Профессия — мишень

Убитые журналисты в России стали статистикой. Слишком много. Потому об этом почти не говорят и не пишут — не ньюс. Хотя именно это спасает убийц от возмездия. И еще чаще — спасает заказчиков. Ведь с шумом и фейерверком у нас раскрывают резонансные преступления. Нет резонанса — висяк.

Только однажды в современной истории нашего государства убийство журналиста было раскрыто полностью — расстрел корреспондента «Новой» Анастасии Бабуровой, погибшей вместе с адвокатом Станиславом Маркеловым январским днем 2009 года. Но там, насколько нам пока известно, заказчика не было в принципе — лишь банда фашистских отморозков.

В длинном мартирологе наших коллег, который, увы, заканчивается не точкой, а запятой (он же — список висяков), есть фамилии и Анны Политковской, и Пола Хлебникова, чьи судьбы в большей степени пересеклись в точке невозврата, нежели как-то иначе. Знакомы при жизни были, но не более того. Их друг с другом связали убийцы — намертво.

Пол Хлебников,  главный редактор российского «Форбса»,  был убит десять лет назад — 9 июля 2004 года. Убийца стрелял практически в упор, из проезжавшей машины. Разрядил всю обойму — из девяти выстрелов все девять попали в журналиста. Но Пол боролся со смертью еще час, он смог сообщить приметы киллера и описать его автомобиль.

Именно в рамках расследования убийства Пола Хлебникова, которое ведет старший следователь по особым делам Следственного комитета России Петрос Гарибян, удалось выйти и на убийц Анны Политковской. Повезло, что оба дела сошлись на одном столе. Но не повезло, что на убийц, работавших под прикрытием сотрудников милиции и ФСБ, вышли так поздно.

Оказалось, организаторы одни и те же. Киллеры — разные, заказчики — скорее всего, тоже. Но схема одна.

Заказ получал ныне осужденный за убийство Анны Политковской бывший член лазанской преступной группировки, близкой к спецслужбам, Лом-Али Гайтукаев, который и сам — агент ФСБ, что установлено документально. Разрабатывали «объект» действующие сотрудники Оперативно-поискового управления (ОПУ) ГУВД Москвы. Именно подчиненные подполковника милиции Дмитрия Павлюченкова, который возглавлял отделение этой сверхсекретной конторы, за 100 долларов в день устанавливали место жительства и маршрут передвижения будущей жертвы. Павлюченков затем собранную информацию передавал исполнителям, которых подбирал Гайтукаев. Теперь Павлюченков говорит, что не знал об убийствах, говорит, что боялся подельников. Ему верят — и не только потому, что среди следователей и судей нет Станиславского, а потому, очевидно, что он — свой. И не просто — человек системы, а знающий ее заповедные тайны: не дай бог, кто узнает, какие еще заказы на слежку он отрабатывал, кому ставил «жучки» и скрытые видеокамеры.

На совести банды далеко не две загубленные жизни. Именно они, судя по всему, готовили убийство бывшего чеченского вице-премьера Яна Сергунина, криминального авторитета Пищика, покушались на украинского олигарха Геннадия Корбана, входящего в ближний круг нынешнего днепропетровского губернатора Коломойского. Это — только то, что известно.

В роли киллеров, как правило, выступали чеченцы, знакомые Гайтукаеву. Только в деле Анны Политковской вышел цейтнот, и пришлось привлекать родственников, на чем Гайтукаев и погорел. Хотя до того, вместе со своим «коллегой» по банде и агентурной работе на российские спецслужбы Русланом Атлангириевым, без опаски посещал кабинеты следователей в роли свидетеля, который что-то где-то краем уха слышал.

В Хлебникова, как доказывает следствие, стрелял Казбек Дукузов. Его судили, но к делу паровозом прикрепили другой эпизод, который, честно говоря, расследован был не очень. Это прежде всего и смутило присяжных. Подсудимые были оправданы, Верховный суд приговор отменил. Но было поздно. Дукузов, не без помощи знакомых офицеров милиции, был вывезен на машине в Белоруссию, а затем оказался в Дубае. Где и сел за разбой.

На роль заказчика убийства примеряли двоих: Хож-Ахмеда Нухаева, бывшего лидера лазанской группировки, по итогам встреч с которым Пол Хлебников написал книгу «Разговор с варваром», и Бориса Березовского — героя другой книги журналиста: «Крестный отец Кремля, или История разграбления России». Иных версий, судя по всему, нет и поныне.

Нет и других фигурантов.

Тем не менее, насколько известно «Новой», суд будет скоро — может быть, даже в этом году. Только скамья подсудимых будет выглядеть сиротливо. На ней рискует оказаться лишь один персонаж — все тот же Гайтукаев, уже приговоренный к пожизненному заключению. Могут, правда, подтянуть и второго фигуранта дела Анны Политковской — бывшего офицера УБОПа Сергея Хаджикурбанова, входившего в эту банду наемных убийц.

А Дмитрий Павлюченков, получивший свои 11 лет за убийство Анны Политковской и пытающийся сейчас в Мосгорсуде отсрочить исполнение приговора, — болеет, видите ли, — по делу проходит в традиционной для себя роли свидетеля, заключившего сделку со следствием еще в период расследования убийства обозревателя «Новой». Ему, конечно, могут вменить превышение должностных полномочий, но только — без толку: срок давности по этому преступлению как раз таки истек.

И что-то не слышно ничего о том, что по делу об убийстве Пола Хлебникова, как и по выделенному в отдельное производство делу в отношении заказчиков расправы над Анной Политковской, работает большая группа опытных следователей.

Ничего не слышно и о том, чтобы МИД России, Минюст и Генпрокуратура требовали немедленной экстрадиции из Арабских Эмиратов киллера — так же активно, как они в свое время спасали офицеров ГРУ, взорвавших лидера чеченских сепаратистов Яндарбиева. Оно и понятно — те свои, а тут — просто журналиста убили.
 
ОТ РЕДАКЦИИ

«Новая газета» призывает коллег, вне зависимости от политических взглядов и разногласий, объединившись, потребовать от Следственного комитета отчета о расследовании убийства Пола Хлебникова, а от МИДа, Минюста и Генпрокуратуры — сделать все необходимое для экстрадиции в Россию Казбека Дукузова, который сидит в арабской тюрьме под фамилией Балаев.