Улюкаев атаковал «Роснефть» со скамьи подсудимых

Гособвинение в ходе начавшихся в понедельник в Замоскворецком суде прений затребовало для экс-министра экономразвития Алексея Улюкаева, обвиняемого в получении взятки в $2 млн, 10 лет лишения свободы в колонии строгого режима со штрафом в пятикратном размере взятки (500 млн руб.) и лишением орденов, наград и почетных званий. От обвинения в вымогательстве взятки прокуроры в последний момент отказались.

Сам Улюкаев в своем выступлении впервые назвал причину своего ареста, который, как он убежден, стал результатом провокации. Ее организаторы стремились предотвратить объективный доклад президенту о готовившейся тогда сделке по приватизации 19,5% акций «Роснефти», заявил экс-министр. Он напомнил, что по распоряжению правительства инвесторы должны были заплатить за акции 710 млрд руб., но после ареста министра сумма снизилась до 692,4 млрд, а синергетический эффект, которым «Роснефть» обосновала свое участие в приватизации «Башнефти», так и не был получен. Разница почти в 18 млрд руб. – это больше, чем тратится в России на поддержку малого и среднего бизнеса, и четверть расходов на культуру, заметил экс-министр. Также, подчеркнул он, был нарушен запрет президента на использование в ходе приватизации средств российских банков (в декабре 2016 г. ВТБ выдал сингапурской QHG Shares Limited бридж-кредит на 692 млрд руб. под залог приобретаемых акций «Роснефти». – «Ведомости»). Возможного критика таких действий требовалось убрать, объяснил Улюкаев. По его словам, провокацию хотели реализовать еще в середине октября, но он был в командировке и у злоумышленников оставался «последний шанс».

Улюкаева задержали 14 ноября, на следующий день он должен был лететь в Перу на саммит АТЭС с участием Владимира Путина. Подсудимый отметил странности в поведении главного исполнительного директора «Роснефти» Игоря Сечина: тот упорно зазывал министра к себе (вместо того чтобы решить вопросы по телефону), встретил на улице, хотя обычно такой чести удостаивается только президент, но скомкал беседу в офисе. «Почему организатор этой провокации так и не пришел в суд?» – задался вопросом Улюкаев и сам же ответил: ему было просто нечего сказать. Он попросил суд оправдать его по делу о взятке и принять меры к передаче в СКР материалов в отношении Сечина и генерала ФСБ Олега Феоктистова для проверки на предмет признаков заведомо ложного доноса.

Адвокаты Улюкаева обратили внимание на многочисленные нестыковки в деле – в частности, противоречивые данные о том, где, когда и как именно министр требовал деньги у Сечина. О том, что это было на Гоа, известно из показаний Феоктистова, но в постановлении следователя о проведении оперативного эксперимента указано, что это произошло в Москве. Также Феоктистов говорил, что Улюкаев назвал сумму, показав двумя пальцами на лацкан пиджака, но во время единственной встречи Улюкаева с Сечиным в Индии, попавшей в объективы журналистов, пиджак Улюкаева был перекинут через плечо. Адвокаты также отмечают, что почему-то не был допрошен президент ВТБ Андрей Костин – единственный реальный свидетель той встречи. Наконец, заявление Сечина – Феоктистова сначала поступило в секретариат 9-го управления ФСБ, которое не занимается взятками, а в управление «К», судя по регистрационным данным, попало значительно позднее. К тому времени следователь Калиниченко уже принял решение о проведении оперативного эксперимента и принял у Феоктистова $2 млн, полученные им от знакомого «частного инвестора», что само по себе незаконно.

Версия Улюкаева не выдерживает никакой критики, она противоречива и опровергается свидетельскими показаниями, аудио- и видеозаписями, заявил гособвинитель Борис Непорожный: «Вот как оно было, так оно и было – мы все видели и слышали». При поимке с поличным «нужны либо деятельное раскаяние, либо постановка дымовых завес», прокомментировал «Ведомостям» обвинения экс-министра пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев: «Президенту все доложили. Госбанк выдал бридж-кредит, потому что условия сделки были фантастическими по срокам, и в «Роснефти» сумели согласовать основные параметры сделки в сроки, установленные правительством».

Заместитель гендиректора «Трансперенси интернешнл – Р» Илья Шуманов говорит, что запрошенное прокурором наказание вписывается в сложившуюся практику: теоретически кратные сумме взятки штрафы должны были стать альтернативой реальным срокам лишения свободы, но Верховный суд ориентирует судей на то, чтобы не назначать штраф, который невозможно было бы взыскать. В данном случае размер штрафа соотносится с арестованным имуществом бывшего министра, напоминает эксперт.

Приговор будет обвинительным, считает политолог Дмитрий Бадовский: «Однако очевидно, что само дело этим не кончится. Приговор будет оспорен, и политически окончательное решение будет приниматься, возможно, даже Верховным судом и уже после завершения [президентских] выборов, с учетом нового баланса сил».