Мундиаль все дороже

Чемпионат мира по футболу 2018 года в России – едва ли не самое значимое событие десятилетия для нашей страны. Россия готовится к нему уже шесть лет – с тех пор как 2 декабря 2010 года выиграла право на его проведение. Однако первоначальный грандиозный проект, впечатливший ФИФА, за последнее время был порядком изменён.

В своё время министр спорта Виталий Мутко произнёс сакраментальную фразу: «Ход проектирования вызывает тревогу. Сроки нарушаются, есть проблемы по каждому региону». Впрочем, главная проблема всё же в другом – окупятся ли сотни миллиардов бюджетных рублей, вложенные в строительство объектов для ЧМ-2018?

По самым скромным подсчётам, проведение мундиаля обойдётся России более чем в 600 млрд руб­лей – такую цифру называет директор департамента по связям с регионами оргкомитета «Россия-2018» Денис Поляков. Изначально предполагалось, что к ЧМ-2018 будут сооружены или реконструированы около 200 объектов. Из них около 60 – это гостиницы и отели, 12 объектов – строящиеся стадионы. Однако после принятия летом 2013-го специального закона о проведении чемпионата и правительственной программы его подготовки вопросы проектирования и строительства ЧМ были переданы на усмотрение регионов, которые очень по-разному подошли к реализации проекта.

Стоит отметить, что основная работа на объектах, приуроченных к ЧМ-2018, закипела после начала кризиса, вызвавшего девальвацию рубля. В результате выяснилось, что работать в пределах прежних смет невозможно. Так, если довериться сайту profile.ru, глава «Стройтрансгаза» Геннадий Тимченко, взявшийся за строительство стадионов в Волгограде и Нижнем Новгороде, поставил чуть ли не ультиматум: если контракты не увеличат с 15 до 18–20 млрд рублей, его компания от них откажется. Похожий ультиматум, по сведениям того же источника, объявил и глава Crocus Group Арас Агаларов, курирующий стройки ЧМ-2018 в Ростове и Калининграде.

Мировой рекорд по трате бюджетных денег

История с санкт-петер­бургским стадионом «Зенит Арена» могла бы стать фарсом десятилетия, если бы не превратилась в настоящую финансовую драму ЧМ-2018. На сегодня это самый дорогой и проблемный объект предстоящего чемпионата. Изначально его «окончательная» общая стоимость оценивалась в 34,9 млрд рублей. 26 мая 2016 года должно было состояться официальное открытие стадиона. Но отношения между заказчиком в лице правительства города и подрядчиком в лице «Инжтрансстроя» разладились, стороны предъявили друг другу претензии на миллиарды рублей, и стройка встала. В конце концов Смольный расторг контракт с «Инжтрансстроем» и перепоручил объект компании «Метрострой». Смена подрядчика обычно увеличивает сроки, а отставание в строительстве стадиона к тому времени составляло, по разным оценкам, от 150 до 300 дней. Однако чиновники рапортовали, что проблема практически решена. На объекте провели молебен за успешное окончание стройки, а гендиректор «Метростроя» предложил присоединиться к нему всем петербуржцам. Но молебен не помог. Помогло новое увеличение сметы: она выросла до 39,2 млрд рублей, причём последние 2,6 млрд, похоже, были перераспределены из социальных статей городского бюджета.

СПРАВКА

Международная федерация футбола огласила свои требования к городам – организаторам ЧМ-2018 в России: аэропорт с дополнительной пропускной способностью от 17 600 человек в сутки, стадион вместимостью не менее 40 тыс. зрителей, 60 тыс. для полуфинала и 80 тыс. для финала, 1–2 фан-зоны на центральных площадях города вместимостью 35–50 тыс. человек, благоустройство мест вокруг туристических достопри-мечательностей; озеленение и косметический ремонт фасадов домов; указатели, продублированные на иностранном языке, а также наличие гостиниц.

Похожая история наблюдается в Самаре. Там за полтора года стадион подорожал до 18,2 млрд рублей, это при том, что подрядчик – ПСО «Казань», по-видимому, запросил 2 миллиарда. «В Самаре встал стадион, надо решить этот вопрос», – публично признался Виктор Мутко. Однако подрядчика менять не стали, ограничившись «жёстким разговором». В конце концов работы на «Самара Арене» возобновились. Примерно по такой же схеме «продвигаются» и другие стройки ЧМ-2018. Долго считались мутными перспективы Калининграда – там стадион возводили на проблемной почве, будущее объекта было зыбким в прямом смысле этого слова. Экспертиза прошла лишь в конце 2015 года. В Екатеринбурге работа тоже началась всего год назад. В результате сейчас речь идёт уже не столько о качестве постройки, сколько о сроках сдачи объекта.

Стадион одноразового использования?

Положительными примерами считаются «Лужники», где работы могут закончиться на квартал раньше срока, и «Ростов Арена», которая за счёт опережения графика может успеть принять первые матчи уже этой осенью. И всё же перспективы стадионов, которые будут сданы в конце 2017 года, оценить сложно. Олимпиада в Сочи показала: по мере приближения сдачи объекта у подрядчиков возникает ощущение, что судьба страны находится в их руках. В связи с этим растут финансовые аппетиты. Одновременно Министерство спорта так и не решило, что же всё-таки делать с объектами футбольного чемпионата после его окончания. Это касается не только многотысячных стадионов, но и сотен тренировочных полей, в строительство которых вложены сотни миллиардов бюджетных руб­лей. Не секрет, что если в городе нет клуба Высшей лиги, то спортивный объект рискует стать обузой для региона. «Одно содержание «Арены» обходится в 1,5–2 млн евро в год. Но ни в Нижнем Новгороде, ни в Волгограде, ни в Калининграде, ни в Саранске таких футбольных клубов нет и в ближайшее время не появится», – отмечают эксперты «Спорт-экспресса». У многих перед глазами пример Сочи. Там многие олимпийские объекты предназначались для видов спорта, недоступных для массовых занятий – например, бобслейная трасса. Так что «народный» эффект от Олимпиады в Сочи проявился разве что на горнолыжных трассах.

Однако в некоторых городах учли возможность использования стадионов в «неспортивных целях». Так, разработчики стадиона «Нижний Новгород» предусмотрели, что при некоторых изменениях конструкции арена стадиона может быть переведена в иной режим работы. Там смогут проводить не только футбольные матчи, но и концерты, выставки, вести коммерческую деятельность. Строители «Казань Арены» также предусмотрели возможность проведения там хоккейных матчей, шоу, фестивалей и различных праздников.

И всё же чемпионат мира – это не только матчи и турниры. Всех прибывших на ЧМ-2018 – а это в том числе и болельщики – надо будет накормить, напоить, расселить, желательно с комфортом. А ещё всё это «околофутбольное пространство» кто-то должен будет вымыть, убрать, перевезти людей… Готовы ли к этому наши коммунальные службы? Пожалуй, самая болевая точка «индустрии гостеприимства» в России – это человеческие ресурсы: кадры, специалисты. В Москве сегодня около 10 профильных колледжей, которые готовят персонал для гостиниц, ресторанов, кафе и баров. В регионах ситуация хуже. А ведь именно от «индустрии гостеприимства» зависит впечатление, которое увезут с собой те, кто посетит ЧМ-2018. Запомнятся в первую очередь организация и доброжелательное отношение, а не грандиозные церемонии открытия или закрытия. Так что бюджеты решают многое, но не всё.

КСТАТИ

А как у них?

В мае этого года мир поразили строители и архитекторы Катара: там представили первый стадион к чемпионату мира – 2022. Открытие арены в Дохе, которая рассчитана на 40 тыс. зрителей, состоялось за пять лет до турнира. Санкт-Петербургу на возведение «Крестовского» потребовалось 10 лет и 1,1 млрд долларов. Утешение маленькое, но это не рекорд – в Нью-Йорке (Yankee Stadium, 2009 г.), Лондоне (Wembley Stadium, 2007 г.), Сингапуре (Singapore National Stadium, 2014 г.) и Монреале (Olympic Stadium, 1976 г.) потратили больше – 2,3 млрд, 1,462 млрд, 1,4 млрд и 1,4 млрд долларов соответственно.

Что касается сроков строительства, то после ввода в эксплуатацию стадиона «Крестовский» в Петербурге статус «футбольного долгостроя № 1» в Европе перейдёт к «Новой Месталье» в Испании. Стадион строится с 2007 года. Причиной «испанского долгостроя» стали отсутствие инвестиций и финансовый кризис.