Денис Мантуров поставил подножку Леониду Михельсону

Минпромторг внес в правительство закон, ограничивающий доступ судов зарубежной постройки к перевозке в Арктике нефти, газа и угля. Однако законопроект устраивает не всех: им недоволен крупнейший грузоотправитель Севморпути НОВАТЭК, хотя вполне довольны Объединенная судостроительная компания (ОСК) и «Роснефть», строящая суперверфь «Звезда». В дискуссии чиновников на первый план выходит вопрос, какое судно считать российским. Критерии дорабатывает Минпромторг, участники рынка просят, чтобы условия не стали радикальными и заградительными.

Как стало известно “Ъ”, 31 мая Минпромторг внес в правительство проект ФЗ о внесении изменений в Кодекс торгового мореплавания (КТМ), запрещающий использовать с 2019 года новые иностранные суда для перевозок нефти, газа и угля, добытых в российской Арктике (см. “Ъ” от 22 марта). Исключительное право на эти работы получают суда, построенные на территории РФ, при этом российским считается судно, соответствующее критериям подтверждения производства промышленной продукции на территории РФ (постановление правительства №719). Но критерии отнесения конкретно судов к российским пока дорабатываются Минпромторгом.

Как отметил в ходе обсуждения документа 21 июня в рамках заседания комитета Союза машиностроителей директор департамента судостроения и морской техники Минпромторга Борис Кабаков, все суда до 1 января 2019 года под флагом РФ независимо от постройки будут продолжать работу. Зарубежные суда также могут быть допущены по решению правительства, но для этого заинтересованная сторона должна обосновать невозможность использования российских судов, пояснил чиновник. По его словам в министерстве «объективно оценивают возможности судостроительной промышленности, розовых очков нет». Нужно выработать механизм допуска к эксплуатации судов зарубежной постройки, добавил Борис Кабаков, который устроит все заинтересованные стороны.

Законопроект в текущих формулировках активно поддерживает Объединенная судостроительная корпорация (ОСК). Ее руководитель Алексей Рахманов заверил: «Единственный продукт, который сегодня не может производиться в РФ,— большие газовозы ледового класса. Все остальное мы можем и готовы делать. Если потребуется, будем платить штрафные санкции за несвоевременное выполнение заказов, но будем работать. По-другому, без сил и принуждения, в РФ, к сожалению, не получается».

Поддерживает нововведения и «Роснефть» (реализует в консорциуме с Газпромбанком и «Роснефтегазом» проект суперверфи «Звезда», которая считается главным бенефициаром законопроекта): ее замечания к документу учтены, а результат в компании характеризуют как «взвешенный механизм по стимулированию отечественного судостроения».

Но законопроект вызывает вопросы у крупнейшего грузоотправителя Севморпути — НОВАТЭКа. В рамках дискуссии зампред правления компании Лев Феодосьев отметил, что к 2025 году проекты НОВАТЭКа будут обеспечивать половину планируемого грузопотока Севморпути в 80 млн тонн, а обсуждаемая инициатива «просто ограничит реализацию проектов компании». Топ-менеджер подчеркнул, что «запретительными мерами стимулировать что-то невозможно». У законопроекта отсутствует экономический расчет, до конца непонятна его цель, документ не соответствует поручению президента, уверены в НОВАТЭКе.

В Минэкономики не ответили на запрос “Ъ”, в Минэнерго сообщили, что направили свои замечания в Минтранс. Минтранс согласовал документ, но в процессе дискуссии директор департамента госполитики в области морского и речного транспорта министерства Виталий Клюев признал, что ряд вопросов требует дополнительного обсуждения. Речь идет о наличии стимулирующих, а не только ограничительных, мер, а также о прояснении понятия «судна, построенного в РФ».

«Можно построить только корпус, это составляет 30–40% стоимости, а все остальное завозить из-за рубежа, или заставить производить все оборудование, которого просто сегодня в России не производится и непонятно, когда еще будет производиться»,— пояснил господин Клюев. С этим согласен президент Российской палаты судоходства, член совета директоров «Совкомфлота» Алексей Клявин: «Законопроект надо рассматривать в связке с постановлением №719, чтобы четко понимать, что считать российским. Если мы грамотно подойдем к определению этого термина, тогда можно четко понять, где та граница, которая реально вводит запретительные меры для российского судовладельца».