Юрий Трутнев нашел в угле золотую жилу

На заседании госкомиссии по Арктике, прошедшем 25 июля, кроме развития инфраструктуры Северного морского пути, обсуждалось и развитие минерально-сырьевой базы Арктики. В этой связи вице-премьер Юрий Трутнев попросил ФСБ изучить ситуацию с претензиями к руководству «Востокугля» – одной из компаний, которой предстоит наполнять грузами Севморпуть.

Как сообщают «Ведомости» со ссылкой на «Интерфакс», вице-премьер подчеркнул, что не готов давать комментарии по уголовным делам, но попросил спецслужбу «рассмотреть внимательно, что там происходит, насколько правомерны… претензии к руководителям компании».

Трутнев, по всем признакам давно покровительствуя владельцу «Востокугля» Дмитрию Босову в части передачи заповедных арктических территорий, наверное, решил такой публичной просьбой к ФСБ упрекнуть и саму спецслужбу, и АП. Мол, если силовики не «отстанут» от Босова, то поручение в части загрузки Северного морского пути различными грузами будет провалено, поскольку выведя из этой схемы Дмитрия Босова и его «Востокуголь», мы точно получим недогруз. Так ли это на самом деле?

Нерентабельные прожекты

В настоящее время на территории полуострова Таймыр заявлен крупный проект по созданию горно-обогатительного комплекса с объемом добычи угля до 30 млн. т/год. Этим углем УК «Востокуголь» Дмитрия Босова и планируется наполнять суда, следующие по СМП.

Но по данным геологической разведки за последние 10 лет, на территории Таймыра отсутствуют какие-либо месторождения угля с объемом балансовых запасов от 300 до 400 млн. т, на базе которых можно строить подобный ГОК. А если угля нет, то не обязательно сворачивать строительство? Судя по всему, именно так думают владельцы «Востокугля», а вместе с ними и арктический вице-премьер Юрий Трутнев. В этом случае уголь нужно хорошенько поискать.

«Востокуголь» имеет 46 поисковых лицензий, покрывающих всю северо-западную часть Таймыра (4600 кв. км). Для поиска, геологического изучения, оценки и разведки данных площадей понадобятся сотни тысяч погонных метров бурения и сотни миллионов долларов в течение ближайших десятилетий.

Кроме этого, для строительства такого ГОКа на Таймыре потребуется: строительство 100 км. технологических дорог; проведение 150 км. железных дорог со всей необходимой инфраструктурой; строительство современного аэропорта, так как численность персонала на строительный и эксплуатационный периоды, составит несколько тысяч человек; строительство порта с глубинами до 18 м. и соответствующей производительностью по перевалке угля; строительство обогатительной фабрики для обогащения угля с зольностью более 15% и т. д.

Специалисты подсчитали, что стоимость капитальных вложений в строительство инфраструктуры ГОКа, с учетом климатических условий крайнего Севера, составит $ 3-5 млрд., и это без учета приобретения оборудования. Откуда они возьмутся? Ясное дело – из государственного кармана. Но стоит ли их тратить на заведомо нерентабельный проект?

Провал BHP Billiton

На том самом месте, где Дмитрий Босов под присмотром Юрия Трутнева собирается строить ГОК, уже планировалось к 2016 году сделать карьер с добычей 12 млн. т. угля и обогатительную фабрику мощностью 10 млн. т коксующегося концентрата в год. Этот проект взялась осуществить вместе с российскими партнерами австралийская компания BHP Billiton.

Для транспортировки угля нужно было проложить 120 км. железной дороги до поселка Диксон, где находится морской порт, и построить там терминал. Кроме того, необходимо было построить ТЭЦ, которая бы потребляла энергетический уголь с месторождения. Стоимость проекта прогнозировалась в $1,5 - 2 млрд.

Это был первый и последний российский угольный проект австралийской компании BHP. Мировой горнодобывающий лидер признал его экономически нерентабельным. А Босов с Трутневым уверены в успехе, хотя параметры проекта BHP были гораздо скромнее? Что-то тут не так.

Золотой таймырский уголь

Специалисты подсчитали, что себестоимость 1 тонны таймырской угля (без учета инвестиций) составит $140. Стоимость 1 тонны угля PCI на условиях CIF – $120. Кому будет нужен такой дорогой уголь?

Не в планах ли у господ концессионеров нарыть не уголь, а бюджетные миллиарды? А затем с ними раствориться в более теплых регионах, чем Арктика?

А обосновать то, что миллиарды из госбанков исчезли в арктической дыре не зря, можно запросто. Уважительных причин хоть отбавляй: длительные периоды остановки производства и транспортного сообщения из-за климатических особенностей региона (низкие температуры, сильный ветер, метель, запрет на движение по тундре в определенные периоды и т.д.); необходимость рекультивации нарушенных территорий с учетом климатических особенностей и почв (десятки тысяч гектаров «лунного ландшафта») и т.д.

Кстати, в прошлом году было заявлено, что вместо китайской Shenhua в крупном угольном проекте появились российские инвесторы – ООО «УК «ВостокУголь» Дмитрия Босова и Александра Исаева. Непосредственно через «Востокуголь» бизнесмены будут контролировать 50% ООО «Порта «Вера» Менеджмент» (ПВМ). 50% в ООО «Огоджинский энергетический холдинг» (ОГХ) будет контролироваться через «Разрез Восточный», который в свою очередь входит в «ВостокУголь». Во времена российско-китайского партнерства стоимость реализации называлась в $8–10 млрд. Откуда такие деньги у Босова, если с 2016 года его компании демонстрирует одни убытки?

Вполне вероятно, что Дмитрий Босов должен свое участие в столь сомнительных проектах лоббировать с помощью «откатов» после распила госкредитов. Все большие корпорации и бизнес давно отказались от токсичного партнера, и он стал подбивать клинья к чиновникам?

И вообще, говоря о президентских поручениях (для Трутнева и остальных): неужели нельзя просто начать с экономической оценки их целесообразности силами всех уполномоченными на это министерств, а уже потом сотрясать воздух?