Экс-министр Михаил Абызов жалуется на следователей и считает уголовное дело разрушением бизнеса

Басманный суд Москвы продлил на три месяца срок содержания под стражей бывшего министра по делам Открытого правительства Михаила Абызова и его предполагаемых сообщников, которые обвиняются в организации преступного сообщества и участии в нем, а также хищении у энергетических компаний 4 млрд руб. Сам экс-чиновник назвал обвинения в свой адрес абсурдом, однако на меру пресечения это не повлияло.

На заседание Басманного суда, где рассматривалось ходатайство о продлении срока ареста Михаила Абызова, экс-гендиректора группы «Ру-ком» Николая Степанова и директора по экономике и финансам АО «РЭМиС» Галины Фрайденберг, бывший министр пришел с перевязанными верхними фалангами пальцев левой руки, при этом на безымянном красовалось изображение сердечка. Как пояснил позже один из адвокатов господина Абызова, а всего их было восемь, ничего страшного с экс-чиновником не произошло: он натер пальцы, когда стирал в холодной воде.

Следователь Сергей Степанов, который ведет дело, ходатайствовал о продлении срока ареста до 25 октября. Господин Степанов, аргументируя свое предложение, особенно подчеркнул, что обвиняемые по делу, в том числе экс-министр, «со следствием не сотрудничают, пояснений о содеянном не дают, кроме того, что считают нужным». Следователь также отметил, что, оказавшись на свободе, экс-министр может скрыться, поскольку располагает загранпаспортом с шенгенской и британской визами, а в офшорах у него имеются фирмы и счета в банках.

Напомним, что Михаилу Абызову, Николаю Степанову, Галине Фрайденберг, а также председателю совета директоров ООО «Первый строительный фонд» Александру Пелипасову, заместителю гендиректра ООО «Ру-ком» Максиму Русакову и экс-гендиректору ОАО «Региональные электрические сети» Сергею Ильичеву (троим последним Басманный суд также продлил во вторник срок содержания под стражей до 25 октября) СКР вменяет ст. 210 УК РФ (организация преступного сообщества и участие в нем) и ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере). По версии следствия, в период с апреля 2011 года по ноябрь 2014-го господин Абызов, будучи бенефициаром ряда офшорных компаний, создал и возглавил организованное преступное сообщество, деятельность которого не была связана с предпринимательством, а имела целью хищение средств. В результате, по материалам дела, бывший министр и его предполагаемые сообщники, обманув акционеров АО «Сибирская энергетическая компания» и АО «Региональные электрические сети», которые занимались производством и передачей электроэнергии в Новосибирской области, похитили средства этих компаний на сумму 4 млрд руб. Причем все эти деньги, по данным следствия, были выведены за границу.

Фигуранты вину не признают, настаивая, что предметом уголовного дела стали гражданско-правовые отношения.
Отметим, что в рамках расследования, как сообщила представитель Басманного суда Юнона Царева, был наложен обеспечительный арест на денежные средства господина Абызова в размере около 9 млрд руб., а также на различное имущество бывшего министра. Поскольку стоимость этих активов значительно превышает размер ущерба по делу, можно с большой долей вероятности предположить, что арест был произведен в расчете на то, что прокуратура позже обратится в суд с иском об обращении в доход государства средств и имущества экс-министра как полученных в результате нарушения антикоррупционных законов.

В свою очередь защита господина Абызова, предлагавшая поместить его под домашний арест или отпустить под залог, утверждала, что доводы следствия в пользу его содержания в СИЗО ничем не подтверждены, а само обвинение в его адрес необоснованно. Адвокат Сергей Дрозд отметил, что смягчить меру пресечения также следует в связи с тем, что «мать и дети Абызова находятся в беспомощном состоянии». Защитники выражали недоумение по поводу того, как, будучи министром, господин Абызов мог руководить преступным сообществом.

Выступление самого господина Абызова было довольно продолжительным и весьма эмоциональным. «Следствию нужно от меня только одно — чтобы я оговорил себя и других людей. Как можно координировать тех, кого я не видел, при этом находясь на заседании правительства Российской Федерации,— сказал он в суде.— Вся моя деятельность находилась под присмотром служб, любые мои контакты фиксировались, в том числе на режимных объектах. К ним ведь можно обратиться, узнать всю интересующую информацию, но следствие ничего не делает… Мне вменяют 210-ю статью УК, где от 15 до 20 лет колонии строгого режима. Почему не терроризм, не бандитизм?» Бывший чиновник также пожаловался на давление со стороны следствия.

Арестовано имущество, якобы аффилированное со мной, активы, все это на 20 миллиардов рублей при вменяемом ущербе на 4 миллиарда, при максимальном штрафе не более 500 миллионов рублей. Это вообще как? — возмущался господин Абызов.

— Теперь эти активы арестовываются, чтобы разрушить бизнес, чтобы оказать на меня давление… Я не совершал преступления, в которых меня подозревает и обвиняет следствие… За четыре месяца нахождения в СИЗО я понял, что все это большой, глобальный абсурд».

Впрочем, доводы обвиняемых и защиты не убедили председательствующего Артура Карпова, и он удовлетворил ходатайство следствия, продлив срок ареста фигурантам до 25 октября.