Российские политики зарабатывают деньги на госконтрактах, а тратят их на Лазурном Берегу.

Зачем Алишер Усманов сбежал в Узбекистан и как он осуществоляет контроль над этой нищей республикой.

20 лет УрФО: как строили «вертикаль власти» в отдельно взятом округе.

Он просто считал его «превентивным средством» из Японии.

Контролируемый оппозицией парламент намерен запросить у российского посольства сведения о сделке "Роснефти", которая была завершена в конце марта.

Разведки мира схлестнулись в борьбе за жизненно-необходимое оборудование против коронавируса и комплектующее к нему.

Как президент и правительство перекладывают друг на друга ответственность в борьбе с коронавирусом.

История Андрея Липова — незаметного чиновника, который возглавил ведомство.

Мосгордума стала самым оппозиционным парламентом в стране.

Россия уверена, что Саудовская Аравия первой попросит перемирия в ценовой войне на рынке нефти, Путин понимал, что нефть резко подешевеет, и был к этому готов. 

Материалы дела о шпионаже признаны совершенно секретными.

Как президент Азербайджана готовится передать власть своей жене.

Начальник управления президента по внутренней политике Андрей Ярин – фигура теневая, но весьма влиятельная. 

Расходы федерального бюджета на дороги в Крым превысят 500 миллиардов рублей.

Тренд на персональный самолет подхватывают все – от мэра Переславля-Залесского до президента Татарстана.

Постройки валдайской госрезиденции «Долгие броды» переоформляются на юрлицо олигархов.

Белоруссия начала выбирать технологическую нефть из трубопроводов, ведущих на НПЗ в Мозыре и Полоцке.

о этого от своих прав на место в Думе отказались сразу три кандидата от КПРФ.

В октябре 2019 года, во время встречи на саммите «Россия—Африка» президент африканской Гвинеи Альфа Конде попросил Владимира Путина о встрече без помощников за закрытыми дверями. В аппаратах президентов не раскрыли содержание разговора, но главный интерес 81-летнего Конде — обеспечить себе запрещенный конституцией страны третий срок, пишет Bloomberg. 

Владимир Путин на вопрос о том, когда его дочери станут «открытыми для общества», подробно рассказал, почему считает проекты Марии Воронцовой и Катерины Тихоновой важными для России