Следствие зашло в тупик

Отставка председателя Следственного комитета Александра Бастрыкина, разговоры о которой начались с начала сентября, может открыть сезон политических перемен после парламентских выборов.
 
Разумеется, на всякого крупного чиновника имеется досье, за каждым из них тянется шлейф грехов, поэтому всегда можно найти причины, почему это должностное лицо лишилось своего места. Александр Бастрыкин и его ведомство связаны с целым рядом вызвавших большой резонанс скандалов. 

Однако раньше эти скандалы не имели достаточной силы для того, чтобы главного следователя страны уволили. Но теперь началось новое время. Кремль затеял серьезнейшую реструктуризацию всей политической элиты. Меняется соотношение сил между разными ведомствами, уходят старые управленцы, и на их место выдвигаются новые. Если обобщить все, что происходит, то система власти в России становится проще и брутальнее. На обочину вытесняются сравнительно самостоятельные политические деятели, в том числе и те, кто имел статус близких к президенту. На их место приходят простые исполнители, без политического веса и общего прошлого с главой государства. При этом резко усиливается ведомство государственной безопасности, которое, наверное, по итогам прошедших парламентских выборов и стоит назвать настоящей правящей партией.

Александр Бастрыкин, вероятно, уйдет не только оттого, что конкурирующая силовая структура накопила компромат на Следственный комитет, но и потому, что он был слишком сильной фигурой, а еще и по причине того, что запланированы реформы, в ходе которых и само возглавляемое Александром Бастрыкиным ведомство может исчезнуть. 

Слишком громко

Претензий к Александру Бастрыкину как к руководителю Следственного комитета может быть много. Важную роль, несомненно, сыграл июльский коррупционный скандал, когда по подозрению в получении крупных взяток были арестованы подчиненные Бастрыкина – руководитель управления межведомственного взаимодействия и собственной безопасности (УМВиСБ) СКР Михаил Максименко, его заместитель Александр Ламонов и замруководителя Главного следственного управления по Москве Денис Никандров. «Бастрыкин должен нести моральную и дисциплинарную ответственность, в том числе за действия своих непосредственных подчиненных – следователей Никандрова, Максименко и Ламонова, подчинявшихся лично Бастрыкину, против них были возбуждены уголовные дела и они взяты под стражу», – заявил экс-начальник Главного следственного управления Следственного комитета Дмитрий Довгий. Такого же мнения придерживается член Совета по внешней и оборонной политике, генерал-майор ФСБ в запасе Александр Михайлов: «Мы пришли к ситуации, когда, по моему глубокому убеждению, неконтролируемая жизнь Следственного комитета уже наносит непоправимый ущерб и праву, и законности».

Но в глазах общественности образ председателя Следственного комитета давно имел довольно устрашающие черты. Юристов, например, напугало заявление Бастрыкина в интервью «Российской газете», данное в 2012 г., когда он фактически предлагал заменить в праве принцип презумпции невиновности принципом объективной истины и обещал ввести понятие объективной истины в УПК. 

Не меньшее впечатление на всех произвела история, когда на лесной обочине глава СКР угрожал журналисту «Новой газеты»: обе стороны потом говорили, что погорячились. Основатель ФБК Алексей Навальный находил у Бастрыкина вид на жительство и недвижимость в Чехии. В прошлом году стало известно об интересе к Александру Бастрыкину испанской прокуратуры, расследующей связи тамбовской преступной группировки. В нынешнем году общественность опять была шокирована статьей Бастрыкина в журнале «Коммерсантъ-Власть», где он обосновывал ужесточение антиэкстремистского законодательства, увязав его с гибридной войной США против России. 

В России крупным чиновникам не рекомендуется быть столь яркими, постоянно светиться и раздражать общественность. Никакой пиар карьере не способствует, а тем более – негативный. Администрацию президента раздражало, что в ходе расследования «чувствительных» дел происходили информационные утечки, а информсопровождение со стороны СК велось чересчур громко.

Вероятно, все это и не имело бы большого значения, если бы не новая эпоха, начавшаяся в высших эшелонах власти. Возможная отставка Александра Бастрыкина укладывается в целую серию подобных отставок. Свои посты в последнее время покидали не просто очередные чиновники, а старые деятели режима, политические тяжеловесы, имевшие давние связи в высших сферах. Именно поэтому о возможном преемнике Александра Бастрыкина политолог Станислав Белковский сказал следующее: «Смысл в том, что это будет человек не из ближнего круга Путина, не связанный с ним давними личными отношениями и потому не чувствующий себя неприкасаемым».

Смотрите, кто ушел

Чтобы увидеть лицо новой эпохи, достаточно просто перечислить отставников последнего времени. 

С поста руководителя президентской администрации ушел Сергей Иванов – бывший профессиональный разведчик, занимавший посты министра обороны и вице-премьера по ВПК, считавшийся одним из кандидатов на пост президента России вместе с Дмитрием Медведевым. Его нынешняя должность спецпредставителя президента по экологии кажется чисто номинальной. 

С поста директора Роснаркоконтроля ушел Виктор Иванов, выходец из ФСБ, однокашник Бориса Грызлова, с 2000 г. находившийся рядом с Владимиром Путиным на позициях то заместителя руководителя президентской администрации, то помощника президента, и в этом качестве отвечавший за такие важные вопросы, как, например, «информационно-аналитическое обеспечение кадровой политики». 

Со скандалом ушел со своего поста бессменный руководитель таможенного ведомства Андрей Бельянинов – также профессиональный разведчик, знакомый президента еще по Берлину.

Из РЖД ушел Владимир Якунин – опять же разведчик и соучредитель кооператива «Озеро».

В этот же ряд можно поставить и отставку министра образования и науки Дмитрия Ливанова. Хотя он и не относился к высшим политическим кругам, но в своей отрасли это была самостоятельная фигура, это был министр, способный формировать политику в сфере науки и образования по своему вкусу. Его бэкграунд это позволял: Дмитрий Ливанов был ученый-физик, имевший опыт работы и в министерстве, и в руководстве одного из ведущих вузов страны. На фоне Ливанова его преемник, историк церкви Ольга Васильева, никогда никакими серьезными структурами не руководившая, кажется номинальной фигурой, и, по крайней мере на первых порах, от нее не приходится ждать самостоятельности в руководстве наукой.

В этом суть всех нынешних назначений: авторитетных государственных деятелей заменяют игроки гораздо более легкого веса. Президентскую администрацию вместо генерал-полковника и бывшего министра обороны Иванова возглавил начальник президентского протокола Антон Вайно. Это означает, что пост руководителя президентской администрации исчез как центр силы в российской политике, что от сановника, чьи предшественники некогда считались вторыми людьми в стране, не ждут ничего, кроме руководства протоколом. А вслед за Ивановым из Кремля, по слухам, может уйти и куратор внутренней политики Вячеслав Володин. И преемник Владимира Якунина на посту главы РЖД Олег Белозеров – тоже не политический тяжеловес, а просто профессиональный менеджер и транспортный чиновник. Профессионал – это в России всегда меньше, чем государственный деятель. 

Создаются суперведомства

Что касается Виктора Иванова, то он потерял свой пост, когда было принято решение о ликвидации возглавляемого им антинаркотического ведомства. И это еще одна сторона происходящего: уменьшается количество сильных игроков как среди политиков, так и среди ведомств. В высших сферах власти вымываются тяжеловесы, а параллельно ликвидируют целые организации. Хотя создана Роснацгвардия, но упразднены Федеральная миграционная служба и Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков. Теперь же сообщается, что их ликвидация оказалась лишь началом более радикальных реформ. Анонсированы серьезнейшие перемены во всей правоохранительной системе. Может быть упразднен весь Следственный комитет – он вернется в состав прокуратуры, из которой был выделен в 2011 г. Именно с ликвидацией Следственного комитета связывают отставку Александра Бастрыкина. «На сегодня прокуратура, как надзирающий орган, лишена даже возможности знакомиться с уголовными делами, над которыми ей надлежит надзирать», – говорит Александр Михайлов. 

Также может быть упразднена Служба внешней разведки – она сольется с ФСБ при образовании Министерства государственной безопасности (МГБ). Ведомство с таким названием существовало в СССР в последние годы жизни Сталина. 

А еще есть проект ликвидации Министерства по чрезвычайным ситуациям. Как известно, МЧС создано нынешним министром обороны Сергеем Шойгу, он без своего детища, видимо, жить не может, и поэтому большая часть подразделений МЧС, вполне вероятно, войдет в Министерство обороны. Усиленное подразделениями бывшего МЧС Министерство обороны может оказаться суперведомством, хотя бы немного уравновешивающим суперведомство МГБ.

В любом случае главным итогом анонсированной реформы правоохранительных органов должно стать резкое усиление ведомства государственной безопасности. Оно не только возьмет под контроль внешнюю разведку, но и будет руководить службами собственной безопасности во всех правоохранительных органах, а кроме того, получит функцию процессуального надзора по «политическим» делам. «Властная вертикаль пронизана коррупцией. Масштабы этой коррупции понятны по скандалам в МВД, когда речь шла о кэше каких-то немыслимых размеров, – комментирует руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов, политолог Олег Иванов. – В этой ситуации президент, очевидно, предпочтет опереться на органы государственной безопасности».

Рост влияния ведомства безопасности виден по многим мелочам. Так, выходец из ФСБ Владимир Булавин занял пост руководителя Федеральной таможенной службы вместо Андрея Бельянинова. Недавно выходец из ФСБ, генерал Олег Феоктистов занял пост руководителя службы безопасности «Роснефти», потеснив выходца из МВД Василия Юрченко.

Но самое главное – ФСБ явно начала показывать, кто в стране хозяин, производя демонстративные аресты представителей административной элиты. По инициативе ФСБ свободу потеряли уже трое губернаторов – Александр Хорошавин, Вячеслав Гайзер и Никита Белых. Но одновременно были инициированы громкие дела против высокопоставленных сотрудников силовых ведомств, которые могли бы быть соперниками ФСБ: Следственного комитета (дело генерала Дениса Никандрова и его подельников) и МВД (дело генерала Дениса Сугробова и его подельников).

ФСБ и раньше было самым могущественным ведомством страны, но теперь оно претендует на то, чтобы активно использовать свои возможности, в частности, вмешиваясь во внутреннюю жизнь других правоохранительных структур. И все это происходит на фоне упадка политического значения президентской администрации после отставки Сергея Иванова и возможной отставки Вячеслава Володина. Вообще на фоне роста могущества ФСБ-МГБ уменьшается значение всех остальных центров власти. 

Интригу содержит вопрос, кто же станет министром государственной безопасности: кадровые решения у нас всегда неожиданны.

Кто еще уйдет

Эксперты уверены, что отставок и кадровых рокировок будет еще много. Среди тех, кого различные предсказатели успели «похоронить», – министр внутренних дел Владимир Колокольцев, в чьем ведомстве участились скандалы, а также министр культуры Владимир Мединский, вызывающий слишком сильное раздражение общественности. 

Единственный, кого, кажется, не задел процесс реструктуризации элиты, – министр обороны Сергей Шойгу. Даже появились слухи, что он может стать премьер-ми-нистром. Размышляя о малой вероятности отставки Сергея Шойгу, Станислав Белковский отмечает, что тот не попадает в категорию старых личных друзей президента. «Да и вся ситуация с противостоянием Западу требует кадровой стабильности в Минобороны, – полагает он. – Думаю, что значительная часть силовиков уже зачищена и следующими будут главы госкорпораций и госкомпаний». 

Если это действительно так, то по всем признакам получается, что Игорь Сечин может быть весьма вероятным кандидатом на отставку. Он относится к старым соратникам президента, он самостоятельный политический тяжеловес, он крайне непопулярен, он постоянно инициирует медийные события, скандалы и конфликты и беспокоит правительство просьбами о финансовой помощи и льготах, при том что у его компании высокая задолженность и нет прироста добычи (сокращение добычи на уровне 1,1% в 2015 г. и 0,1% – в первом полугодии нынешнего года). Быть может, нервозность Игоря Сечина, шумно и с явным ущербом для репутации судящегося с газетами, объясняется именно подобной перспективой. В конце прошлого года сопредседатель центрального штаба Общероссийского народного фронта Александр Бречалов заявил, что расточительность госкомпаний надо лечить отставками. 

«Логично предположить, что с началом нового политического цикла и в преддверии президентской кампании мы увидим кардинальную реформу силовых ведомств, – говорит Олег Иванов. – Она повлечет громкие отставки в МВД, Следственном комитете, Генеральной прокуратуре… Вероятно, именно ФСБ будет доверена «руководящая и направляющая роль» как в самой реформе, так и по ее итогам, включая, как мне представляется, оценку и расстановку руководящих кадров. Ну и, разумеется, следует ждать и плановых политических отставок. Наверняка по итогам выборов в Государственную думу мы увидим какие-то перестановки в правительстве и администрации президента. Плюс последуют отставки губернаторов, чьи регионы просели по выборам больше других или же не смогли провести голосование тихо и спокойно, вроде того же Алтая. Хотя здесь я бы не ждал каких-то действительно громких кадровых решений».

«Чем больше мы даем полномочий спецслужбам, тем больше злоупотреблений», – заявил председатель коллегии адвокатов «Закон и человек» Владимир Жеребенков, комментируя планы создания МГБ. – Вспомните, как создали Следственный комитет – получился огромный монстр, практически безнадзорный. В результате сплошные коррупционные скандалы, генералы берут огромные взятки. Должны быть сдержки и противовесы, служба за службой должна вести наблюдение. Один огромный монстр будет бесконтролен».