оЦЭНКИ – «хорошо» или «плохо»?

Что-то необъяснимое происходит на Байконуре. Не так давно в прессе промелькнуло сообщение о том, что на космодроме вскрыт факт мошенничества в особо крупном размере – миллионы рублей улетучились «путём заключения фиктивных договоров». И – тишина. Что это были за договоры, кто их заключал, и какова степень участия или наоборот, неучастия в этой истории руководства Центра эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры (ЦЭНКИ), в чьём ведении с недавних пор находится космодром, пока непонятно. Ведётся следствие. Между тем, на фоне одной этой тёмной истории всплывают и другие – недавно СМИ сообщили о том, что якобы строительные тендеры, проводимые ЦЭНКИ, почему-то регулярно выигрывают всего две организации. Подозрительно? Ещё как: наверняка найдётся немало стройфирм, желающих получить подряды от такой конторы, как ЦЭНКИ. Но как-то не складывается у них – в отличие от «Инженерных систем» и «Треста №1». Странной выглядит и ситуация с переоборудованием местного аэродрома «Крайний». К чему нужна была столь  масштабная реконструкция, кому и зачем понадобилось сажать там огромные «Боинги» и «Аэробусы», если туристический пассажиропоток «Крайнего» - порядка тысячи человек в год? По нашему мнению, на эти вопросы  могли бы ответить правоохранители – или новое руководство космического ведомства. 

Чуть более месяца назад в Роскосмосе сменилось начальство. На смену Владимиру Поповкину, с чьим именем связывалось немало скандалов и, мягко говоря, неуспехов федерального космического агентства, пришёл Олег Остапенко. Наверняка расчистка авгиевых конюшен, доставшихся ему от разогнанных управленцев, займёт не один месяц. Так что сложно сказать, как скоро на Байконуре наведут порядок. А наводить его надо. Но сделать это будет не так-то просто, как кажется. Только за первое полугодие прошлого года в ходе надзорных мероприятий прокуратур комплекса «Байконур» выявила 503 случая грубых нарушений закона. Внесено 74 представления, 9 протестов на незаконные правовые акты, 8 исковых заявлений в суд, 2 предостережения. Более полусотни человек привлечены к дисциплинарной ответственности. Мы считаем, что эта статистика показывает то, что с порядком на Байконуре дела обстоят не ахти как. Но самое главное – прокуратура выявила факты нарушений «при размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, и оказание услуг для государственных нужд в деятельности государственных органов и учреждений». Говорим «Байконур» - подразумеваем ЦЭНКИ. Ведь ЦЭНКИ - крупнейшее предприятие российской космической отрасли, ведающее и эксплуатацией космодрома, включая технические и стартовые комплексы, и другими объектами инфраструктуры. На содержание и реконструкцию которых космическое ведомство в прошлом году направило более миллиарда рублей.
 
Нарушения при размещении госзаказов зафиксированы. Виновные не найдены?
 
Но вернёмся к прокурорской статистике. То, что выявили сотрудники надзорного ведомства, - в части, касающейся нарушений при размещении госзаказов, - тянуло на громкий скандал. Сюжет был таков: ГБУ (недавно переименованное в ГКУ) «Инженерные работы» заключило два госконтракта с коммерческими организациями на поставки оборудования. Мало того, что коммерсанты каким-то неведомым образом получили 30-процентную предоплату, так их ещё и освободили от штрафных санкций за неисполнение договорных обязательств. Повезло, или это не просто везение? Сложно сказать однозначно. По факту выявленного нарушения закона руководителю госучреждения вынесли прокурорское представление об устранении нарушений – но и только. Так, может быть, всё-таки стоило разобраться более детально: чем были вызваны подобные послабления подрядчикам, и вообще, почему именно эти подрядчики, а не другие, получили заказы? И кто из вышестоящих структур несёт ответственность за подобные нарушения, то ли городская администрация Байконура, то ли ЦЭНКИ, которому не так давно передали Федеральный космический центр «Байконур» - со всеми «потрохами»? Разобраться бы следовало – не так ли?
 
А в свете другой недавней не менее странной истории с госконтрактами аналогичных вопросов становится ещё больше. Однажды на сайте «Московского комсомольца» в Интернете появилась следующая заметка: «Чтобы узнать, как возглавляемая Александром Фадеевым организация (ЦЭНКИ – прим.) тратит свои бюджеты, можно заглянуть на портал госзакупок. После анализа истории размещения заказов и проведения тендеров вырисовывается следующая картина. Тендеры ЦЭНКИ регулярно выигрывали две организации: ООО «Инженерные системы» и ОАО «Специальный трест №1» («СТ-1»). Проигравшим конкурс указывалось ЗАО «Кислородмонтаж». А выигрыши неоднократно случались по схеме: конкурс признавался не состоявшимся в связи с допущением к нему по разным причинам лишь одного участника. Затем, вне конкурса, организация заключала контракт с ЦЭНКИ.» (…) И таких историй немало, складывается впечатление, что три организации - ООО «Инженерные системы», ОАО «Специальный трест №1» и ЗАО «Кислородмонтаж» - делят между собой заказы ЦЭНКИ». Примечательно, что если зайти на сайт «Инженерных систем», то в разделе «Каталог проектов» можно легко убедиться, что львиную долю гражданских строительных структура построила для ЦЭНКИ и Байконура. Такое ощущение, что больше и строить в России некому.
 
«Казённые деньги на космические программы выделяются сегодня баснословные, - пишет в своём живом журнале общественный деятель и популярный блоггер Антон Носик. – 169,8 миллиардов рублей в нынешнем году и 199,2 миллиарда – в 2015-м. Ни о каких сокращениях, затронувших медицину, образование, социальную сферу и строительную отрасль, наземным космонавтам волноваться не приходится. А распределяются эти деньги по хорошо всем нам знакомой системе договорного государственного заказа. Причём в самой его грубой и циничной форме: когда, например, на тендер ЦЭНКИ допускается единственная заявка, конкурсные торги признаются не состоявшимися, и договор заключается с единственным претендентом по заранее объявленной цене. Подрядчиков, между которыми делятся миллиардные бюджеты ЦЭНКИ по результатам этих безальтернативных тендеров, можно пересчитать по пальцам одной руки сапёра. А в портфолио у этих подрядчиков — столь же краткий набор заказчиков: ЦЭНКИ, Роскосмос и Байконур».
 
Причины странностей на Байконуре –финансовые вложения?
 
Допустим, одна история – чистая случайность. Две – ну, так звёзды совпали, бывает. А если не одна и не две, что это? Закономерность? Чтобы внести в ситуацию ясность, корреспондент «Нашей версии» попытался получить комментарий у главы ЦЭНКИ Александра Фадеева. Секретарь управленца пообещала такой комментарий предоставить – по телефону или по электронной почте. Но не предоставила. Вот и гадай теперь, почему. Хотя чего гадать-то? В космической отрасли по всей видимости крутятся астрономичекие деньги. На все космические программы в текущем году федеральный бюджет планировал выделить порядка 169,8 млрд. рублей. Пять с половиной миллиарда долларов! Такие деньги не просто не терпят лишнего шума – даже лишнего шороха.  Не удивительно, что при такой ситуации пресса навряд ли получит какие-либо комментарии.
 
А экспертное мнение на сей счёт таково: ситуация, когда одни и те же юридические лица участвуют в тендерах на госзакупки, которые проводят разнообразные ФГУП, для нашей страны нередка. В результате вся система госзакупок медленно, но верно может превратиться в инструмент личного обогащения чиновников и предпринимателей. То ли участники тендеров как-то связаны с чиновниками юридически – может быть, кто-то из родственников государственных служащих входит в число руководства частных фирм, - то ли попросту их отношения строятся на «откатах», то ли абсолютный непрофессионализм - остается лишь гадать. Ну, а в проигрыше, как всегда, государство. И мы с вами – граждане этого самого государства.
 
Всё-таки какую-то работу правоохранители на сей счёт проводят – не даром ведь на сайте ГУ МВД Московской области этим летом появилось сообщение о том, что на комплексе «Байконур» выявлен факт мошенничества в особо крупном размере. «Мошенничество совершено путём заключения фиктивных договоров. Общая сумма ущерба составила более 15 миллионов рублей, принадлежащих одному из местных ГУП». Возбуждено уголовное дело по статье о мошенничестве. Не исключено, что вскоре нас ждут какие-то громкие разоблачения.
 
Для чего на Байконуре построили сверхсовременный аэропорт?
 
Много вопросов вызывает и недавняя история с аэродромом «Крайний» - по мнению автора,  ответы на эти вопросы могут дать только руководители ЦЭНКИ. Или правоохранители. Примерно пять лет назад «Крайний» передали в ведение ЦЭНКИ, в связи с чем в структуре центра было создано новое подразделение – комплекс «Аэродром «Крайний». А поскольку «Крайний» построили четыре десятилетия назад, он, разумеется, нуждался в реконструкции. И вот эту реконструкцию провели – на данный момент она то ли полностью завершилась, то ли вот-вот завершится. Говорят, что теперь аэродром сможет принимать большинство современных типов самолётов. Один лишь вопрос: зачем? Зачем заштатному аэродрому такие возможности, если его пассажиропоток – со слов начальника управления туризма и молодёжной политики Байконура Юрия Петровского – около тысячи человек в год? «Тысяча туристов в год – это всего лишь ручеёк в туристическом бизнесе, который мы готовы превратить в полноводную реку», - заявил Петровский на втором международном инвестиционном форуме по проблемам развития Байконура. А теперь признайтесь сами себе, как на духу: вы верите в то, что на Байконур в одночасье рекой хлынут туристы? Сомнительно, правда? Странно лишь то, что руководители ЦЭНКИ в этом, похоже, не сомневаются. Не сомневаются, но от общения с прессой на всякий случай воздерживаются. Что же, их понять можно, вопросы-то могут задать непростые. К чему вообще было вбухивать в реконструкцию астрономические суммы, когда можно было обойтись гораздо более скромными тратами? Или обойтись было никак нельзя?.
 
На сегодняшний день ЦЭНКИ превратился в огромного монстра, который государству едва ли под силу контролировать. Судите сами. В декабре 2008 года указом президента Медведева к Центру присоединили КБ «Мотор», Конструкторское бюро общего машиностроения, Конструкторское бюро транспортного машиностроения, ОКБ «Вымпел»и, наконец, ФКЦ «Байконур». Чуть позже – Конструкторское бюро транспортного и химического машиностроения и НПФ «Космотранс». Сегодня ЦЭНКИ – одно из крупнейших предприятий российской космической отрасли – наряду с центром имени Хруничева и знаменитыми на весь мир «Энергией» и «Прогрессом». При этом ЦЭНКИ, по сути, всего лишь эксплуатационная контора. Судя по написанному выше, возможно и не слишком прозрачная. Так не пора ли новому руководству Роскосмоса проверить свою подведомственную структуру и оценить её перспективы?