Санаторы ответили за Московский индустриальный банк

Сюрприз для ЦБ

Забирая на санацию Московский индустриальный банк (МИнБ) в январе, регулятор не видел в нем «каких-либо криминальных историй, когда собственники банка выводили бы средства на свои компании», говорил зампред ЦБ Василий Поздышев. Спустя полгода он рассказал «Ведомостям», что ЦБ обнаружил в МИнБе «единый центр управления полетами»: «После входа в банк временной администрации ФКБС [Фонд консолидации банковского сектора] около 50 заемщиков, которые вроде бы никак не были связаны ни с банком, н друг с другом, находились в разных регионах и вели разную деятельность, перестали обслуживать свои долги <...> Всю финансовую отчетность для этих заемщиков готовила и, по сути, управление их финансовыми потоками вела одна и та же компания – УК «Инвестиции. Финансы. Капитал» (УК ИФК)». Руководители компании были связаны с банком, ее сервер был в помещении МИнБа, а из 94 млрд руб., в которые ЦБ оценивал дисбаланс между активами и пассивами МИнБа, около 80 млрд руб., по словам Поздышева, пришлось именно на этих заемщиков.

Ошибочка вышла

Гендиректор УК ИФК Нурди Солцаев и его заместитель Дмитрий Добрин узнали о том, что работают в «центре управления полетами», из статьи в «Ведомостях» (при ее подготовке связаться с ними не удалось). Солцаев написал Поздышеву и «Ведомостям», что зампред ЦБ неправильно оценил работу УК ИФК и его слова «не соответствуют действительности».

Управляющая компания не готовила «всю финансовую отчетность» и не «управляла полетами», заявляет Солцаев. ИФК, по его словам, в 2013 г. заключила с МИнБом договор, по которому сопровождала инвестиционные проекты клиентов банка, в частности следила за исполнением их бизнес-планов и целевым назначением платежей.

Эта работа продолжалась и после прихода временной администрации, которая оплатила счета за январь и февраль, пишет Солцаев. Но с февраля она установила прямые контакты с руководителями проблемных заемщиков, и с апреля банк прекратил оплачивать услуги УК ИФК.

Что касается сервера, то он принадлежит УК ИФК, а в помещении банка находился потому, что компания его арендовала, продолжает Солцаев. Наконец, настаивает он, УК ИФК никогда не возглавлял заместитель главного бухгалтера банка, как утверждает Поздышев.

Оценка не изменилась

Центробанк признал лишь одну ошибку: гендиректор УК ИФК действительно не работал по совместительству заместителем главного бухгалтера МИнБа. Однако общую оценку роли ИФК регулятор не изменил. До работы в компании Солцаев был вице-президентом МИнБа, а в руководстве управляющей компании были сотрудники банка, говорится в ответе ЦБ на запрос «Ведомостей». Так, заместитель гендиректора ИФК по совместительству был советником президента банка, еще один советник входил в совет директоров, подмечает ЦБ: всего, по его данным, в УК ИФК работало более 30 бывших сотрудников МИнБа.

В УК ИФК подтвердили, что Солцаев был вице-президентом МИнБа, но до 2010 г. В 2007–2010 гг. он контролировал 12% акций МИнБа. Добрин стал по совместительству советником президента МИнБа по экономике в мае 2018 г. Кроме Солцаева и Добрина на 1 января 2019 г. в штате УК ИФК из 86 человек было еще четыре бывших сотрудника банка, уверяют в компании.

Компания одного клиента

МИнБ был одним из крупнейших клиентов УК ИФК. «Были и другие клиенты – компании, которые являлись заемщиками банка», – говорит Добрин. По данным СПАРК, УК ИФК принадлежит Вахе Тимирбулатову, который в 2012 г. был гендиректором УК «Генстрой» – заемщика МИнБа: в залоге у банка по договорам, первый из которых был заключен в 2011 г., находится 11 объектов этой компании. Основной бенефициар и президент МИнБа Абубакар Арсамаков (его семье принадлежало 12,4% банка) входил в совет директоров УК ИФК.

Офис УК ИФК находится в одном здании с отделением МИнБа, где сейчас работает временная администрация. Сейчас его кабинеты пустуют – в компании осталось лишь пять сотрудников.

Дефолтная стратегия

Неплатежи – во многом следствие решений ЦБ, следует из слов Солцаева. Через неделю после ввода временной администрации, пишет он, 30 января, состоялась встреча руководителей ФКБС, временной администрации и бывшего руководства банка. На ней обсуждали судьбу проблемных заемщиков, в том числе и тех, с кем работала УК ИФК.

По ряду заемщиков, прежде всего из строительной отрасли, была принята «дефолтная» стратегия, предусматривающая банкротство и распродажу имущества должников, пишет Солцаев. Для инвентаризации по распоряжению временной администрации были остановлены продажи квартир такими заемщиками, что «повлияло на возможность обслуживания ими кредитов».

Также был составлен «зеленый список» заемщиков с операционной прибылью, которым мешала высокая кредитная нагрузка. Их оценку проводила компания SRG, которую нанял ЦБ, пишет Солцаев, и во всех случаях вывод был один: в случае реструктуризации долга и включения в периметр банка они могут продолжать работать. В SRG отказались от комментариев.

Банку перешли «Донмаслопродукт», АПК «Воронежский», «Аннинский элеватор». УК ИФК, как говорится в письме, по заданию временной администрации участвовала в инвентаризации, формировала запросы в ФАС и т. д.

МИнБу достались активы этих компаний, подтвердили в банке. Все эти предприятия по-прежнему работают, говорит представитель пресс-службы банка.

По словам Добрина, существенная часть проблемных заемщиков, которых вела УК ИФК, зависели от кредитных линий банка. Если их не подтвердить, то предприятия останавливаются и перестают обслуживать долги. «Так случилось со многими из 40 заемщиков, с которыми мы работали», – говорит Добрин. И, как утверждают в ИФК, сумма долга этих компаний составляет не 80 млрд, а 50 млрд руб. – это кредиты, выданные в 2007–2018 гг.

ЦБ видит признаки

ЦБ отказался обсуждать, была ли встреча 30 января и оплачивались ли услуги ИФК за январь – февраль.

В правоохранительные органы уже направлена информация о предположениях наличия признаков уголовно наказуемых деяний, связанных с фактом прекращения обслуживания кредитов 106 клиентами, из которых 52 компании имеют признаки аффилированности с МИнБом, говорится в ответе ЦБ на запрос «Ведомостей». Финансовый контроль и бухгалтерский учет ряда таких должников банка осуществляла ИФК, уверен регулятор. Он выявил, что ИФК согласовывала перед отправкой в банк реестр платежей этих компаний, а на ее счете в банке обнаружены деньги за оплату услуг по сопровождению бухгалтерского учета рядом указанных заемщиков.

Есть у ЦБ и претензии к оценке заемщиков: «Анализ их отчетности, проведенный временной администрацией банка, показал, что финансовые показатели ряда таких компаний на момент принятия решения о кредитовании были отрицательными, а компании испытывали проблемы с ликвидностью».

Судебных исков к компании сейчас нет, говорит Добрин, но он «в курсе, что внутри банка ведутся служебные расследования». Но ни о каких претензиях со стороны ЦБ до выхода статьи в «Ведомостях» компания, по его словам, не знала.

Сила инерции

Иногда ЦБ или АСВ [Агентство по страхованию вкладов, конкурсный управляющий и ликвидатор многих рухнувших банков] торопится с заявлениями относительно выявленных нарушений и делает их еще до завершения своего расследования, но это не означает, что они не имеют под собой оснований, говорит сотрудник юридической компании.

Два месяца – не тот срок, за который временная администрация может выявить какие-то схемы вывода средств из банка, утверждает партнер коллегии адвокатов «Юков и партнеры» Светлана Тарнопольская, представлявшая АСВ во многих процессах. Поэтому тот факт, что временная администрация продолжала платить УК деньги, сам по себе еще ни о чем не говорит. «Временная администрация проводит расследование, что занимает время, а пока «по инерции» могут продолжать совершаться платежи недобросовестным контрагентам», – соглашается директор по правовым вопросам А1 (помогает АСВ в поиске активов владельцев рухнувшего Внешпромбанка) Александр Заблоцкис.

В любом случае при выявлении факта злонамеренного вывода средств из банка вопрос о взыскании причиненного ущерба с бывшего руководства должен стать предметом судебного разбирательства, в ходе которого будут оцениваться связанность заемщиков и все нюансы кредитования, говорит Тарнопольская.