Фридман и Усманов добились прощения от Швейцарии

Швейцария исключила из санкционного списка по России бизнесменов Михаила Фридмана и Алишера Усманова, следует из данных, опубликованных Государственным секретариатом по экономическим вопросам (SECO) страны.

Согласно им, также отменены ограничения в отношении бывшего ректора Крымского федерального университета им. В.И.Вернадского Андрея Фалалеева и юрлица Redbird Corporate Services Ltd. Кроме того, в связи со смертью санкции сняли с экс-депутата Госдумы Юрия Швыткина и конструктора Александра Леонова.

При этом санкционный список расширен на 254 позиции. «В их число входят 33 российских банка, один банк из третьей страны, 17 финансовых учреждений и поставщиков криптоуслуг, пять компаний из третьих стран, а также четыре российских аэропорта и два российских порта», — отмечается в сообщении SECO.

Вместе с тем, говорится в публикации, после оценки внешнеполитических и правовых соображений власти Швейцарии решили «на данный момент не включать двух граждан России в санкционный список». На аналогичных основаниях в отношении 14 компаний из третьих стран не были введены усиленные меры экспортного контроля.

«Однако оперативные меры, уже введенные в рамках 20-го пакета санкций, гарантируют, что торговые ограничения не будут обойдены», — уточнили в SECO.

22 сентября Совет Евросоюза продлил санкции против России на три года, но исключил из санкционного списка Усманова и Фридмана.

Решению предшествовало несколько дней споров между странами ЕС. Как писали Reuters, Financial Times и Euractiv, исключение Усманова и Фридмана из санкционного списка обсуждалось в рамках компромисса, который должен был позволить странам союза договориться о продлении ограничений. Против снятия санкций выступала Латвия.

Россия считает западные санкции незаконными. Президент Владимир Путин заявлял, что против нее введено более 30 тыс. ограничений — почти вдвое больше, чем против всех остальных стран мира вместе взятых. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков говорил, что множество ограничений сформировало у российской экономики «определенный иммунитет» к санкционному давлению.