«Русские фонды» вышли из-под домашнего ареста

Как стало известно “Ъ”, Тверской суд Москвы смягчил меры пресечения совладельцам ПАО «Русские фонды» Сергею Васильеву и Константину Бейриту до запрета определенных действий. Они вместе с другими фигурантами проходят по резонансному уголовному делу о хищении 8,8 млрд руб. у негосударственных пенсионных фондов. При этом предпринимателя Олега Мезенцева суд оставил в СИЗО до 14 февраля. Последний связал свое уголовное преследование с действиями замглавы АСВ Александра Попелюха, который сам недавно попал под следствие.

Ходатайства ГСУ МВД по Москве о продлении избранных фигурантам дела об особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК) в июне этого года мер пресечения судья Алексей Криворучко рассматривал два дня. Свою просьбу следователь мотивировал тем, что ему требуется время, чтобы, например, допросить сотрудников ЦБ, проверявших негосударственные пенсионные фонды (НПФ), а также назначить экспертизы «по вопросам рыночной стоимости» облигаций ООО «УНГП-Финанс» и ООО «Дельта-Финанс» и выяснить, на что были потрачены деньги, полученные их от реализации.

Как ранее сообщал “Ъ”, следствие полагает, что фигуранты дела — владевший рядом НПФ бывший глава АФК «Система», зампред совета директоров одной из крупнейших оборонных компаний ОАО РТИ Евгений Новицкий, а также совладельцы инвестиционной группы «Русские фонды» Сергей Васильев и Константин Бейрит совместно с бывшими руководителями УК «Паллада Эссет Менеджмент» Олегом Мезенцевым и брокерской компании «Паллада-Капитал» Ольгой Илларионовой — объединились в организованную группу. В 2014–2018 годах группа совершила хищение средств НПФ «Урал ФД», Торгово-промышленного пенсионного фонда, фонда «Церих», «Мечел-фонда», НПФ металлургов и Первого национального пенсионного фонда, купив на бирже «заведомо неликвидные облигации», в том числе компаний «УНГП-Финанс» и «Дельта-Финанс». Ущерб следствие оценило в 8,8 млрд руб. Ходатайства следствия поддержали прокурор и представитель АСВ. Агентство, признанное потерпевшей стороной, заявило к фигурантам иск на сумму предполагаемого ущерба.

В свою очередь, защитник господина Мезенцева Михаил Гриценко упрекнул следствие в волоките, отметив, что с момента возбуждения в ноябре 2013 года дела его подзащитный не только не скрывался, а наоборот, являлся к следователю, «пытаясь помочь разобраться в обстоятельствах» дела. Паспорт же гражданина Украины, вызвавший вопросы у следствия, его клиент получил задолго до начала СВО, так как его отец жил там, но документом он не пользовался. Адвокат просил ходатайство следствия отклонить и перевести фигуранта под домашний арест или избрать запрет определенных действий.

Сам господин Мезенцев, ранее, как и другие фигуранты, не дававший показаний, на этот раз указал, что по делу уже истек десятилетний срок давности, поскольку облигации на бирже покупались еще в 2014 году. Он отметил, что 22 июня 2016 года ЦБ РФ аннулировал его лицензию по управлению НПФ по не связанным с уголовным делом обстоятельствам и до ноября он передал все их имущество в АСВ. При этом, как указал обвиняемый, на момент отзыва лицензии все эмитенты спорных облигаций «владели активами стоимостью, превышавшей обязательства перед НПФ», а все убытки фондов возникли уже после того, как он перестал иметь к ним отношение. Именно поэтому арбитраж отказал в привлечении его к субсидиарной ответственности.

Так, по его словам, стоимость только имевшихся у ООО «УНГП-Финанс» (преобразован в ЗАО «Уралнефтегазпром») акций, согласно оценке PricewaterhouseCoopers, в 2015 году составляла более 11 млрд руб., что покрывало весь причиненный, по мнению следствия, ущерб в 8,8 млрд руб.

Напомним, как ранее сообщал “Ъ”, контрольный пакет в бывшем активе экс-топ-менеджеров АФК «Система» Евгения Новицкого и Виктора Хорошавцева — «Уралнефтегазпроме» с нефтегазоконденсатными месторождениями в Оренбургской области — был продан в 2020 году за 1,5 млрд руб.

Однако, как указал господин Мезенцев, дорогостоящее имущество эмитентов было распродано по цене значительно ниже. Это, как утверждал фигурант, произошло, когда замдиректора госкорпорации являлся недавно арестованный за хищения заместитель директора АСВ Александр Попелюх. «По всей видимости, чтобы в том числе скрыть данные факты, Попелюх инициировал возбуждение уголовного дела, подав заявление о совершении преступления»,— высказал мнение господин Мезенцев.

Несмотря на все эти аргументы, суд оставил господина Мезенцева в СИЗО до 14 февраля. Представитель АСВ отказался комментировать “Ъ” эти заявления фигуранта.

На следующий день были рассмотрены ходатайства следствия о продлении до той же даты домашних арестов господам Новицкому, Васильеву, Бейриту и Илларионовой, которые слушались в двух разных процессах. Бизнесмены просили перевести их под запрет определенных действий, отмечая, что избранная им мера пресечения препятствует реализации крупных проектов. Так, адвокат Константина Бейрита Юлия Потапова рассказала, что до задержания тот участвовал в строительстве комплекса по производству кормов для животных в Твери стоимостью 10 млрд руб., а также оказывал помощь участникам СВО. Сам господин Бейрит, занимающий должность президента ПАО «Селигдар», заметил, что его личное участие в работе возглавляемых им компаний «позволило бы им легче проходить это суровое время».

Защита гендиректора ПАО «Русские фонды» Васильева представила в суд поручительство заместителя председателя комитета Совета федерации по бюджету и финансовым Андрея Епишина. Сам же господин Васильев назвал указанные в обвинении события «делами давно минувших дней», отметив, что он и его партнер Бейрит еще в 2013 году продали УК «Паллада Эссет Менеджмент» (управляла НПФ) компаниям господина Новицкого и передали управление Первым пенсионным фондом. «К пяти другим фондам ни я, ни мой партнер отношения не имели и не причастны к обвинениям, которые следствие выдвигает. Все прекрасно знают, куда уходили деньги — в компании, связанные с Новицким и Хорошавцевым»,— посетовал фигурант, отметив, что фамилии последнего в деле нет. Сам господин Новицкий, являющийся сейчас пенсионером, заявил, что приобретал НПФ «с большими проблемами», вложил в них много денег, зато продал «в хорошем состоянии».

В итоге судья просьбу защиты удовлетворил частично, смягчив меры пресечения господам Васильеву и Бейриту. Теперь им запрещено лишь пользоваться телефонами и интернетом, но дана возможность покидать дома, а следовательно, работать. Господа Новицкий и Илларионова остались под домашними арестами.

Адвокаты, в том числе господина Мезенцева, намерены обжаловать решение суда в апелляции. «Следствие немотивированно отказывает защите в истребовании и приобщении к делу доказательств, свидетельствующих о выводе активов уже после увольнения Мезенцева»,— заявил “Ъ” второй его адвокат Сергей Тришкин.