Торгуй не так как Пономарь

В аренду крупному бизнесу, желательно западному, предоставляются дизельные генераторы. В какой-то момент крупный бизнес понимает, что генераторы обходятся ему слишком дорого или часто выходят из строя, и расторгает договор, о чем уведомляет того, кто эти генераторы предоставил. Теперь главная задача арендодателя - не вывезти генераторы, пусть, мол, постоят у арендатора. Не работают, есть не просят, потом, мол, заберу. А через некоторое время надо идти в суд и требовать выплату за аренду генераторов, которые стоят у крупного бизнеса. И неважно, что генераторы стояли просто так, но стояли же у крупного бизнеса. В этой хитрой схеме необходимо соблюсти два принципа: первое, выбрать объектом атаки компанию с западным участием, достаточно крупную, желательно, с иностранным менеджментом во главе, плохо представляющим российские реалии, и второе, как можно сильнее запутать дело - переуступать права, подавать несколько исков параллельно и так далее. Есть и третий вариант. Компании Константина Пономарева использовали именно его - в дополнение к первым двум - против ЗАО "Торос", которое имело незадачу (точнее даже - несчастье) арендовать дизели у Пономарева для своего крупного логистического парка "Пушкино" в Подмосковье. Генераторы, предоставленные "Пушкино" в 2009 году, постоянно ломались и не соответствовали заявленным параметрам. По требованию "Тороса" Пономарев (собственник компании "Системы автономного энергоснабжения") предоставил замену, которая потом и стала основным камнем преткновения. Замененные генераторы Пономарев посчитал как новую аренду и предъявил иск, не забыв посчитать штрафы. При этом, как следует из материалов дела, "после передачи истцу ("Торос" - ред.) дополнительных ДЭС (дизельная электростанция - ред.) ответчик (Пономарев - ред.) не ставил вопрос о внесении дополнительных арендных платежей вплоть до обращения в суд с иском". В любой войне, даже в корпоративной, главное, это эффект неожиданности.

Суд пытался установить сумму за аренду генераторов (кстати, после того, как "Торос" уведомил Пономарева о расторжении договора)... путем экспертиз! Но дело в том, что договора на эти аппараты не было, а значит и не было стоимости. "Торос" справедливо заключил, что это была подмена тех, которые сломались, об этом говорила и переписка между компаниями, но суд неожиданно принял сторону Пономарева. При этом четыре разные экспертные конторы дали разные заключения по поводу стоимости аренды за в 2009-2010 гг: от 411 миллионов рублей до 1 миллиарда 97 миллионов рублей.

Как можно при таких обстоятельствах выигрывать в суде? Для многих специалистов, посвященных в практику российского правосудия, вопрос риторический.

Причем, в рамках одного процесса Пономарев последовательно открывает и закрывает компании. ООО "Системы Автономного Энергоснабжения" присоединена к ООО "АМД-Групп", которая позже переуступила права ООО "Рукон" - везде один хозяин, он же автор "генераторного ноу-хау". В итоге миллиардные иски подают и выигрывают пустышки с капиталом 10.000 рублей. Пономарев сам ходит во все суды - времени и средств у него много, и дело это азартное: кинуть "иностранного лоха" на миллиард.

Для справки. "Пушкино" - логистический парк в Московской области площадью 213 тысяч кв. метров, мощный инвестиционный проект. Парк открылся в 2007 году и принадлежит ЗАО "Торос". Собственником "Тороса" является Британская компания Raven Russia, которая специализируется на строительстве и управлении логистическими комплексами в России.

Схема, которая выглядит как афера, сложная, но вместе с тем и примечательная. Константин Пономарев не только целится в крупные западные компании, но и использует западный же рабочий ресурс. Генеральным директором (а кое-где и учредителем) почти всех компаний-пустышек Пономарева, вплоть до «Рукона», была гражданка Финляндии Лайна Минна-Маре. Правда, финнка сбежала в этом году от своего работодателя, но это не сильно расстроило Контантина Пономарева - он сам и учредитель, и генеральный директор своих компаний, тех, которые не закрылись, естественно. Видимо, директор с паспортом гражданки Финляндии успокаивала западный топ-менеджмент, особенно, северных соседей. До "Тороса" Пономарев "кинул" в 2010 году мебельного гиганта "ИКЕА" - "удачно" сдал икеевской "Меге" в аренду дизельные генераторы, а потом не забрал их и потребовал аренду и штрафы. Похожая мошенническая схема сейчас реализуется сейчас с ЗАО "Торос". Важно отметить, что в 2010 году Пономарев продавил мировое соглашение с "ИКЕА", то есть судебное решение по поводу "дизельной аферы" вынесено не было, но то, что удалось провернуть в отношении шведов, сейчас буксует с ЗАО "Торос", принадлежащем англичанам.

"Торосу" претензии на один миллиард рублей пока удалось отбить - Высший арбитражный суд отменил решения всех инстанций, по которым «Торосу» пришлось бы заплатить более 800 миллионов рублей (правда, следующая инстанция сократила выплату в два раза, но все равно это несоразмерные дутые цифры), и вернул дело в первую инстанцию. Слушания возобновятся на следующей неделе. ЗАО "Торос" не готово платить десятки миллионов долларов за электричество, которого не было.

В этой увы, классической бизнес-истории, вряд ли можно сделать какие-то необычные выводы. Стране, в которой мошенникам удается получить с компаний миллиарды рублей за невыполненную работу или неисполненные обязательства, трудно рассчитывать на приток иностранных инвестиций. Между тем без них так же трудно рассчитывать на экономический рост. Обходясь столь непочтительно с иностранными партнерами, разоряя компании, в которых работают тысячи людей, российский предприниматель бросает тень на весь отечественный бизнес.

В этом контексте любопытна сама фигура Пономарева - того самого российского предпринимателя. Выпускник Плехановки, Константин Пономарев получил корпоративный опыт в 90-х, когда выступил соучредителем и генеральным директором юридической компании Firestone Duncan. При этом Джемисон Файерстоун, создатель компании, отдал русскому партнеру 51% - уже в начале своей карьеры Константин Пономарев умел общаться и договариваться с иностранцами, они же впоследствии и стали его основной целью. Каким образом молодому юристу удалось убедить американца передать ему контрольный пакет, не известно, но в 1997 году разразился скандал - Файерстоун начал компанию против своего партнера Константина Пономарева, обвинив его в присвоении 1 миллиона долларов, по тем временам внушительной суммы. До суда дело не дошло (помните, это был 1997 год), поэтому генеральный директор не был обвинен в краже официально. Компания была ликвидирована, но Константин Пономарев не остался в долгу - он ответил бывшему партнеру залпом в медиа: в прессе появились материалы о гомосексуальной ориентации Джемисона Файерстоуна. Одним из крупных клиентов Firestone Duncan уже в середине 90-х был фонд Hermitage Уильяма Браудера. Примечательно, что через десять с лишним лет именно Константин Пономарев выступил главным свидетелем обвинения против Сергея Магницкого, к тому времени погибшего в СИЗО. Судя по всему, ненависть Пономарева к бывшему партнеру и всему, что с ним связано, не остыла и через десятилетие. Джемисон Файерстоун в 2010 году уехал из России, опасаясь за свою свободу и жизнь. А "дело Магницкого" раскрутилось до международного уровня. Судебные перипетии вокруг Магницкого и Браудера не помешали Пономареву реализовать несколько удачных схем, не менее занимательных, чем схема ухода от налогов фонда Hermitage, которую в 90-х разработал именно Пономарев (судя по задокументированным показаниям в суде над Магницким). С юридического и налогового консалтинга Константин Пономарев переключился на аренду дизельных генераторов. И главным клиентом нового игрока на рынке арендного электричества сразу стала ИКЕА.

К ИКЕА Константин Пономарев подобрался, втеревшись в доверие к еще одному американцу - Уильяму Пигману, который пригласил юриста в свою компанию. Пигман начал бизнес с Россией еще в 1969 году, став представителем Caterpillar - поставщика кранов, экскаваторов и других "тяжелых машин". Одним из его крупных клиентов в 2000-х гг и была ИКЕА, которая активно строила в России торговые центры "Мега". Пигман привел Пономарева в шведскую компанию. Константин Пономарев не только оттеснил своего старшего американского товарища от перспективного бизнеса с ИКЕА, но и нашел общий язык с топ-менеджментом шведской компании в России. Вопросы электричества были тонким местом в бизнесе ИКЕА с момента открытия первого магазина в 2000 году - компания предпочитала запускать свои огромные торговые центры на арендованных генераторах, чтобы не зависеть от подключения к электросетям, которые контролировались жадными чиновниками. Пономарев оказался еще более жадным, технично втянув ИКЕА в судебную тяжбу по поводу своих генераторов. Схема, которая сейчас в полной мере вновь реализуется в суде с ЗАО "Торос", принесла Пономареву миллиарды рублей. Конечно, миллиарды просто так не даются: атмосфера вокруг Константина Пономарева и его ответчиков накалена - в адрес менеджеров компаний-ответчиков, адвокатов, в том числе иностранцев сыпятся угрозы, и даже возбуждаются соответствующие уголовные дела в отношении "неустановленных лиц". Но все это, несомненно, простые совпадения.

Кто бы мог подумать в 1997 году, что изгнанный директор юридической компании превратится в крупнейшего арендодателя дизельных генераторов и емкостей для солярки. И тем более никто не мог даже представить себе, что эти генераторы (судя по материалам судов с "Торосом", зачастую неисправные) принесут Константину Пономареву больше денег, чем пятнадцать лет бизнеса Джемисона Файерстоуна в России, все аферы Уильяма Браудера и фонда Hermitage вместе взятые. Если вы думаете, что мошенничество может быть только с ценными бумагами и банковскими кредитами, то это не так: опыт компаний Константина Пономарева показывает новые горизонты для создателей сомнительных схем.