Акционер и кредитор не поделили завод плавленых сыров «Карат»

Крупнейший акционер и председатель совета директоров завода «Карат» Владимир Корсун инициировал созыв внеочередного собрания акционеров, сказано в сообщении предприятия. Собрание назначено на 2 октября 2015 г., его повестка – прекращение полномочий действующего гендиректора Павла Розенфельда и избрание нового. На эту должность будет предложена кандидатура самого Корсуна, говорит представитель «Карата» и подтверждает Корсун.

Нынешнему руководству Корсун ставит в вину отсутствие опыта работы в молочной отрасли и нарушение бизнес-планов, согласованных с банком-кредитором. Например, говорит он, остановлен сыродельный завод в станице Калининская.

Корсун создал «Карат» в 1996 г. на базе Московского завода плавленых сыров № 1 (входил в московское объединение «Молоко»), 76% акций которого он выкупил у Москвы за $2 млн. Впоследствии он довел пакет до 97%, которыми владел вплоть до марта 2012 г. В кризис 2008–2009 гг. у завода начались финансовые проблемы, предприятие начало искать инвесторов на 25% плюс 1 акция, рассказывает Корсун. Помочь одному из крупнейших предприятий отрасли согласилось было правительство Москвы, но со сменой мэра позиция изменилась, тем временем финансовое положение завода продолжало ухудшаться. В ноябре 2013 г. завод допустил дефолт перед крупнейшим кредитором – Связь-банком, рассказал «Ведомостям» Розенфельд; долг перед ним составлял на тот момент около 2 млрд руб., а общая задолженность превышала 3 млрд руб.

В итоге Связь-банк согласился реструктурировать долг, выкупив обязательства «Карата» перед другими банками, но выдвинул условие – Корсун должен был продать ему часть акций предприятия. По данным Розенфельда, речь шла о 19%, по словам Корсуна – о 50% плюс 1 акция, из которых сам банк должен был получить 19%, а остальное – два лица, формально с ним не связанные. По мнению Связь-банка, основной причиной потери платежеспособности завода «Карат» стали управленческие ошибки его бывшего собственника и гендиректора Корсуна, говорит сотрудник пресс-службы банка: поскольку предприятие было в предбанкротном состоянии, Связь-банк «принял решение о финансовой поддержке завода «Карат», смене команды топ-менеджеров и приглашении на позицию гендиректора Розенфельда». Смена неэффективного менеджмента была первым условием реструктуризации долга, продолжает представитель банка, а гарантией этой смены должно было стать второе условие – о продаже Корсуном контрольного пакета акций «иным акционерам, заинтересованным в развитии «Карата» и понимающим, как можно вывести завод из кризиса».

В поддержку Связь-банка

В 2014 г. Владимир Корсун продал 19% акций «Карата» Дмитрию Тальникову, сообщал завод в отчетности. Другие 19% продала Связь-банку бывший финансовый директор (ныне директор производственно-экономического департамента) завода Елена Семенова. На конец 2014 г. Связь-банк оставался владельцем 19%, а другие 19% были оформлены на председателя коллегии адвокатов Московской области «Максимус» Андрея Кучерова. Кроме них, акционерами «Карата» числились три члена его совета директоров – Корсун (40,7%), гендиректор ООО «Хильверсум» Дмитрий Мордкович (12%) и Семенова (3,5%). Мордкович в беседе с «Ведомостями» назвал себя самостоятельным акционером, купившим пакет «Карата» «где-то полтора года назад». Связаться с Кучеровым не удалось, представитель Связь-банка рекомендует его как «независимого предпринимателя», который «действует и голосует по своему собственному усмотрению». Правда, в январе 2015 г. Арбитражный суд Москвы все-таки усмотрел аффилированность Кучерова со Связь-банком, рассматривая иск миноритария «Карата» – кипрской Frazeri Ventures Ltd., требовавшей, чтобы Связь-банк, как лицо, консолидировавшее (вместе с аффилированными лицами) 38% акций завода, выкупил у нее 2,76%. В решении суда сказано, что Кучеров по доверенности представлял интересы владельца Связь-банка – Внешэкономбанка в арбитражных судах нескольких регионов. Тальникова тот же суд назвал руководителем аппарата президента – предправления Связь-банка. Вышестоящие инстанции в этой части решение московского арбитража оставили в силе.

По данным отчетности «Карата», Связь-банк номинально владеет 78,9% его акций (на 30 июня 2015 г.), но если считать вместе с пакетом банка, то получается около 98%. Порядка 80% акций завода оформлены в залог по кредитам Связь-банка, говорит Розенфельд. По словам Корсуна, в том числе 40,7%, принадлежащие ему, – это было условием того, что завод продолжит работу.

Розенфельд говорит, что договоренность со Связь-банком включала в себя и третье условие – семь наиболее значимых торговых знаков, вышедших из-под контроля «Карата», в течение трех лет будут возвращены заводу. Их вывел Корсун, еще будучи гендиректором и заплатив за них предприятию символические 7000 евро, утверждает Розенфельд.

В базе Роспатента зарегистрированы права на 33 товарных знака, связанных с марками завода «Карат».

Семь из них («Сыр домашний», Delissir, логотип «Карата» на сине-оранжевом фоне, Violette, «Диетлайн», «Виолетта» и «Здравствуй») принадлежат кипрской «Весфол лимитед»; остальные – ЗАО «Московский завод плавленых сыров «Карат», но это «в основном мертвые или незначимые» бренды, говорит Розенфельд: 90% продаж завода делают те самые семь товарных знаков. За их использование «Карат» должен платить их владельцу, объясняет представитель завода.

Кипрская Vesfole Ltd. учреждена, по данным кипрской регистрационной палаты, 11 февраля 2014 г., ее владельцы – сам «Карат» (74,1%) и некая Flexi (Nominees) Ltd. (25,9%). В чьих интересах действует последняя, в документах не сказано. Розенфельд это не комментирует. Корсун тоже, но подтверждает только, что «по условиям соглашения с банком мы действительно должны были равными частями передавать права на товарные знаки «Карату» вплоть до 2016 г.». Но из-за нарушения банком взятых на себя иных обязательств этот процесс приостановлен, добавляет он.

Поскольку Связь-банк не заключал подобного соглашения, то не может и прокомментировать слова Корсуна, говорит представитель банка.

В 2011 г. «Карат» занимал, по данным его годовых отчетов, второе место на российском рынке плавленых сыров с долей 21% (в тоннах продукции), в 2012 г. сохранил второе место, но уже с долей 17%, а в 2014 г. был только третьим с долей 16% в натуральном выражении и 12% в стоимостном. Сейчас «Карат» восстанавливает позиции, говорит Розенфельд: выручка завода за январь – июнь 2015 г. составила 1,5 млрд руб. против 1,8 млрд руб. за весь прошлый год, а показатель EBITDA – 135 млн и 156 млн руб. соответственно. «Мы снова появились на полках, переподписали контракты со всеми крупнейшими сетями», – рассказывает Розенфельд. Также пришлось сократить расходы, провести реконструкцию производства (обошлась в 130 млн руб.), улучшить рецептуру, сыграл свою роль и запрет на импорт части зарубежного продовольствия, признает он. По плану 2015 г. выручка «Карата» должна составить уже 3,2 млрд руб., EBITDA – 287 млн руб., а чистый убыток – сократиться с прошлогодних 242,2 млн до 57 млн руб.

Корсун уже выносил вопрос о снятии Розенфельда с поста гендиректора на собрание акционеров в июне 2015 г., но не нашел поддержки у большинства, говорит Розенфельд. Другие частные акционеры «Карата» – Андрей Кучеров (19%) и Дмитрий Мордкович (12%) – заинтересованы в развитии предприятия и голосовали, по его словам, против отставки нынешнего менеджмента. Мордкович это подтвердил «Ведомостям», связаться с Кучеровым не удалось.

Корсун говорит, что практически договорился с крупным западным инвестором (с кем именно, он не уточняет) о продаже ему компании со всеми долгами. «Мы будем только рады, если вместо Корсуна появится новый инвестор, заинтересованный в дальнейшем развитии компании, – отвечает Розенфельд. – Но, к сожалению, нам не известны факты готовности западных партнеров сотрудничать с самим господином Корсуном».

В любой российской компании гендиректор – это главный менеджер, который управляет бизнесом, констатирует партнер Goltsblat BLP Матвей Каплоухий; имея право подписи, он может подписывать в том числе и любые сделки по отчуждению имущества. Поэтому основатели бизнеса обычно заинтересованы в том, чтобы принимать активное участие в управлении предприятием: в подобных конфликтах ситуацией управляет та сторона, которая контролирует пост гендиректора, резюмирует Каплоухий.