Игорь Сечин ловко подсунул правительству России свои активы в Венесуэле

«Роснефть» прекратит свою работу в Венесуэле и продаст активы, связанные с деятельностью в этой стране, говорится в сообщении компании.

«Роснефть» заключила соглашение c компанией, на 100% принадлежащей правительству России, о продаже долей и прекращении своего участия во всех проектах в Венесуэле, включая доли в добычных предприятиях Petromonagas, Petroperija, Boqueron, Petromiranda и Petrovictoria, в нефтесервисных предприятиях и торговых операциях», — сообщили в компании.

Таким образом все ее активы и торговые операции в Венесуэле (или связанные со страной) будут проданы, закрыты или ликвидированы, а после исполнения соглашения и реализации активов одна из 100-процентных «дочек» «Роснефти» в обмен получит пакет в размере 9,6% акций компании. В пятницу, 27 марта, этот пакет стоил на Московской бирже 308,08 млрд руб.

До этой сделки у государственного «Роснефтегаза» было 50,01% «Роснефти», у BP — 19,75%, у катарского фонда QH Oil Investments — 18,93%, у швейцарского трейдера Glencore — 0,57%, остальные акции торговались на бирже.

«Роснефть» владеет долями в пяти совместных предприятиях с венесуэльской государственной компанией PDVSA по геологоразведке и добыче нефти на шельфе и суше, в латиноамериканской стране у нее также есть газоразведочный проект на месторождениях Патао, Мехильонес и Рио Карибе с геологическими запасами 180 млрд куб. м.

Почему «Роснефть» решила выйти из Венесуэлы

После того как в середине февраля США ввели санкции против одной из «дочек»«Роснефти» за работу в Венесуэле, компания впервые не раскрыла ежеквартальные показатели задолженности PDVSA по выданным ей денежным авансам. По состоянию на конец третьего квартала 2019 года долг венесуэльской госкомпании равнялся $800 млн без учета процентов, сообщала «Роснефть» в ноябре. Эта задолженность образовалась в результате авансов, которые российская компания выдавала PDVSA в прошлые годы за предстоящие поставки сырья.

В «Роснефти» продажу активов и уход из Венесуэлы объяснили желанием снять санкции, введенные США против дочерних структур компании. «Мы продали наш венесуэльский бизнес правительству Российской федерации. Компания «Роснефть», как международная публичная компания, должна защищать интересы своих акционеров. И теперь мы вправе ожидать от американского регулятора выполнения публично взятых на себя обещаний», — сказал РБК пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев.

Для компании санкции — очевидный риск, тем более в условиях низких цен на нефть, говорит аналитик Raiffeisenbank Андрей Полищук. По его мнению, решение «Роснефти» не дает стопроцентную защиту — «США могут и другой повод придумать», — но явно снижает риски для компании, считает аналитик.

Возможно, «Роснефть» опасается введения действительно крупномасштабных санкций со стороны США из-за сотрудничества с Венесуэлой, говорит старший директор группы по природным ресурсам и сырьевым товарам агентства Fitch Дмитрий Маринченко. «Санкции, ограничивающие возможность «Роснефти» экспортировать нефть, оказали бы колоссально негативное влияние и на саму компанию, и на российскую экономику, учитывая долю рынка «Роснефти» в России и рекордное падение цен на нефть. США в феврале ввели серьезные ограничительные меры против трейдингового подразделения «Роснефти» из-за операций с Венесуэлой, поэтому такие опасения могут быть не беспочвенны», — отметил он.

По мнению Маринченко, с учетом масштабного политического и экономического кризиса в Венесуэле, который может углубиться из-за пандемии коронавируса и обвала на нефтяном рынке, активы «Роснефти» в этой стране являлись для компании «скорее источником головной боли, а не имеющим ценность активом».

Предположительно, «Роснефть» обеспокоена риском дополнительных санкций США против ее структур или всей группы, соглашается старший научный сотрудник Центра по новой американской безопасности (CNAS) Рэйчел Зимба. «Цена сотрудничества с Венесуэлой во времена пандемии и масштабного разрушения спроса на нефть, вероятно, перестала оправдывать себя», — сказала она.

Кто купил активы «Роснефти» в Венесуэле

Ни «Роснефть», ни правительство не раскрывают название компании — покупателя венесуэльских активов. «Правительство Российской Федерации приобрело у «Роснефти» активы в Венесуэле. Владельцем стала компания на 100% принадлежащая Российской Федерации», — говорится лишь в сообщении пресс-службы правительства (цитата по ТАСС).

Ранее российские власти использовали другую модель изоляции от венесуэльских санкционных рисков: когда США ввели санкции против российско-венесуэльского банка «Еврофинанс», Газпромбанк и ВТБ, владевшие в нем долями, передали их Росимуществу. Но на этот раз вместо Росимущества покупателем стала госкомпания.

В октябре 2018 года «Зарубежнефть», не находящаяся под санкциями, в преддверии санкций США против Ирана, продала своего иранского оператора «Промсырьеимпорту». Такая схема позволяла России сохранить контроль над токсичным активом, при этом убрав санкционный риск с «Зарубежнефти».

Санкции США

«Роснефть» решила продать все свои активы в Венесуэле и уйти из страны после того, как против двух ее дочерних структур, торговавшихся нефтью PDVSA, Минфин США ввел санкции. Первой под экономические ограничения за работу с венесуэльской нефть попала в феврале Rosneft Trading. В санкционный список также попал президент Rosneft Trading, вице-президент «Роснефти» по переработке, нефтехимии, коммерции и логистике Дидье Касимиро.

В «Роснефти» в ответ заявили, что работа в стране никак не нарушает норм международного права, а ситуацию назвали правовым произволом, напомнив, что компания начала инвестировать в экономику Венесуэлы задолго до того, как против этой страны были введены санкции. Работа в ней «направлена на обеспечение возврата ранее сделанных инвестиций и реализацию долгосрочных коммерческих интересов», отмечали в «Роснефти». В Кремле введенные против российской компании санкции тогда назвали незаконными, а МИД объяснил их нечестной конкуренцией.

12 марта Минфин США ввел санкции в отношении еще одной швейцарской «дочки» «Роснефти» — TNK Trading International S.A. По данным ведомства, после того как против первой «дочки» Rosneft Trading были введены санкции, TNK Trading International переняла ее поставки и занималась «продажей и транспортировкой нефти из Венесуэлы». По данным Минфина США, в январе эта «дочка» «Роснефти» купила около 14 млн баррелей сырой нефти у венесуэльской госкомпании PDVSA. Из-за санкций все активы компании, находящиеся в США или контролируемые их гражданами, оказались заблокированы.

По словам госсекретаря США Майка Помпео, ограничения, введенные Вашингтоном против TNK Trading International, являются попыткой «усадить за стол переговоров» президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Также о том, что санкции против одной из «дочек» «Роснефти» являются на самом деле ограничениями в отношении Венесуэлы, заявлял и президент США Дональд Трамп.

Тем самым США показали, что будут и далее вводить санкции против структур «Роснефти», если их сделки с Венесуэлой будут продолжаться. Но одновременно США подчеркнули, что рассмотрят возможность снятия санкций с «дочек» «Роснефти», если те предпримут «конкретные, значимые и верифицируемые шаги по поддержке демократического порядка в Венесуэле». Пока не ясно, насколько США будут удовлетворены действиями «Роснефти», однако замена «Роснефти» на другую госкомпанию при общем сохранении курса на сотрудничество России с Венесуэлой вряд ли что-либо меняет в отношении поддержки венесуэльской демократии и, соответственно, вряд ли может служить основанием для снятия санкций с Rosneft Trading / TNK Trading, считает аналитик консалтинговой компании AKE Group Максимилиан Хесс.

Власти США не будут заранее информировать о своих дальнейших действиях в отношении дочерних компаний «Роснефти» после продажи ее активов в Венесуэле, заявили ТАСС в пресс-службе Госдепартамента США. «Мы на постоянной основе изучаем соответствующую активность и целесообразность будущих действий в рамках программы санкций по Венесуэле», — говорится в ответе ведомства на вопрос о риске введения ограничений на российскую госкомпанию, которая договорилась о приобретении венесуэльских активов у «Роснефти».

Хесс считает, что недавний обвал цен на нефть мог повлиять на решение «Роснефти» выйти из Венесуэлы. При относительно высоких ценах на нефть риск серьезных санкций против «Роснефти» был меньше, поскольку США не хотели еще больше взвинчивать цены на нефть санкционными ограничениями. Но теперь, когда цены низкие, у США появилось больше стимулов к дополнительным санкциям против «Роснефти», поскольку теперь администрация США и сама хочет более высоких цен для своей нефтедобывающей отрасли.

Кроме того, венесуэльская нефть, которую продавали структуры «Роснефти», сейчас стоит лишь $5–10 за баррель, и на нее почти невозможно найти покупателей. Это тоже могло повлиять на решение «Роснефти» отказаться от нерентабельных сделок с венесуэльской нефтью, считает Хесс.