Любовь с властью взахлеб у Никиты Михалкова была не всегда

Никита Сергеевич Михалков, чью авторскую программу «Бесогон» уже второй раз подряд зарубил телеканал «Россия 24», производит впечатление человека, приближенного к власти, серого кардинала на культурно-политическом фланге. Но любовь «в десны» была не всегда.

10 млн долларов и Кремль на сутки

Михалковы – отдельная династия, еще Гафт писал знаменитую эпиграмму: «Россия! Чуешь этот странный зуд?! Три Михалкова по тебе ползут!»

Режиссер давно выступает за конституционную монархию, но пока род Михалковых скипетр и державу не получил, так что главе семьи приходится выстраивать отношения с первыми лицами де-юре демократического государства.

– Контакты его отца сыграли, конечно, огромную роль, – сказал «Собеседнику» давний оппонент Михалкова – экс-глава Гильдии киноведов и кинокритиков России Виктор Матизен. – Тот был в чести при Сталине, при Брежневе, при Хрущеве – в общем, при всех. Никита Сергеевич, вольно или невольно, брал пример. После путча понял, что наступает новое время и полезно быть поблизости от власти.

Отношения с властью для Михалкова начались именно с ельцинской команды: он, по выражению Виктора Матизена, «прислонился» к победе над путчистами. Но и до этого успел побыть советником по культуре председателя Совмина РСФСР Ивана Силаева – человека команды Ельцина. К тому времени исход битвы за власть между коммунистами и демократами еще не был предрешен, но чутье будущего «бесогона» не подвело. Через два с лишним года Михалков снова оказался в оппозиции, уже к Ельцину, и снова в осажденном Белом доме. Речь о событиях октября 1993 года, известных как расстрел парламента. Тогда он приехал к своему другу Александру Руцкому. А еще через месяц неожиданно признался, что хотел бы возвращения на трон Михаила Горбачева.

На вопрос, был ли Борис Николаевич ему чужим, Никита Сергеевич однажды заметил мне в интервью:

– Скорее я был Ельцину чужой. Мы в разных весовых категориях были, чтобы его можно было назвать «чужим». Я видел его всего три раза в жизни. Чужим был я, это было подогрето его окружением, меня называли руцкистом и так далее. Я не отказался от Руцкого тогда, когда от него отреклись все.

Одна из встреч Михалкова и Ельцина уже после тех событий была посвящена работе над фильмом «Сибирский цирюльник». Тогда, в середине 90-х, компьютерного монтажа не было, а режиссеру нужно было снять Кремль с дореволюционными двуглавыми орлами на башнях. Поговаривают, что Никита Сергеевич просил у Ельцина на один или несколько съемочных дней снять звезды, установить орлов, а потом, под шумок, так и оставить. Президент добро на столь радикальные декорации с главным символом страны не дал. Режиссеру-монархисту разрешили на один день лишь погасить лампы, вмонтированные в звезды, на двух башнях. Даже это разрешение было беспрецедентным: ранее кремлевские звезды гасили только в Великую Отечественную войну для маскировки во время налетов фашистской авиации на Москву.

– Транш на «Сибирского цирюльника» был дан Михалкову с ведома Черномырдина, который ему отпустил порядка 10 миллионов долларов. Подарок немалый, – рассуждает Виктор Матизен.

Михалкову удалось вернуться в обойму. Однако итогом тернистых отношений с Ельциным стал крепкий наезд режиссера на «Ельцин-центр» в Екатеринбурге уже после смерти первого президента России. Победу этой площадки в конкурсе «Лучший европейский музей» Михалков сравнил с наградой Третьего рейха. Ельцина, а вместе с ним и Горбачева теперь он считает преступниками.

– У него всегда претензия такая: на царя выйти. Так не будет. Что касается политики, у него большие претензии и амбиции, и это вредит, – сказал Горбачев в ответ на эти высказывания, посоветовав режиссеру не заниматься политикой.

«Путин мне интересен»

– Я никогда ничего не просил лично для себя, – признавался мне Михалков. – Разве я снял хоть один фильм для власти? Я дружил с Брежневым? Нет. Я дружил с Черненко? Нет. С Ельциным? Тоже нет. Я подружился с человеком, который мне показался умным, бесстрашным, быстро умеющим учиться, причем намного раньше, чем он стал президентом. Это был Путин. И что в этом предосудительного? Он мне интересен.

От прихода Владимира Путина к власти режиссер поймал вдохновение уже в первый год его правления. В 2000-м Владимир Владимирович решил вернуть России мелодию советского гимна. Новый текст написал 88-летний Сергей Михалков, соавтор прежних двух гимнов, восхвалявший то Сталина, то абстрактный коммунизм. На первую официальную запись нового-старого гимна он приехал с сыном Никитой, который выполнял обязанности одновременно и дирижера, и хормейстера, и звукорежиссера, подбирая акценты и тональности. Этот эпизод запечатлен в фильме Виталия Манского «Свидетели Путина» о переходе власти от Ельцина к нынешнему президенту. Но вспоминать Никиту Сергеевича документалист отказался: «Ничего хорошего про эту персону сказать не могу, поэтому лучше промолчу».

Виталий Манский: Финансирование культуры как бордель со старыми проститутками
В первые годы правления Путин не раз бывал в гостях у Михалковых. Вместе с Владимиром Владимировичем туда на день рождения приезжали съемочные группы центральных телеканалов, запечатлевшие, как глава государства произносит тосты в честь именинника: «Я присоединяюсь к тем миллионам людей, которые любят Никиту Сергеевича, его творчество и его самого. Он – один из наших кумиров».

– Решил прислониться к очередному, к Путину, – комментирует Матизен. – Там могло и не быть каких-то прямых договоренностей о том, что власть будет ему помогать. Но это как расписка кардинала Ришелье: «то, что сделал предъявитель сего, сделано по моему приказанию и для блага государства». Таким образом он получил незримую и негласную индульгенцию. И этим ресурсом, несомненно, воспользовался, потому что заполучить в свое распоряжение, например, агентство, которое собирает деньги с «болванок», каждому бы не дали. Там гигантские деньги крутились.

При Путине Михалков сильно укрепил свой статус и влияние в киносообществе. В дополнение к президентству на Московском кинофестивале была учреждена кинопремия «Золотой орел» в пику уже существовавшей, но неподконтрольной ему «Нике». А в 2009-м он триумфально вернулся в кресло председателя Союза кинематографистов России после того, как в 2008-м его сместил предыдущий съезд. Спор кинодеятелей тогда вышел на уровень Минюста, и ведомство, по сути, приняло решение в пользу режиссера.

В это же время структуры, аффилированные с Никитой Михалковым, начинают активно работать в сфере сборов авторских вознаграждений. В 2011-м они скупают акции газеты «Культура» (по словам экс-главного редактора Юрия Белявского), и издание становится идеологическим рупором режиссера. Главным редактором Н.С. назначил Елену Ямпольскую, позже прошедшую в Госдуму по списку «Единой России» и в итоге сменившую в кресле председателя комитета по культуре Станислава Говорухина.

– Точно так же, как пробивался сам Никита Сергеевич к людям, которые находятся выше него, поступила и Елена Ямпольская, с которой я когда-то работал в «Новых Известиях», – продолжает рассказ Матизен. – Я тогда был довольно близок с Михалковым и помню, как она меня просила с ним познакомить. С моей помощью или нет, она с ним познакомилась, писала немало статей в его поддержку и теперь его ставленница.

Ямпольскую сватали на пост министра. Однако и Ольга Любимова, которая при Мединском возглавила департамент кино, а затем стала руководить Минкультом, считается человеком Михалкова. Информацию том, что режиссер – ее крестный папа, так никто и не подтвердил, но Любимовы и Михалковы, что называется, «дружат кланами». Несколько месяцев назад мне довелось услышать, как Татьяна Михалкова в кулуарах того самого «Золотого орла» успокаивала нового министра после скандала с ее дерзкими записями ранней молодости, всплывшими в интернете: «Ничего, день-два – и это все пройдет».

История с Фондом кино, из попечительского совета которого Н.С. громко вышел, – из числа мнимых его поражений. Режиссер не хотел видеть в совете экс-пресс-секретаря Дмитрия Медведева Наталью Тимакову, обвинив ее в «латентной русофобии». Результат – Тимаковой в фонде давно нет, а гендиректор студии Михалкова «Тритэ» Леонид Верещагин возглавляет экспертный совет, решающий, каким киностудиям выделять бюджетные деньги.

Из подобных ситуаций Н.С. любит и умеет выходить не только с гордо поднятой головой, но и с неплохим уловом. В конце концов, он талантливый режиссер и знает, что без драмы, без конфликта не получится хорошей истории. Изгнание «Бесогона» с госТВ вряд ли станет неприятным исключением в его биографии.