Сбербанку выставили счет за сейфы

Как стало известно "Ъ", неожиданный поворот произошел в громком деле о покушении на Украине на российскую предпринимательницу Татьяну Бальзамову. Женщина подала иск к Сбербанку, требуя возвратить ей €20 млн, похищенные в 2011 году из хранилища допофиса банка на Гоголевском бульваре. Деньги предназначались для руководства Украины, но были украдены группировкой "решальщиков". Основанием для подачи иска стало расследование, во время которого и был раскрыт весь механизм хищения €20 млн.

Иск от имени Татьяны Бальзамовой был подан в Гагаринский райсуд, и на 1 февраля, как сообщила адвокат Ольга Линева, тот назначил предварительное слушание по делу.

Как следует из текста заявления (имеется в распоряжении "Ъ"), 9 марта 2011 года Татьяна Бальзамова получила наличными €20 млн, которые ей одолжил депутат Госдумы от "Единой России" владелец ИФК "Метрополь" Михаил Слипенчук. Незадолго до этого вся сумма была снята с личных счетов депутата и передана предпринимательнице на основании договора займа. Господин Слипенчук являлся давним деловым партнером Татьяны Бальзамовой, а деньги предназначались для передачи руководству Украины, с которым госпожа Бальзамова намеревалась заключить контракт на транспортировку газа. Заключение контракта ей обещал "решальщик" Михаил Коряк, который выдавал себя за помощника тогдашнего вице-премьера Владислава Суркова и занимавшего тогда должность председателя совета директоров "Роснефти" Игорь Сечина. "Решальщик" же и настоял на помещении денег в допофис Сбербанка N9038/022. Они были помещены в пять банковских ячеек хранилища допофиса Сбербанка, расположенного на Гоголевском бульваре, 19/2.

Деньги находились в банке на основании договоров аренды, заключенных на срок от 88 до 94 дней. Доступ к ним имел помощник депутата Сергей Демешин, который 6 июня 2011 года и обнаружил, что все пять ячеек пусты. Чуть позднее выяснилось, что €20 млн из банковского хранилища в чемодане вывез неизвестный еще 31 марта 2011 года. По версии представителя истца, деньги в банке находились для обеспечения их сохранности — сама госпожа Бальзамова перевозить столь крупную сумму наличности на Украину не собиралась, за нее это должны были сделать сотрудники службы безопасности "Метрополя".

По факту происшедшего в сентябре 2011 года следственный отдел ОМВД по району Хамовники начал расследование, возбудив уголовное дело по ч. 4 ст. 158 УК (кража в особо крупном размере). В октябре госпожа Бальзамова была признана потерпевшей по этому делу, однако за пять лет расследования деньги так и не нашли.

Механизм кражи был раскрыт во время расследования другого преступления — покушения на Татьяну Бальзамову во время ее поездки в Киев в 2012 году. Предпринимательница тогда чудом осталась жива, так как оружие исполнителя — бывшего омоновца из Новосибирска Ивана Мартынова — дало осечку. Экс-милиционер был осужден на Украине на десятилетний срок, а организатор преступления уроженец Чечни Султан Сигаури получил 12 лет в России. Как выяснилось, предпринимательницу решили убрать, чтобы скрыть ранее совершенную кражу ее денег.

Знакомясь с приговором, вынесенным Султану Сигаури в 2014 году Дорогомиловским райсудом Москвы, госпожа Бальзамова узнала, что именно "по вине ответчика доступ в банковские сейфы, где хранились денежные средства, был осуществлен в нарушение условий договора аренды".

Требуя от Сбербанка возврата похищенного, истец помимо приговора также ссылается и на утвержденный правлением банка порядок работы хранилища ценностей клиентов и Гражданский кодекс (ГК). Так, согласно ст. 886 ГК, договор хранения, отмечает истец, обязывает хранителя не только хранить вещь, переданную ему другой стороной, но и возвратить эту вещь в сохранности. А в соответствии со ст. 922 ГК, банк не только обеспечивает клиенту возможность помещения ценностей в сейф и изъятия их оттуда вне чьего-либо контроля, но и берет на себя обязательство контролировать доступ в помещение, где находится предоставленный клиенту сейф. В свою очередь, из договора аренды следует, что Сбербанк был обязан обеспечить доступ к сейфам лишь доверенному лицу депутата, а "никакие иные лица по доверенности" не могли быть допущены в хранилище. Вместе с тем, из материалов дела Султана Сигаури, подчеркивается в иске, следует, что неустановленное следствием лицо, используя подложную доверенность, выданную на имя Павла Макарова, проникло в хранилище допофиса и вынесло оттуда деньги. При этом сотрудник банка, считает истец, игнорировал требования договора аренды, в соответствии с которыми должен был проверить правильность оформления доверенности, сличить подпись клиента на ней с его подписью на договоре, убедиться в личности поверенного, осуществить проверку у нотариуса по телефону факта выдачи доверенности и т. д.

Делая такой вывод, госпожа Бальзамова ссылается на показания сотрудника Сбербанка Руслана Каримова, который признал, что он проводил преступника в хранилище без проверки его паспорта и доверенности.

Отметив, что в соответствии со ст. 61 ГК вступивший в законную силу приговор обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого и вынесен приговор суда, истец напоминает, что Дорогомиловский суд признал факт хищения принадлежащих ей средств из отделения Сбербанка. Таким образом, делает вывод госпожа Бальзамова, деньги пропали в результате ненадлежащего исполнения Сбербанком своих обязательств по охране индивидуальных банковских ячеек.

Адвокат Ольга Линева считает требования ее доверительницы полностью обоснованными, а в Сбербанке, в свою очередь, "Ъ" заявили, что до решения суда по иску представители банка воздержатся от комментариев.