Опасные игры Николая Токарева

Сегодня стало известно, что «Роснефть» подала иск к «Транснефти» в арбитражный суд Москвы. В суде о сути иска не пока не сообщают. Информированные источники предполагают, что речь может идти о методиках расчета остатков нефти и нефтепродуктов в системе «Транснефти», которыми может быть недовольна «Роснефть».

Это далеко не первый конфликт между нефтяными гигантами. Противоречия назрели еще пять лет назад, когда «Роснефть» претендовала на покупку государственной доли Новороссийского морского порта. На нее же претендовала и «Транснефть». В итоге, тогда «Транснефть» поддержала «Роснефть», но правительство приняло решение во избежание монополии продать акции на трех разных биржах.

Через два года был конфликт по поводу прокачки нефти в Китай. Компания Токарева просила поднять цены на тарифы, а компания Сечина не могла на это согласиться, так как уже заключила контракт, который не предусматривал повышение тарифов. Тогда Сечин написал письмо Путину, и тарифы были заморожены.

В 2016г. разгорелся скандал по поводу привилегированных акций «Транснефти». Президент фонда USP Илья Шербович, которого считают человеком близким к Сечину, подал иск о выплате ему дивидендов по привилегированным акциям «Транснефти», держателем которых он являлся.

«Транснефть» отказалась это сделать, ссылаясь на принятые поправки в устав, позволяющий не делать выплаты. Источники, близкие к конфликту, говорят о том, что по договоренности «Транснефть» должна была выкупить у Шербовича свои акции, но не может это сделать, так как они находятся в офшоре. А сейчас без согласования с главой государства госкомпании затруднительно переводить туда деньги.

И в «Роснефти», и в «Транснефти» наличие конфликта не признают. Тогда что означает поданный в арбитражный суд иск?

Игра по своим правилам

Позиция «Транснефти» по некоторым вопросам вызывает откровенное удивление. Взять хотя бы те же привилегированные акции. Почему дивиденды по ним ниже, чем по обычным, когда международная практика свидетельствует об обратном? И почему акционер должен обращаться в суд, чтобы ему эти дивиденды выплатили? Все это похоже на какую-то нечестную игру со стороны «Транснефти».

«Транснефть» обещала разработать в 3-4 кварталах новую дивидендную политику, но дивидендный воз и поныне остался на месте. И как результат – целый ряд иностранных и российских инвесторов пожаловались на то, что «Транснефть» не способствует к улучшению инвестиционного климата в России.

В своих жалобах инвесторы прозрачно намекали, что вся прибыль остается у дочерних компаний «Транснефти», в результате чего прибыль не получают не только миноритарии, а и главный акционер – государство.

Например, по итогам 2015г прибыль «Транснефти» составила всего 8.9%. В 2014г. Владимир Путин заявлял, что госкомпании должны выплачивать государству не менее 25%. Получается, что Николай Токарев игнорирует требование главы государства, играя по своим правилам.

Любимые дочки «Транснефти»

А по ним основная прибыль остается у дочерних компаний, что объясняется тем, что ее нельзя забирать, так как регионы, где находятся компании, останутся без налоговых поступлений.

Какая трогательная забота о регионах. Кто-то верит, что Николая Токарева, устанавливающего собственные правила игры, волнуют проблемы регионов? Если он не выполняет требования главы государства и меняет общепринятые экономические законы в свою пользу.

И здесь Николай Токарев действует как опытный шулер, передергивая собственные крапленые карты. «Транснефть» является ответственным участником консолидированной группы налогоплательщиков, поэтому размер налогов не зависит от того, где аккумулируется прибыль.

А вот то, что ее львиная доля оставляется в дочерних структурах, очень похоже на сокрытие прибыли. И не только от акционеров, а и от государства.

Считай прибыль в свою сторону

Кстати, эффективность работы «Транснефти», которой так гордится Николай Токарев, тоже под очень большим вопросом. Например, один сотрудник канадской компании обслуживает трубопроводов в 13 раз больше, чем сотрудник «Транснефти».

Да и срок службы трубопроводов у «Транснефти» гораздо ниже, чем у ее западных коллег. А это позволяет закладывать высокие амортизационные расходы и капитальные вложения, которые, в конечном счете, влияют на размер прибыли.

Одним словом, при умелом руководстве размер прибыли делается таким, каким ты захочешь. Главное - грамотно считать в свою сторону.

Растущий аппетит Николая Токарева

Аппетит «Транснефти» постоянно растет. Если в 2011г. обещали до 2017г. на техническое перевооружение тратить 90 млрд. руб. в год, то в 2013г. заявили, что с 2015г. по 2020г. будут ежегодно тратить 238 млрд. руб.

При этом «Трнаснефть» еще и занимает деньги, выбрасывая на биржу свои облигации. Объем выброса впечатляет. 280 млрд. руб. на 30 лет. А отдавать то кто будет? Или Николай Токарев и его совет директоров, который принял такое решение, собираются жить вечно?

При таком аппетите, очень удивительна политика «Транснефти» по вложению собственных средств. За последнее время она потеряла 34.2 млрд. руб., вложенных в проблемные банки, которые впоследствии были лишены лицензии.

Или это тоже аппетитные куски, которые были из этих банков выведены на аффилированные с «Транснефтью» фирмы?

Поражают и размеры благотворительности «Транснефти». С 2007г. по 2014г. на благотворительность было потрачено 33 млрд. руб. И это в полтора раза больше, чем на выплату дивидендов.

Можно, конечно, поверить в благие намерения Николая Токарева, однако манера его игры заставляет предположить другое. Все ли указанные деньги были потрачены именно на благотворительность? Или, что-то пошло не туда, а куда надо?

Опасные игры «Транснефти»

В опасные игры играет «Транснефть», руководимая Николаем Токаревым. И все то у нее перевернуто с ног на голову. Хотя с точки зрения руководства компании, все идет как надо.

Иск «Роснефти» может быть первой ласточкой недовольства Токаревым власти, к которой Игорь Сечин очень и очень приближен. Может, именно через него Токареву пытаются намекнуть на его собственные правила игры. Может, одумается?

Игры то не со всеми проходят. Тем более, когда один из игроков – государство.