Миллер прокачал «Силу Сибири» до полной остановки

Официальная причина — плановые профилактические работы, но версия эта, пожалуй, не выдерживает критики.

Во-первых, трасса проработала слишком мало, чтобы требовать профилактики. Если обратиться к опыту эксплуатации такого технически более сложного инфраструктурного сооружения, как, например, «Северный поток — 1» на дне Балтийского моря, то можно заметить, что на плановую профилактику его останавливают не чаще раза в год, и притом всего на несколько дней, а иногда — всего на сутки. «Сила Сибири» с момента пуска и до конца 2019 года прокачала всего 328 миллионов кубометров газа — слишком мало, чтобы вставать на обслуживание на полмесяца до апреля, даже если предположить, что оператору только что введенной в строй трассы пришлось исправлять технические огрехи и недоделки строителей.

Во-вторых, остановка примечательным образом совпала с объявлением китайцев о том, что они временно прекращают импорт газа в силу форс-мажора — обстоятельств непреодолимой силы. В данном случае такими обстоятельствами стала вспышка заболеваний, вызванных коронавирусом, которая привела к колоссальным потерям китайской экономики и резкому спаду спроса на энергоносители.

Китайская национальная нефтегазовая корпорация CNPC — контрагент «Газпрома» по проекту «Сила Сибири» и покупатель газа из этого газопровода, — а также ее дочерние фирмы объявили 6 марта, что останавливают импорт из-за невозможности потребить все законтрактованные объемы. Прекращен даже отбор газа из подземных хранилищ на территории Китая. Под ударом оказались закупки сжиженного природного газа, доставляемого морем, а также закупки по трубопроводам из Туркменистана, Узбекистана и Казахстана. 

Поначалу «Газпром» поспешил заявить, что «Сила Сибири» работает в штатном режиме, но вскоре выяснилось, что форс-мажор относится и к российскому направлению поставок. А поскольку ограничение импорта объясняется обстоятельствами непреодолимой силы, оговоренными в каждом контракте, поставщикам не положено никакой компенсации за срыв сделок.

Когда китайцы возобновят импорт газа, неизвестно. Однако уже сейчас понятно, что в ближайшие годы — а возможно, и в среднесрочной перспективе — этой стране не потребуется столько энергоносителей, сколько прогнозировалось ранее, когда ее валовой внутренний продукт показывал исключительно высокие темпы роста: что в 1992 году (14,2 %), в 2019 году (до более чем 6 %). Удар коронавируса оказался таким мощным, что не просто замедлил экономическое развитие Китая, но и обнажил некоторые негативные стороны демонстративно высоких темпов развития: «пузыри» системы кредитования, неэффективные инвестиции и многие другие недостатки, которые маскировались парадной статистикой о рекордных показателях ВВП.

Если в начале эпидемии эксперты по китайской экономике предполагали, что в 2020 году страна покажет нулевой рост ВВП, а затем постепенно станет его наращивать из года в год, то теперь прогнозы стали крайне пессимистичными. 

Эксперты банка Goldman Sachs опубликовали 17 марта новую оценку экономического роста в Китае. В первом квартале, согласно их расчетам, эта страна потеряет 9 % ВВП по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года.

В течение года экономический спад, вызванный пандемией коронавируса, будет наблюдаться по всему миру. Это окажет дополнительное давление на Китай, где развитие критически зависит от поставок товаров в другие страны. И хотя в целом на год те же эксперты ожидают рост ВВП в Китае на уровне 3 %, даже этот довольно скромный прогноз, судя по многим признакам, придется пересматривать в сторону уменьшения. Объем потребления газа тоже будет намного меньше ожидавшегося до атаки коронавируса, и перспективы «Силы Сибири» выглядят, мягко говоря, не радужными.

Еще в 2012 году, когда саратовский институт «ВНИПИгаздобыча» готовил обоснование инвестиций для будущей «Силы Сибири», плановики и экономисты пришли к неутешительному заключению: проект не выйдет на окупаемость даже через 30 лет после начала строительства. Да, считали они по тогдашнему курсу чуть больше 30 рублей за доллар, и девальвация российской валюты помогла сократить издержки, однако инфляция и рост расценок на материалы, оборудование, электроэнергию и прочие издержки «съели» практически всю выгоду от низкого курса рубля. К тому же расчеты велись на цену нефти по трем вариантам: 60, 75 и 90 долларов за баррель (что сегодня ушло в далекое прошлое) — и такую высокую цену газа, о которой сейчас мало кто вспоминает. Иными словами, проект как был убыточным при его начале, так и стал еще более убыточным при нынешней рыночной конъюнктуре.

Поставки газа по «Силе Сибири» — это чистый убыток. А если вспомнить, что на дальнем конце чрезвычайно дорогостоящего газопровода всего один покупатель, да еще и такой капризный и непредсказуемый, как китайская госкомпания, то затевать престижный и широко разрекламированный проект было полным безумием. В выигрыше остались только подрядчики, которым «Газпром» оплачивает прокладку никому особо не нужной и нерентабельной трубы.