Из-за падения прибыли «Магниту» стало не до развития аптек

Сергей Гончаров, отвечавший за развитие аптек и «Магнит косметик», ушел из «Магнита». Об этом рассказал его знакомый и подтвердили Гончаров и представитель «Магнита». «Ушел, потому что перестал видеть для себя будущее в компании. У меня более амбициозные планы и задачи, которые я сам перед собой поставил», – пояснил Гончаров, добавив, что сейчас ведет переговоры с несколькими компаниями.

В 2013–2016 гг. Гончаров был директором формата «Магнит косметик». На начало его работы в эту сеть магазинов косметики и бытовой химии входило около 700 точек, она была убыточна, вспоминает Гончаров. За четыре года продажи выросли в 13 раз, EBITDA – в 22 раза, сеть стала «очень прибыльной». На конец сентября 2017 г. у «Магнита» было 3522 «Магнит косметик», их выручка за девять месяцев – 57 млрд руб. (всего «Магнита» – 851 млрд).

За девять месяцев прошлого года магазины косметики были единственным форматом, где не падали сопоставимые продажи. Основной бизнес «Магнита» – магазины у дома, их сопоставимая выручка за это время сократилась на 0,59%. В октябре «Магнит» отчитался о резком сокращении чистой прибыли в III квартале (-53,3%) и продолжающемся замедлении роста продаж. Капитализация «Магнита» на Лондонской фондовой бирже опустилась до минимумов 2012 г.

На вопрос, связано решение уйти из «Магнита» с изменением личных приоритетов или с непростой ситуацией в основном бизнесе «Магнита», Гончаров ответил, что повлияла комбинация обоих факторов.

С января 2017 по январь 2018 г. Гончаров отвечал за развитие нового формата «Магнита» – аптек. Первые открылись в середине года, к концу декабря у «Магнита» работала 51 аптека. Сейчас, по данным Гончарова, «взята небольшая пауза для оценки эффективности открытых аптек – это, скорее всего, займет I квартал 2018 г.».

Когда Гончарова перевели на развитие аптек, рынок опасался, что это, по сути, понижение может демотивировать топ-менеджера, говорит сотрудник инвестбанка. Но тогда это не воспринималось так негативно, вспоминает он: считалось, что Гончаров «разгонит новое направление и после слияния форматов может их возглавить».

План не меняется. Со временем аптеки будут интегрированы в «Магнит косметик», говорит финансовый директор «Магнита» Хачатур Помбухчан: «На зарубежных рынках успешно работают магазины в формате дрогери (где одновременно продаются рецептурные лекарства, косметика и другие товары), мы смотрим в эту сторону». Пока руководить аптеками будет директор формата «Магнит косметик» Максим Онищенко.

Сейчас «Магнит» из-за проблем в операционной деятельности вынужденно уделяет меньше внимания смежным направлениям, например аптекам, рассуждает гендиректор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров. Гончаров активно развивал «Магнит косметик», когда в основном бизнесе – торговле продовольствием – не было проблем, напоминает он: «Сейчас ситуация иная, не видно предпосылок, чтобы хотя бы магазины у дома или гипермаркеты были на пути устойчивого восстановления».
  
Гончаров стоял за восстановлением бизнеса магазинов косметики, его уход для рынка – это дополнительный аргумент для пессимизма, считает аналитик «Сбербанк CIB» Михаил Красноперов. Вклад в выручку «Магнит косметик» относительно невелик, отмечает он, но это наиболее прибыльный сегмент.

Итоги IV квартала «Магнит» раскроет 26 января. Рост выручки может не дотянуть до ожиданий менеджмента, опасаются аналитики Credit Suisse: их прогноз – 11% за квартал, а до ожиданий менеджмента надо не меньше 12%. «Мы ждем небольшое ускорение выручки и небольшое увеличение маржи по сравнению с III кварталом, но оно, скорее всего, не будет связано с фундаментальными улучшениями в бизнесе, а скорее с сезонными факторами», – добавляет Красноперов.

Очевидно, что основной акционер не удовлетворен результатами бизнеса, это транслируется в нервозность на уровне менеджмента, рассуждает Бурмистров: «В такой обстановке топ-менеджерам в стартапах (а аптеки – это, по сути, стартап) работать некомфортно». С другой стороны, продолжает он, у «Магнита» всегда есть возможность вернуть Гончарова через какое-то время, как было с некоторыми другими ключевыми руководителями.