Швед Херманссон зарубился в российские леса

В минувшем году Segezha Group, обойдя группу «Илим» по объему лесозаготовок, стала единоличным лидером отрасли. Значительный вклад в этот успех привнёс гражданин Швеции Мартин Херманссон. Правда, методы, которыми он действовал, были весьма специфическими, и вряд ли шли на пользу российскому лесу. Сегодня, в разгар экономической войны, развязанной странами ЕС, этот господин продолжает играть далеко не последнюю роль в разработке стратегических планов лесопромышленного гиганта.

В 2021 году в «короне» группы компаний «Сегежа» засверкал, пожалуй, самый значительный её бриллиант — «Новоенисейский лесохимический комплекс» (НЛХК). Огромное предприятие с 60-летней историей, ежегодной расчётной лесосекой в 2,2 миллиона кубометров древесины, собственными железнодорожными подъездными путями и речным флотом. И всё это – за достаточно «смешные» деньги: банку «Траст», мажоритарному акционеру, за контрольный пакет Segezha Group выплатила 2,3 млрд рублей. Оставшиеся 29%группа «Сегежа» выкупила у гражданина Швеции Мартина Херманссона за 17 млн долларов. При этом, сам миноритарий вошёл в совет директоров компании, состав которого был специально под него расширен.

Любопытно, что на момент сделки в отношении Новоенисейского лесохимического комплекса банком «Траст» была инициирована процедура наблюдения. Само же предприятие банк требовал признать банкротом, подав в Арбитражный суд Красноярского края соответствующее заявление: при уровне собственных средств в 1,5 млрд рублей, долги НЛХК приблизились к 11 миллиардам. При этом налицо был конфликт собственников: банк «Траст» заявлял, что из-за разногласий с владельцем «РФИ Консорциума» Мартином Херманссоном был лишён возможности контролировать деятельность предприятия.

Вся эта история позволяет предположить, что АФК «Система», как мажоритарный акционер Segezha Group, начала «деловое сотрудничество» со шведским гражданином задолго до покупки Новоенисейского ЛХК. Скорее всего, герр Херманссон в рамках этого до поры до времени негласного «сотрудничества», и провёл «предпродажную подготовку» привлекательного актива. Причём, факты говорят о том, что это дельце выгорело не без участия целого ряда российских банкиров и представителей красноярской власти…

Губернатор на мушке

Сведения о том, как будущий член совета директоров крупнейшего лесопромышленной компании России, гражданин Швеции Мартин Херманссон оказался в местах, где красавица Ангара впадает в могучий Енисей, смутны и противоречивы. Его официальная биография гласит, что он является «выходцем из семьи богатых потомственных лесопромышленников».

Правда, ряд российских источников утверждает, что свой путь в большой бизнес будущий «сибиряк» начал с освоения частных шведских пенсионных фондов. Якобы, молодой выпускник престижной Лондонской школы экономики, используя полученные знания, сумел недурно погреть на них руки.

По данным СМИ, финансы откладываемые шведами на безбедную старость, оказались в кипрских офшорах, а сам Херманссон неожиданно воспылал любовью к бескрайним таёжным просторам России.

С 2005 года он начал инвестировать средства в российский лесопромышленный комплекс. Сначала – в Архангельской и Иркутской областях. А в 2013 году гражданин Швеции объявился в Красноярском крае. Стоит заметить, что в самом богатом лесными запасами регионе страны, где переплетаются интересы самых различных группировок, занятых освоением таёжных богатств – от крышуемых «ворами в законе», до контролируемых местными и региональными властями – варягу занять своё место в «пищевой цепочке» совсем не просто. Но у Херманссона получилось: в край он «зашёл» через генерального директора крупнейшего в стране лесохимического комбината Виктора Шелепкова, с которым, скорее всего, познакомился на Петербургском международном лесопромышленном форуме, где оба они были завсегдатаями.

Правда, тогдашний губернатор Красноярского края Лев Кузнецов поначалу с недоверием отнёсся к «варяжскому гостю», и, говорят, долгое время отказывался от встречи с ним.

В декабре 2013 глава региона выехал с женой на собственную виллу, расположенную на Лазурном берегу Франции. Но вместо заслуженного отдыха «от трудов праведных» Лев Владимирович и его супруга попали в передрягу. В дом вломились вооружённые грабители, поколотили их дубинками, а самому Кузнецову даже пальнули из «травмата» в бок. Большого сочувствия у жителей Красноярского края случившаяся с губернатором неприятность не вызвала – их куда больше заинтересовал вопрос, как у главы региона появилась недвижимость в райском уголке.

После этого происшествия Лев Кузнецов, как уверяют некоторые издания, перевоплотился в гостеприимного хозяина, и фирма Мартина Херманссона RusForest получила доступ к лесному фонду края. Освоившись в приангарских лесах, шведский гражданин пустился во все тяжкие.

Долги и смена собственника

Просто пилить тайгу в чужой стране ему, по-видимому, показалось скучным – он начал критиковать российское законодательство, не позволяющее безраздельно пользоваться здешними лесными ресурсами. Херманссон начал говорить во всех интервью и публичных выступлениях о том, что таёжные лесосеки следует отдать в частную собственность. При этом между строк легко читалась мысль о том, что настоящим, рачительным хозяином русских лесов может быть только цивилизованный европейский бизнесмен. Ну, примерно такой, как Мартин Херманссон.

Параллельно с этим, как мы уже сказали, шведский гость умудрился набрать кредитов почти на 11 млрд рублей. Якобы, на развитие НЛПХ. Куда подевались все эти средства, до сих пор не очень ясно. Неужели деньги уходили в офшоры? В интервью «Российской газете» в 2016 году сам Херманссон говорил, что предприятию приходится покупать дорогое зарубежное лесозаготовительное оборудование, так как в России оно не производится.

Надо ли говорить, что каким-то особо бурным развитием в эти годы на НЛПХ и не пахло? Дошло до того, что работникам стали задерживать зарплату. Кредитор структур Херманссона «Рост-банк» был поглощён мажоритарным акционером НЛПХ банком «Траст», который подал на Херманссона в арбитражный суд.

При этом мажоритарии жаловались на непрозрачную политику руководства предприятия и требовали признать его банкротом. В разгар этих баталий за владение активами предприятия при загадочных обстоятельствах умирает бывший гендиректор Виктор Шелепков, который, по всей видимости, мог пролить свет на обстоятельства, приведшие НЛПХ к столь печальному итогу.

Одним словом, для Мартина Херманссона всё складывалось как нельзя удачно, хотя практические итоги деятельности шведского бизнесмена к 2020 году были следующими. Обещанное строительство целлюлозно-бумажного комбината не начато. Лесосека, находившаяся в аренде у Новоенисейского ЛХК, вырубалась с явными нарушениями – без проведения необходимых мероприятий по сохранению леса и противопожарной профилактике. До 50% лесных участков уничтожено шелкопрядом.

Казалось бы, вывод однозначен: шведский бизнесмен, приехавший в Россию учить сибирских мужиков «европейскому лесопользованию» в лучшем случае – дилетант, а в худшем… Но компания Segezha Group, владевшая к тому времени соседним с НЛПХ предприятием Лесосибирским ЛДК №1, выкупив у Херманссона долю, оставляет его у руля комбината и вводит в состав совета директоров, где он и продолжает состоять до сих пор.

Правда, в последний год со шведом произошла серьёзная метаморфоза. Раньше он позиционировал себя «публичной фигурой» и охотно раздавал интервью на тему как хорошо и правильно устроено лесопользование в Европе и как всё плохо с этим обстоит в России. В последний же год подобных «арий варяжского гостя» не слышно – Херманссон предпочитает не «отсвечивать».