Очередного ученого упекли на 12 лет за госизмену

К 12 годам колонии строгого режима приговорил Московский городской суд 66-летнего доцента Московского физико-технического института (МФТИ) и начальника отдела Центрального аэрогидродинамического института им. Жуковского (ЦАГИ) Анатолия Губанова, признанного виновным в госизмене. По данным следствия ФСБ, он санкционировал пересылку за рубеж секретных данных, касавшихся проектирования гиперзвуковых ракет. Прошлым летом к такому же сроку заключения за аналогичное преступление был приговорен его коллега — 71-летний профессор МФТИ Валерий Голубкин.

Уголовное дело Анатолия Губанова из-за секретности рассматривалось в городском суде в закрытом режиме. При этом само разбирательство было недолгим. Достаточно отметить, что в пятницу суд успел провести прения сторон, а через несколько часов огласить приговор.

Как сообщал «Ъ», возглавлявший в ЦАГИ отдел по изучению аэродинамики самолетов и ракет Анатолий Губанов курировал работу профессора и доктора технических наук 71-летнего Валерия Голубкина. Последний, в свою очередь, принимал активное участие в крупном международном проекте HEXAFLY-INT — High-Speed Experimental Fly Vehicles-International («Высокоскоростной экспериментальный летательный аппарат международный»).

Проект подразумевал изучение возможности создания гиперзвуковых лайнеров, способных достигать со скоростью 5–6 тыс. км/ч. Его участниками выступили Европейское космическое агентство и ряд других крупных зарубежных организаций. Со стороны России с согласия Минпромторга к проекту подключились ЦАГИ, Центральный институт авиационного моторостроения, Летно-испытательный институт и МФТИ.

Но, как установили в ФСБ, начиная с момента основания проекта, господин Голубкин отправил в Нидерланды несколько отчетов о проделанной работе по проекту его бельгийскому куратору Йохану Стиланту, которого следствие посчитало контактом, связанным с западными разведслужбами. С учетом того, что ученый ранее также дал подписку о неразглашении секретных данных, следствие сочло нарушением рассылку этих материалов, после чего на ученого в апреле 2021 года было возбуждено дело о госизмене. Однако вину Валерий Голубкин так и не признал.

Он утверждал, что отосланные им в Бельгию документы прошли проверку трех научных комиссий, которые не нашли в них гостайны. Причем уже после появления уголовного дела одна из этих комиссий якобы еще раз изучила отправленные за рубеж материалы и вновь не нашла в них гостайны, подтвердив свои прежние выводы.

По некоторым данным, Анатолий Губанов вначале проходил по делу подчиненного свидетелем и даже дал на него некие разоблачающие показания.

Но это не очень помогло господину Губанову. Следствие решило: поскольку Анатолий Губанов санкционировал рассылку секретной документации, он тоже виновен в госизмене. Однако дела начальника и подчиненного объединять в ФСБ не стали.

Первым в июне этого года был осужден Валерий Голубкин. Судейская тройка Мосгорсуда, признав его виновным, назначила ученому 12 лет заключения в колонии строгого режима. А спустя четыре месяца в том же суде завершилось рассмотрение и дела его шефа.

По данным «Ъ», несмотря на данные ранее против подчиненного показания, вину в госизмене ученый категорически отрицал. При этом также ссылался на мнение тех же научных комиссий, которые дали разрешение на передачу материалов по проекту HEXAFLY-INT — High-Speed Experimental Fly Vehicles-International. Однако это не произвело впечатление на гособвинителя из Генпрокуратуры, который, сославшись в прениях на показания свидетелей и данные экспертизы, потребовал признать Анатолия Губанова виновным в госизмене и приговорить к 13 годам в колонии строгого режима.

Для пожилого ученого, учитывая его возраст и состояние здоровья, это был фактически пожизненный срок.

Защита просила подсудимого оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.

Однако Мосгорсуд все же согласился с Генпрокуратурой и приговорил Анатолия Губанова к заключению, срок которого лишь на год меньше, чем был запрошен государственным обвинителем. Адвокат осужденного не стала комментировать итоги процесса, но с учетом позиции ее клиента можно полагать, что апелляционное обжалование приговора все же состоится.