджетный маневр в социальной сфере, и финансово-экономический блок будет играть в ней ключевую роль. Последние годы последовательной господдержки различных отраслей и предприятий укрепили надежду бизнеса на продолжающееся госфинансирование. А это будет все более и более непросто в условиях бюджетных ограничений.

Очень важно, чтобы новое правительство не только решало вопрос о том, как распределить средства и где их взять в госбюджете, но и создавало стимулы для развития рыночных источников финансирования.

— Первая правительственная оценка допрасходов на реализацию майского указа президента — 8 трлн руб. Достаточно ли будет такой суммы, ведь раньше оценки экспертов были гораздо выше?

— Любые оценки сейчас очень условны. Названная сумма может быть стартовой точкой для переговорного процесса между ведомствами, для определения программ поддержки. Объявленные 8 трлн руб. — это четверть годового консолидированного бюджета РФ, а на перспективу плановых шести лет — всего 4%. Мы исходим из того, что правительство продолжит придерживаться бюджетного правила и не будет наращивать расходы, то есть скорее новый указ сформирует приоритеты к перераспределению расходов бюджета в сторону развития человеческого капитала.​