Семейство Соколовых вышло на охоту за миллиардами долларов по ‟закону Яровой‟

Вопрос об исполнителе пакета антитеррористических законов, так называемого «пакета Яровой», можно считать практически решенным. В начале сентября Минпромторг предложил президенту доверить реализацию закона Национальному центру информатизации (НЦИ), структуре госкорпорации «Ростех». НЦИ, в случае положительного ответа, будет создавать систему центров обработки данных и курирующего ее единого оператора. Затраты, как подсчитали специалисты, могут составить не менее 30 млрд долларов США. Сложность в том, что оборудования, необходимого для хранения баз данных такого громадного объема, не существует ни в России, ни за рубежом. Значит, его нужно еще изобрести. По некоторым данным, получить государственный подряд на его разработку рассчитывает одна из структур, принадлежащих Валерию Соколову, главе совета директоров ООО «Новые Оборонные Технологии». Компания входит в концерн ПВО «Алмаз-Антей».

Таким образом, подтверждается появившаяся недавно информация о том, что лоббистом интересов «Ростеха» по закону Яровой в правительстве выступает заместитель министра связи и массовых коммуникаций РФ Алексей Соколов, которого еще называют «теневым главой Минсвязи». А объясняется просто: замминистра – сын Валерия Соколова. И вообще семейный подряд, в котором не последнюю роль играет и мать чиновника – Ирина Валерьевна, депутат Госдумы, Соколовы создали универсальный: мать отвечает за принятие законов, под которые государство выделяет деньги исполнителю в лице Минсвязи, где трудится сын, а осваивает их отец. Другое дело – какой получается результат этой семейственности. Судя хотя бы по одному провальному проекту – внедрение электронной контрольной ленты защищенной (ЭКЛЗ) для кассовых аппаратов – уже сегодня можно предположить, чем грозит государству выбор таких коррупционноемких подрядчиков, как компании Соколовых.

Отмывочная касса

В начале 2000-х гг. фирма Валерия Соколова «Научные приборы» занималась разработкой и внедрением ЭКЛЗ. Поручение защитить кассовые аппараты от утаивания выручки исходила от главы государства, а идея оснащения аппаратов дополнительным блоком памяти, который обеспечивает долговременное хранение информации о каждой денежной операции, родилась в недрах ФСБ. Тогда ведомство возглавлял Николай Патрушев, чьим другом считается старший Соколов, полковник ФСБ в отставке. Писали, что Соколов выполнял для Патрушева экспертизы многих проектов государственной важности в сфере защиты информации и систем безопасности – например, ЕГАИС.

Для повсеместного внедрения ЭКЛЗ требовалось принять соответствующий закон. Против выступили технические эксперты и участники рынка, которые настаивали на том, что деньги на создание ЭКЛЗ будут потрачены впустую, так как электронная лента, по сути – фейк. Но на защиту законопроекта грудью встала Ирина Соколова – помощница бывшего в то время спикера Госдумы РФ Бориса Грызлова и по совместительству – жена владельца компании-разработчика.

Соколовы добились своего, а предприниматели столкнулись с многочисленными недоделками и поломками ЭКЛЗ уже через месяц после начала их внедрения и с невозможностью своевременно заменить оборудование. При этом финансовая нагрузка на торговые точки легла колоссальная. На момент, когда их обязали закупать новое оборудование, в стране насчитывалось 3,5 млн касс, и все они должны были быть заменены. Первоначально стоимость ЭКЛЗ составляла 3000 рублей, но затем выросла до 6600 рублей, хотя, по оценкам специалистов, не должна была превышать и 20 долларов. Участники рынка подсчитали, что только на начальном этапе прибыль от внедрения ЭКЛЗ составила более 8 млрд рублей в год.

Притом что электронные контрольные ленты и так стали золотым дном для бизнеса Соколова, компания «Научные приборы» прибегала к методам занижения налогооблагаемой базы, выводя обналиченные средства в офшоры. Для этого была создана схема торговли ЭКЛЗ через подконтрольные «Научным приборам» фирмы-прокладки. Схема предельно проста: центры технического обслуживания контрольно-кассовой техники (ЦТО) обязали приобретать оборудование только у определенных распространителей, которые регулярно не доплачивали выручку в компанию Соколова, а та списывала недостачу на брак. На самом деле неучтенная прибыль выводилась за рубеж, и сколько миллионов рублей налогов в итоге недосчитался российский бюджет, теперь сложно сказать. По некоторым данным, в период с 2010 по 2013 года невозврат обналиченных средств составил более 500 млн рублей. Содействие в этом фирме Соколова оказывала компания «Альтернатива Синицы». Позже торговля оборудованием велась через ООО «БизнесТрейд-регион» и ООО «ИнтегралИнформ-сервис», которые закупали ЭКЛЗ по цене 4300 рублей, а продавали их ЦТО за 6000 рублей.

Покровительствовал коррупционной схеме советник вице-премьера Аркадия Дворковича – Николай Коварский. Он вел переговоры с ЦТО, сообщая по какой цене и у кого они должны закупать оборудование. Как писали СМИ, сотрудничать с Коварским дистрибьютерам рекомендовал нынешний замминистра связи и массовых коммуникаций Алексей Соколов. Для семьи замминистра связи Коварский – свой человек: в 2014 году Валерий Соколов выдал ему доверенность на представление интересов по зачислению доходов на иностранные счета, в том числе на перевод средств в зарегистрированный в Белизе офшор Global Industry LTD. В том же году на счет старшего Соколова в латвийском Baltic International Bank из этого офшора были переведены 11 млн долларов. Не исключено, что часть этих денег – та самая выведенная за рубеж прибыль и недоплаченные в российскую казну налоги.

По сути, семья Соколовых превратила решение общегосударственной задачи по защите кассовых аппаратов в свой сверхприбыльный бизнес. У Валерия Николаевича еще много офшоров и зарубежных компаний, чтобы эффективно для себя пристроить и средства по «пакету Яровой». Так, главе «Научных приборов» принадлежат 50% в британской компании Marine Radio Co.Ltd и греческом Hotel Apolamare, а также в австрийском офшоре SK Science Consulting GmbH. Кроме того, он владеет компанией Rhosdale S.A. на Британских Виргинских островах. Всего с 2002 года на его счета в банках Crtedit Suisse, ING Bank и OCBC Oversea-Chinese Banking Corporation поступило более 25 млн долларов.

Фонды в законе

Биография семьи Соколовых показывает, что добросовестное ведение дел – не ее конек. Начать с того, что Ирина Валерьевна, утверждающая, что она является кандидатом юридических наук, тщательно скрывает от общественности свою диссертацию. Из чего СМИ делают выводы о том, что кандидатская работа просто не существует, а ученая степень – куплена. Похожая история связана с членством Соколовой в нижней палате парламента. Она – депутат от «Единой России» V и VI созывов. Участие Соколовой в праймериз партии в 2011 году прошло для избирателей незаметно. А попала женщина в Думу в результате комбинации с бюллетенями. В этом году Соколова баллотировалась по Северо-Восточному одномандатному округу №214 Санкт-Петербурга. И на этот раз с ее именем был связан громкий скандал. В публичное поле попала запись разговора, из которой следует, что глава совета депутатов муниципального округа Малая Охта Дмитрий Монахов нецензурно отзывается об избирателях, которые отказывались голосовать за Ирину Соколову. В результате, она победила, набрав 54,19% голосов.

О самой Соколовой отзываются, как о жесткой и своенравной даме, что видно по ее законотворческой деятельности. К примеру, она выступила автором законопроекта о принудительных абортах недееспособным. Эту инициативу сравнивали с немецкой политикой времен второй мировой войны , когда практиковались принудительные аборты в концлагерях. Она также выступала против закона об использовании беби-боксов, объясняя свою позицию тем, что это западный тренд, а «у нас есть другие способы воздействия на беременных».

О том, что спорные законодательные инициативы Соколова успешно сочетает с коммерческой деятельностью говорят размеры ее иностранных счетов, информацию о которых она утаила от государства. Только в 2012-2013 гг. на счет в сингапурском банке OCBC Oversea-Chinese Banking Corporation поступило около 8 млн долларов. Счет был закрыт где-то в 2013-2014 гг., остаток на нем составил приблизительно 18-20 млн долларов. Возможно, деньги были переведены в Австрию. Депутат также была клиентом бельгийского ING Bank (с 2005 года), на который до 2011 года было перечислено 1,8 млн долларов.

Логично предположить, что солидные доходы у Ирины Соколовой могли появиться в бытность ее заместителем исполнительного директора, а потом и президентом Национального некоммерческого фонда поддержки сотрудников органов ФСБ и членов их семей. Одним из учредителей фонда до 2003 года выступал табачный магнат Игорь Кесаев, владелец группы «Меркурий», в которую входят крупнейший в России дистрибьютор табака группа компаний «Мегаполис» и розничная сеть «Дикси». Другим соучредителем и партнером Кесаева по фонду был Валерий Соколов. Он также имел отношение к созданию еще одного фонда «Кремль-9», основанного для поддержки сотрудников ФСО. Эти и подобные им организации, созданные силовиками, имеют статус благотворительных, но, не секрет, что часть солидных траншей крупных компаний представляют собой своеобразную плату за оказанные услуги по защите или поддержке бизнеса. К примеру, в 2007 году одна из дочерних компаний «Транснефти» пожертвовала «Кремлю-9» свыше 440 млн рублей.

Не брезговали Соколовы и связями с криминалитетом, которым тоже нужна была «крыша» в силовых структурах. Например, с Андреем Хлоевым, членом знаменитой «Тамбовской» ОПГ, приговоренным к 13 годам лишения свободы за похищение человека, вымогательства, разбой и незаконный оборот оружия, но освобожденным по болезни. По одной из версий, с Валерием Соколовым Хлоева, по кличке Беспризорник, познакомила гражданская жена гангстера Елена Скородумова, по кличке Помидориха, когда бандит запланировал организовать собственную транспортную компанию и открыть таможенный терминал. Поговаривали, что именно полковник в отставке Соколов спас от уголовной ответственности начальника Контрольно-ревизионного управления ГУ МВД по Санкт-Петербургу Алексея Серединина, «связного» Хлоева, который обвинялся во взятке 40 млн рублей «за общее покровительство».

Министерство обогащения

На посту замминистра связи и массовых коммуникаций Алексей Соколов продолжил работать на благо семьи. Практически все его инициативы эксперты называют нереалистичными, зато коррупционноемкими. Так, по заказу чиновника разработана концепция реформы российского телекома, которая обязывает всех малых операторов пропускать свой трафик только через крупнейших национальных. Аналитики назвали документ полностью безграмотным. По их мнению, пока проект не будет самоокупаемым, на него придется тратить государственные деньги. Алексея Соколова называют идеологом проекта создания федерального госоргана, который будет мониторить весь рунет и сделает его независимым от глобальной сети. Эксперты заключают, что задумка технически несостоятельна, но его реализация способна осложнить жизнь всем.

Участники рынка предположили, что замысел имеет одну единственную цель – отдать рунет под контроль какой-то конкретной организации. Не выдерживает критики и предложение замминистра привлечь хакеров для поиска уязвимых мест в софте, внесенном в реестр отечественного программного обеспечения. По словам представителей софтверной отрасли, сам процесс включения компаний в реестр идет крайне медленно – в начале 2016 года на 800 поданных заявок зарегистрированы были только 87 программных продуктов. Со сложностями столкнулась даже «Лаборатория Касперского» - ее заявку включили в список только через 20 дней после подачи. Промедлением уже воспользовались госорганы, поспешившие заказать через сайт госзакупок иностранный софт.

Несмотря на шквал критики в отношении инициатив замминистра, он продолжает чувствовать себя не уязвимым , козыряя связями с Николаем Патрушевым. В правительстве чиновнику покровительствует все тот же Николай Коварский, советник Аркадия Дворковича. Сам вице-премьер, по слухам, тоже заинтересован в контроле над финансовыми потоками Минсвязи по госзакупкам, которые, по всей видимости, на сегодня являются основными источниками благополучия семьи Соколовых.

Младший из Соколовых в свои 34 года является владельцем дорогостоящих квартир в элитном ЖК «Арбат 27/47» в Москве и в доме на Васильевском острове в Санкт-Петербурге. Кроме того, в собственности чиновника – дом в поселке «Горки-2» на Рублево-Успенском шоссе, два земельных участка и дом в Сестрорецке – курортном районе северной столицы. А вот средства на иностранных счетах замминистра декларировать не спешит, беря пример с родителей. В частности, будучи на службе в ФСБ, он имел счет в сингапурском OCBC Oversea-Chinese Banking Corporation, остаток на котором на момент закрытия составлял около 20 млн долларов. Незадекларированной осталась и доля госслужащего в офшоре Devtec Technologies Ltd на Британских Виргинских островах.

Не исключено, что нынешнему министру связи и массовых коммуникаций Николаю Никифорову персону заместителя в 2014 году спустили «сверху». Но сегодня уже очевидно , что за два года Алексей Соколова превратился в «серого кардинала» министерства, который с помощью своих коммерческих родственников и покровителей создал коррупционного спрута, опутавшего целую отрасль. В том, что такая семейственность не полезна для решения общегосударственных задач, сомневаться не приходится. Наверное, и главе Ростеха Сергею Чемезову стоит присмотреться к владельцу входящей в концерн «Алмаз-Антей» компании «Новые оборонные технологии» Валерию Соколову, которому доверены связанные с национальной безопасностью проекты в сфере противовоздушной обороны «Кондор 2020», «Оса-АКМ» и «БУК-М1-2». Нечистоплотность, проявленная ранее семейством Соколовых, чревата проблемами национального масштаба. И тот факт, что создание оборудования по «пакету Яровой» может достаться этому клану, является поводом для его внимательного изучения руководителем управления президента Российской Федерации по вопросам противодействия коррупции Олегом Плохим и Генеральной прокуратурой РФ.