В освоение Арктики нефтяные компании готовы вложить от 5 трлн до 8,5 трлн руб., но для этого им нужны беспрецедентные налоговые льготы ценой 2,6 трлн руб. План нового проекта изложен в письме главного исполнительного директора «Роснефти» Игоря Сечина, которое он 26 июня написал президенту Владимиру Путину, и в прилагающихся к нему расчетах KPMG.
«Ведомости» ознакомились с документами, подлинность письма подтвердили семь человек, из них четыре чиновника, два человека, близких к работающим в регионе нефтегазовым компаниям, а также один из возможных участников проекта.
Чтобы получить льготы, Сечин просит Путина поддержать проект федерального закона о развитии Арктики – этот документ, разработанный Минвостокразвития, предусматривает особый режим для инвесторов. На письме Путин написал поручение премьеру Дмитрию Медведеву: «Проработать предложение и доложить», его резолюцию подтверждают два собеседника «Ведомостей».
Сечинский треугольник
В письме Сечин рассказывает Путину о новом нефтегазовом проекте «Восток ойл», который объединит месторождения «Нефтегазхолдинга» Эдуарда Худайнатова (Пайяхское) и «Роснефти» – в частности, Лодочное, Тагульское и уже работающее Ванкорское. В презентации KPMG перспективные ресурсы проекта оцениваются в 2,6 млрд т углеводородного сырья (доказанные запасы немногим превышают 870 млн т нефти), там же говорится о включении в кластер месторождений совместного предприятия с ВР «Ермак нефтегаз» и восточнотаймырских месторождений, где сейчас «Роснефть» ведет геолого-разведочные работы. В проект входят «первоклассные международные инвесторы», пишет Сечин Путину, не называя их, с некоторыми идут переговоры, уточняет он.
Инвестиции, по расчетам Сечина, превысят 5 трлн руб.: будет построено 5500 км трубопроводов, морские терминалы с перевалкой до 100 млн т в год, аэропорты, линии электропередачи и т. д. В презентации KPMG сумма инвестиций еще больше – 8,5 трлн руб. Это по 300 млрд руб. в год, для сравнения: вся инвестпрограмма «Роснефти» в этом году – немногим более 900 млрд, замечает старший директор отдела корпораций Fitch Дмитрий Маринченко. Инвестиции зависят от запасов в регионе, если они приблизятся к перспективным ресурсам, то капитальные затраты превысят и 8,5 трлн руб., поясняет один из возможных участников проекта. Вклад проекта в ВВП эксперты KPMG оценивают до 2% в год до 2050 г., а выигрыш для бюджета – в 4,4 трлн руб. от налоговых поступлений, увеличения дивидендов и эффекта от смежных отраслей.
Проект был бы работоспособным и без налоговых послаблений, но для этого потребовалось бы финансирование под 4–5%, что сейчас невозможно, говорит человек, близкий к одному из участников проекта. Сечин в письме оценивает стоимость проектного финансирования в России более чем в 11–12%, поэтому нужны иностранные партнеры, а для них важны долгосрочные фискальные условия.
Холодный налоговый рай
Долгосрочные фискальные условия подразумевают налоговые льготы, следует из письма Сечина. Законопроект, разработанный Минвостокразвития, предполагает полное освобождение от НДПИ новых нефтегазовых месторождений, а для уже работающих – налоговый вычет из НДПИ на сумму инвестиций. А также нулевые ставки налога на имущество, земельного налога, снижение налога на прибыль до 7% (сейчас – 20%) и страховых взносов до 7,6% (сейчас базовая ставка – 30%). И все это на 30 лет.
Сечин предлагает и свою версию законопроекта, одна из ключевых поправок – льготы по НДПИ для Ванкорского месторождения и возможность без налогов передавать сэкономленные средства проектам в Арктике. В прошлом году на ванкорские месторождения пришлось почти 9% добычи «Роснефти» – 21,4 млн т нефти, ежегодно «Роснефть» тратит на них 30–70 млрд руб. Проект уже получал льготы – по НДПИ и экспортной пошлине, но после повышения отдачи от проекта они были отменены.
Для участников «Восток ойла» льготы составят 2,6 трлн руб., подсчитали эксперты KPMG, благодаря преференциям проект должен выйти на положительный денежный поток в 25 млрд руб. уже к 2027 г. Только льготы по НДПИ обернутся для бюджета потерями в 250 млрд руб. в год (с учетом уже действующей льготной ставки НДПИ для недр в Красноярском крае), говорит представитель Минфина. Льготы по налогу на имущество и земельному ударят по бюджетам регионов и муниципалитетов, продолжает он и напоминает, что указом президента предусмотрено поэтапное упразднение льгот по региональным и местным налогам.
«У нас, по всем оценкам, объем добычи [в России] к 2035 г. уменьшится в 2 раза, уже начиная с 2022 г. должен падать <...> Поэтому нам нужно срочно принимать соответствующие меры», – говорил вице-премьер Дмитрий Козак в декабре 2018 г. Но Минфин предлагает не спешить с раздачей новых преференций. Дополнительные льготы для стимулирования разработки месторождений Арктики нужно рассматривать как часть плана по освоению нефтяных месторождений и увеличению добычи нефти – правительство его утвердило в этом году, отмечает представитель Минфина, также необходимо определить источники компенсации выпадающих доходов бюджета.
Минфин предлагает до окончания работы по инвентаризации месторождений не предоставлять льготы сырьевым проектам, знают два чиновника. Сначала нужно провести инвентаризацию месторождений, оценить эффективность проектов, которые претендуют на льготы, а уже потом решать, предоставлять ли их, соглашается Александра Суслина из Экономической экспертной группы.
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков утверждает, что никаких решений президент пока не принимал, а рабочую переписку он традиционно не комментирует. Представитель премьер-министра Олег Осипов не ответил на вопросы «Ведомостей». Представители «Роснефти», «Нефтегазхолдинга», Минэнерго, KPMG, Минвостокразвития и Козака от комментариев отказались.
Проект внес серьезный раскол среди чиновников. «Если мы хотим что-то развивать, то нужно создать условия для компаний, а не считать выпадающие доходы бюджета от проектов, которых не будет при нынешнем фискальном режиме», – говорит один из опрошенных «Ведомостями» чиновников. Но увеличение расходов бюджета, в том числе в виде льгот, всегда приводит к повышению налогов, замечает другой чиновник, и в конечном итоге всегда за все платят граждане. Принимая решение о бюджетной поддержке, нужно оценивать эффективность использования этих средств, считает он: выбрать, реализовать проект в ущерб доходам населения или компаний (смотря, на кого в итоге налоги повышаются) или отказаться от него. Бюджетная поддержка – прямое финансирование или субсидирование кредитной ставки – более прозрачная форма помощи, чем налоговые льготы, полагает бывший замминистра финансов Сергей Шаталов, курировавший налоговую систему: есть отчетность, можно проверить, как поддержка работает, какой она дает эффект.
Льготы за чужой счет
«Налоговые льготы легко давать, но очень трудно забрать – временные льготы могут стать вечными», – рассуждает Шаталов, и зачастую они достаются не тем, кто в них действительно нуждается, а тем, у кого есть административные ресурсы. «Лоббисты пользуются тем, что конкретный проект сравнивается с неорганизованной массой проектов, а между получением ими ресурсов и их оплатой через повышение налогов проходит много времени», – замечает один из чиновников.
Для бюджета проект создает риски – недополученные сейчас налоги могут так и не вернуться в будущем, признает Маринченко: нефть может подешеветь, спрос на нее может снизиться из-за роста зеленой энергетики. Oxford Institute for Energy Studies предсказывал, что после 2040 г. потребление нефти в мире выйдет на пик, затем начнет драматически снижаться и остановить эту тенденцию будет невозможно. «Мы сдерживаем добычу нефти по соглашению ОПЕК+, но у нас много льгот, стимулирующих ее повышение. У нас нормальные запасы, а компании спорят, нужно ли продлевать соглашение с ОПЕК. Есть ли необходимость в таких условиях тратить колоссальные ресурсы на добычу в Арктике в сложных условиях и с большими издержками?» – замечает Шаталов. «В условиях сделки с ОПЕК и странами не-ОПЕК льготы должны получать только наиболее эффективные проекты», – говорит высокопоставленный чиновник. Условия добычи в Арктике тяжелые, эффект для экономики от ее освоения неочевиден, зато нагрузка на бюджет при таких льготах будет серьезной, рассуждает профессор Российской школы экономики Олег Шибанов.
«Льготы не бывают бесплатными, они всегда за чей-то счет – мы или повышаем налоговую нагрузку, или лишаемся возможности снизить ее, – предупреждает Шаталов. – Россия очень сильно зависит от сырьевых ресурсов и внешних шоков, поэтому есть риск, что при снижении доходов бюджета придется потом повышать налоги, и вероятнее всего – на население». Вряд ли новые льготы приведут к очередному повышению налогов, скорее придется настраивать бюджетное правило, чтобы увеличить использование нефтегазовых доходов, говорит Шибанов. А Суслина считает, что Минфин предпочтет пойти по пути сокращения других расходов, но давать такие большие льготы «Роснефти» категорически несправедливо: объективных причин для такого льготного режима нет.
Игорь Сечин готов за льготы на 2,6 триллиона рублей покорять Арктику
В освоение Арктики нефтяные компании готовы вложить от 5 трлн до 8,5 трлн руб., но для этого им нужны беспрецедентные налоговые льготы ценой 2,6 трлн руб.