Переводчица швейцарского посольства лечилась фиктивно

В Басманном суде столицы начинаются слушания по существу уголовного дела в отношении бывшей переводчицы посольства Швейцарии в Москве Натальи Полуэктовой. Она обвиняется в мошенничестве на сумму 4,8 млн руб. По версии следствия, переводчица незаконно оформила медицинские страховые выплаты, хотя в реальности лечебные процедуры не проводились. Ранее суд дважды возвращал уголовное дело: сначала по ходатайству защиты для устранения недостатков, затем — для определения подсудности. На предварительном заседании адвокатам госпожи Полуэктовой, которая вины не признает, удалось добиться приобщения к материалам дела нового перевода некоторых медицинских документов с французского и немецкого языков, который, как считает защита, полностью опровергает версию следствия.

Басманный суд столицы приступил к рассмотрению материалов уголовного дела в отношении Натальи Полуэктовой, которой инкриминируется особо крупное мошенничество (ч. 4 ст. 159 УК РФ), лишь с третьей попытки. В конце позапрошлого года, как ранее рассказывал “Ъ”, процесс уже начался, однако в марте прошлого суд вернул дело в прокуратуру для устранения недостатков. Основанием стало то обстоятельство, что документы, представленные швейцарским посольством (часть на немецком, часть на французском языках), были недостаточно квалифицированно переведены на русский. «Я знаю французский с детства,— пояснял тогда “Ъ” известный адвокат Александр Добровинский, представляющий интересы госпожи Полуэктовой.— И мне сразу стало ясно, что следствие оперирует документами, неправильно переведенными с этого языка. Допущенные погрешности в некоторых случаях меняли смысл документа на прямо противоположный. Например, в исходном тексте указывалось, что та или иная медицинская процедура Наталье требовалась, а в переведенном — что нет».

Как выяснилось в суде, документы для следствия переводили два специалиста: россиянка и гражданка Швейцарии. При этом первая не смогла подтвердить свою квалификацию, а вторая оказалась женой швейцарского атташе, то есть представителя заинтересованной стороны.

Как уже рассказывал “Ъ”, претензии к госпоже Полуэктовой у правоохранительных органов появились после того, как в 2019 году в полицию обратились представители посольства Швейцарии в Москве. Они заявили, что переводчица Наталья Полуэктова, много лет проработавшая в дипмиссии, зная о том, что посольство компенсирует сотрудникам расходы на оплату лечения, собрала «несколько сотен» документов, якобы подтверждающих оказание ей медицинских услуг. Однако, утверждали заявители, на самом деле в указанных в бумагах случаях лечения госпоже Полуэктовой не требовалось.

Следственные органы согласились с версией дипмиссии и довели дело до суда. Сама Наталья Полуэктова претензии в свой адрес категорически отвергает, указывая на реальность имеющихся у нее заболеваний. Адвокат Александр Добровинский, представляющий интересы обвиняемой, также не видит в действиях подзащитной никакого состава преступления. При этом представители переводчицы считают, что ее уголовное преследование стало местью бывших работодателей за обнародование деталей некоего секс-скандала с участием высокопоставленных сотрудников посольства (в дипмиссии это категорически отрицают).

Судебное решение о возврате дела было обжаловано, и апелляционная инстанция Мосгорсуда (МГС) возвратила материалы дела в Басманный суд. МГС решил, что погрешности перевода не могут помешать рассмотрению материалов расследования по существу.

Вторая попытка провести процесс была предпринята в конце 2022 года, однако и на этот раз он не состоялся — председательствующая судья усомнилась в правильности определения подсудности дела.

Как было отмечено в судебном решении, в соответствии с законодательством, уголовное дело подлежит рассмотрению по месту совершения преступления. Между тем из фабулы обвинения следует, что действия обвиняемой, квалифицированные следствием как мошенничество, были совершены госпожой Полуэктовой в течение двух периодов: с 26 января 2010 года по май 2013 года, а также с июня 2013 года по август 2018 года. При этом денежные средства на сумму 4,8 млн руб. она на руки получила в бухгалтерии посольства. «Мошенничество признается оконченным с момента перехода чужого имущества во владение виновного или с момента получения им права распоряжаться чужим имуществом»,— говорится в судебном решении. Однако бухгалтерия посольства на тот момент располагалась в доме №6 в Серповом переулке, на территории, отнесенной к юрисдикции Хамовнического райсуда Москвы. В связи с этим Басманный суд решил направить материалы дела коллегам из Хамовнического суда.

Однако и это решение было обжаловано представителями обвиняемой. Как пояснял “Ъ” Александр Добровинский, защита хочет скорейшего начала судебного разбирательства: у адвоката нет сомнений, что процесс должен завершиться оправдательным приговором.

В итоге апелляционная инстанция МГС вновь отменила решение коллег первой инстанции и вернула дело в Басманный суд столицы для проведения разбирательства. Заседания неоднократно переносились по разным причинам, в том числе из-за неявки представителей потерпевшей стороны и свидетелей. Однако на предварительном заседании защите удалось добиться удовлетворения ходатайства о приобщении к материалам дела другого перевода вызвавших споры медицинских документов, выполненного лингвистами по заказу адвокатов. По мнению Александра Добровинского, качественно переведенные материалы свидетельствуют о полной невиновности его подзащитной.