Wildberries поделят среди своих

Днем 23 июля в Telegram-канале главы Чечни Рамзана Кадырова появилось неожиданное видео, на котором муж богатейшей предпринимательницы России Татьяны Бакальчук и совладелец маркетплейса Wildberries Владислав жаловался политику, что дела у него идут не очень: жена связалась с «непонятной компанией» и ушла из семьи. Под непонятной компанией подразумевались братья Леван и Роберт Мирзояны, совладельцы крупнейшего оператора наружной рекламы Russ, получившие долю в Wildberries. Выслушав Бакальчука, Кадыров, не стесняясь в выражениях, заявил, что не позволит разрушить семью и добавил о причастности к неприятной ситуации «нескольких известных кавказцев».

О том, что Wildberries объединяется с Russ, стало известно 18 июня. В итоге чуть больше месяца потребовалось для того, чтобы событие, казавшееся сделкой года, превратилось в главный конфликт года.

Спустя день после того, как в Telegram-канале Wildberries появилось сообщение о слиянии с Russ, в распоряжении Forbes оказалась копия письма, адресованного Владимиру Путину и подписанного гендиректором Wildberries Татьяной Бакальчук и исполняющим директором рекламного оператора Робертом Мирзояном. Авторы письма утверждали, что объединение компаний позволит создать «сильнейшего конкурента» таким глобальным компаниям, как Amazon, Alphabet, Alibaba и SoftBank, а также «крупнейшую цифровую банковскую сеть и платежную систему для расчета в рублях по всему миру, в обход SWIFT». География стратегического проекта охватит Россию, страны СНГ и глобального Юга, уверяли авторы письма.

Путину план понравился. На копии письма стоит его резолюция «Поддержите», адресованная замглавы президентской администрации Максиму Орешкину. Поручение Путина подтвердил его пресс-секретарь Дмитрий Песков. «Работа будет организована», — заявил он Forbes.

А вот рынок новость о слиянии Wildberries и Russ скорее шокировала. Силы обеих компаний как минимум казались неравными. Маркетплейс закончил 2023 год с выручкой в 539 млрд рублей — на 70% больше, чем годом ранее. Несмотря на то что компанию уже не первый год сотрясают конфликты с поставщиками и владельцами пунктов выдачи заказов (ПВЗ), это крупнейший в России маркетплейс. Для сравнения, выручка ближайшего конкурента Ozon в 2023 году составила 424 млрд рублей.

Бизнес Russ в разы скромнее. В эту группу входит больше десятка компаний, а выручка головного юрлица «Русс Аутдор» за прошлый год составила 27,9 млрд рублей. За последние годы состав акционеров «Русс Аутдор» неоднократно менялся, в настоящий момент братьев Левана и Роберта Мирзоянов в их числе нет. Но в 2018 году их называли совладельцами рекламного оператора «Вера-Олимп». В 2019 году эта компания объединилась сразу с двумя конкурентами: сначала с компанией «Лайса», а затем и с Russ Outdoor. Бизнес продолжил расти за счет M&A-сделок. После всех приобретений Russ, по ее собственным данным, принадлежит более 100 000 рекламных поверхностей в 143 городах.

О братьях Мирзоян известно немного. Как говорится в биографии уроженца Тбилиси Роберта Мирзояна, в начале 2000-х он начинал карьеру с размещения рекламы в таксофонных кабинах МГТС, а в «Веру-Олимп» пришел в 2016 году. По сведениям СМИ, у Мирзоянов в их бизнесе может быть влиятельный партнер. Как писал РБК, как минимум сделку по покупке «Лайсы» в 2019 году финансировала семья миллиардера и сенатора Сулеймана Керимова. По данным источников газеты «Коммерсантъ», Керимов до сих пор связан с Russ. Сам Роберт Мирзоян участие миллиардера в бизнесе отрицал.

Юридически слияние Wildberries и Russ началось 5 июля. В этот день стороны зарегистрировали совместное предприятие — OOO «РВБ» (об этом свидетельствовали данные ЕГРЮЛ). Основным видом деятельности компании указана розничная торговля в интернете. Учредителями выступают компании «Вайлдберриз» (головная компания маркетплейса) и «Стинн» (владелец 100% в «Русс Аутдор») с долями 65% и 35% соответственно. Гендиректором указан Роберт Мирзоян. «Вайлдберриз» уже передала «РВБ» 26 своих дочерних компаний. «Идет процесс объединения, как мы ранее анонсировали», — сообщили Forbes в пресс-службе Wildberries.

Начиная с публикации в Telegram-канале Кадырова Татьяна и Владислав Бакальчук заочно обмениваются обвинениями и по-разному интерпретируют ситуацию. Например, в разговоре с Forbes Владислав назвал сделку с Russ причиной конфликта с женой. Он якобы знал о сделке, но «счел предложенные условия неприемлемыми». «Я до сих пор не могу понять, как компания, которая меньше в 100 раз, получает 35% в совместном предприятии. Это неправильно», — заявил он. А в интервью РБК Владислав говорил, что изначально будущие партнеры предлагали ему и Татьяне лишь по 10% в объединенной компании, остальное должно было отойти Russ. Тогда же он говорил, что супруга ушла из дома еще 1 апреля.

Также Владислав заявил Forbes, что, несмотря на его протест против объединения, Татьяна «приняла жесткое и единоличное решение», а все, кто был против сделки, «из компании изгонялись и были уволены». Объединение Wildberries и Russ действительно сопровождается уходом из маркетплейса части топ-менеджеров. Самым громким из них стал уход бывшего топ-менеджера «Магнита» и X5 Ольги Наумовой, лишь в конце мая назначенной исполнительным директором Wildberries. По словам источника Forbes на рынке электронной коммерции, в начале июля ушел из Wildberries и сам Владислав Бакальчук, а еще весной компанию покинул один из ее сооснователей Сергей Ануфриев. По словам одного из собеседников Forbes, знакомого с ситуацией в Wildberries, в компании несколько месяцев идут увольнения, а на места прежних сотрудников приходят люди из Russ.

В отличие от супруга Татьяна Бакальчук до сих пор по существу не прокомментировала сделку с Russ. «Сейчас настало время трансформации [Wildberries]: те возможности, которые есть с точки зрения использования рекламных инструментов Russ, позволяют нам создать абсолютно новый вид высокотехнологичного российского бизнеса мирового уровня», — заявила она РБК.

Зато Татьяна заочно ответила на заявления Кадырова о том, что она якобы «ограждена» от мужа и семерых детей. В своем Telegram-канале она разместила видеообращение, где заявила, что «спасать ее не надо», опровергла заявления о захвате Wildberries и заявила о начале бракоразводного процесса. В том же обращении она продемонстрировала некую бумагу со словами: «У Владислава действительно 1% акций, что подтверждено этим документом, и он не принимает участия в управлении компанией».

Источники Forbes, знакомые с ситуацией в компании и также близкие к чете Бакальчук, выдвигают несколько объяснений конфликта между супругами и слияния Wildberries и Russ. Один из собеседников предполагает, что «Татьяна Бакальчук опасалась возможных сложностей с силовыми и надзорными органами из-за пожара на складе  [в январе у компании сгорел логистической центр в поселке Шушары под Санкт-Петербургом. — Forbes], а представители Russ якобы помогли решить проблему на самом высоком уровне в обмен на долю в бизнесе». Другая версия, озвученная несколькими собеседниками Forbes, — романтическая. «Татьяна влюбилась, и ее любовь имеет отношение к Russ», — туманно описывает ситуацию знакомый Бакальчук.

В разговоре с Forbes Владислав Бакальчук комментировать обе эти версии не стал, но уточнил, что у него с Татьяной нет брачного договора. Он также заявил, что будет бороться за свою семью и сохранение бизнеса.

Развод года

Несмотря на то что Владиславу Бакальчуку принадлежит только 1% акций Wildberries, в создании и работе компании он до недавнего времени принимал деятельное участие. Еще в 2018 году собеседник Forbes из знакомых пары образно называл  Владислава мозгом компании, а Татьяну — сердцем. По его словам, с момента создания Wildberries Владислав занимался стратегией и IT-направлением, а Татьяна — коммерцией, ассортиментом и переговорами с поставщиками.

Все эти годы Татьяна Бакальчук оставалась главным лицом Wildberries. По словам источника, знакомого с ситуацией в компании, решение о том, чтобы представлять общественности Татьяну Бакальчук и Wildberries как бизнес-историю с «женским лицом», родилось 6–7 лет назад. «Когда компания стала лидером рынка, нужно было отстаивать публично свою позицию. Этим стала заниматься Татьяна, а Владислав больше про бизнес и процессы, но не про публичность», — уверяет собеседник Forbes.

Чем для супругов может обернуться развод? «По общему правилу все, что супруги, не имеющие брачного договора, нажили во время брака, является их общей совместной собственностью, — говорит руководитель коммерческой практики адвокатского бюро «Плешаков, Ушкалов и партнеры» Жанна Колесникова. — При разводе общее имущество супругов может быть разделено между ними по их соглашению. Однако, если соглашения по этому вопросу достичь не удастся, а, как мы видим из публичных заявлений, супруги Бакальчук пока высказывают противоположные мнения по поводу того, как должен делиться бизнес, то данный вопрос решает суд. По умолчанию доли супругов в общем имуществе признаются равными, вне зависимости от того, на имя кого из супругов или кем из супругов оно было приобретено, кто из супругов вложил больше в приобретение имущества, а кто — в заботу о семье».

Колесникова напоминает, что в гражданском праве нет такого объекта, как «бизнес» или «компания», совместным имуществом супругов будут являться доли в ООО «Вайлдберриз». «А поскольку на двоих им принадлежит 100% долей в компании, то, строго говоря, не имеет значения, какая доля за кем записана в ЕГРЮЛ, компания по умолчанию должна делиться поровну», — добавляет она.

«Если между супругами — собственниками бизнеса не было брачного договора, семейный конфликт фактически перерастает в корпоративный и разрешается одновременно по правилам семейного и корпоративного права, — добавляет партнер коллегии адвокатов Pen & Paper и руководитель практики Sensitive Matters Екатерина Тягай. — На практике это означает, что если супруги инициируют бракоразводный процесс, то в рамках этого процесса будут детально рассматриваться все этапы создания и развития бизнеса. Могут быть заявлены обеспечительные меры, которые могут повлиять на операционные процессы бизнеса, включая попытки заморозки активов или наложения запретов на осуществление определенных корпоративных действий».