Сверхчистый кокаин из Аргентины поставляли российским госдепам и сенаторам

В феврале 2018 года Аргентина и Россия провели совместную спецоперацию против наркоторговцев: были задержаны шесть человек, которые сумели спрятать 400 килограммов кокаина прямо на территории российского посольства в Буэнос-Айресе; везти его дальше злоумышленники тоже планировали через транспортную систему МИД. Наркотрафик оказался встроен прямо в логистику ведомства — за прошедшие два года следствие так и не смогло выяснить, как это стало возможно. Центр «Досье» Михаила Ходорковского изучил материалы российского и аргентинского уголовных дел — и на основе свидетельских показаний и 402 часов прослушек реконструировал события наркотической поставки. Ее реальные организаторы и бенефициары до сих пор не найдены, утверждают авторы доклада.

Таинственный россиянин с репутацией силовика

В ноябре 2016 года завхоз диппредставительства России в Буэнос-Айресе Игорь Рогов наткнулся на 12 подозрительных чемоданов, спрятанных в посольской подсобке. Груз вскрыли — и нашли внутри брикеты с белым порошком. О находке доложили в Москву, а еще через несколько недель рассказали аргентинским властям — так началось совместное расследование двух стран о контрабанде кокаина.

Два года спустя спецслужбы России и Аргентины задержали шесть человек, в том числе предполагаемого организатора контрабанды Андрея Ковальчука — таинственного россиянина с несколькими паспортами, которого в посольстве считали влиятельным силовиком.

Однако реальные организаторы поставки до сих пор не установлены, утверждает Центр «Досье» в своем докладе, а официальное российское расследование не смогло даже ответить на вопрос, кто такой Ковальчук на самом деле — силовик, наркоторговец со связями в силовых структурах или талантливый авантюрист, годами строивший себе репутацию в системе МИД.

Кто еще был задержан?

Ковальчука задержали последним из шестерых фигурантов — в марте 2018 года; к тому моменту задержания продолжались уже четвертый месяц. Все это время организатор поставки кокаина «сохранял удивительное спокойствие», отмечает собеседник Центра «Досье» в окружении Ковальчука: он «настаивал, что переживать не о чем», и игнорировал советы перебраться в страну, из которой нет экстрадиции в Россию.

Выпускник школы десантников в Кирове, Ковальчук начинал карьеру военного, но внезапно прервал ее в 1989 году, в разгар перестройки. О следующих 10 годах его жизни ничего не известно, пишет «Досье», но уже к началу нулевых Ковальчук начинает представляться человеком из системы МИД: так, согласно показаниям его знакомого Вадима Жмурова, Ковальчук называл себя «психологом посольства России в Германии». (Подтверждений этому нет: на курсах для психологов в «Русском доме» при посольстве в Берлине Ковальчук отучился всего несколько месяцев; ходили слухи, что он перестал появляться на занятиях, потому что попал в тюрьму, отмечает «Досье».)

С нулевых Ковальчук жил в Амстердаме и в Берлине, часто приезжая в Россию. При этом его паспорта, с которыми он неоднократно пересекал границу, были признаны поддельными вскоре после начала уголовного преследования; согласно справке Управления по вопросам миграции МВД, оказавшейся в распоряжении центра «Досье», паспорта не были выданы в установленном порядке, а сам Ковальчук вообще не является гражданином РФ.

В 2014 году Ковальчук вступил в общественную организацию «Комиссия по борьбе с коррупцией» — соответствующее удостоверение он демонстрировал нескольким свидетелям, давшим показания российскому следствию. «Общественная комиссия по борьбе с коррупцией», как сказано на ее сайте, была учреждена в 2004 году для «помощи государственным и правоохранительным органам в борьбе с преступностью и коррупцией». Возглавлял структуру Владимир Мамаев, которого называли «генералом-полковником ФСК»; в своем интервью он утверждал, что «Комиссия» сотрудничала с администрацией президента. В 2018 году организация была ликвидирована решением Верховного суда.

Пасынок Ковальчука в своих свидетельских показаниях вспомнил, что в кошельке у отчима постоянно «лежал значок какого-то силового органа (овальной формы)» и «значок черной летучей мыши» (летучая мышь считается эмблемой российской военной разведки).

Несмотря на то, что в подтверждение Ковальчук демонстрировал только удостоверение общественной организации с громким названием и находящиеся в свободной продаже памятные значки, его пасынок, ближайшее окружение и даже сообщники по перевозке кокаина считали его российским силовиком в звании полковника или подполковника.

Согласно материалам заведенного в России уголовного дела, Ковальчук посещал военные базы и посольства, поддерживал знакомство с широким кругом военнослужащих и работников МИД, а сотрудники диппредставительства в Аргентине помогали ему отправлять грузы задолго до истории с 12-ю чемоданами кокаина.

Наркоторговец со знакомствами в МИД 

Ковальчук заводил знакомства с людьми, которые помогли бы ему наладить контрабанду через транспортную систему МИД, убеждено российское следствие. Согласно материалам дела, Ковальчук приятельствовал и обсуждал перевозки грузов как минимум с пятью силовиками и дипломатами. В своих показаниях они описывают организатора поставки кокаина как виртуозного мошенника, который годами успешно выдавал себя за силовика со связями, хвастаясь знакомствами в МИД и раздаривая сигары и сувениры с символикой СВР.

Чаще всего Ковальчук представлялся работником МИД и сотрудником СВР или ГРУ в звании полковника или подполковника; согласно ответам этих трех ведомств на запросы российского следствия, Ковальчук никогда не принадлежал ни к одному из них. Были у Ковальчука и другие легенды. Например, в диппредставительстве в Буэнос-Айресе предполагаемого организатора кокаиновой поставки некоторое время считали сотрудником «Газпрома» и работником Россотрудничества, пишет Центр «Досье».

Весной 2017 года Ковальчук попытался организовать поездку в Аргентину курсантов Нахимовского военно-морского училища; это позволило бы ему отправить 12 чемоданов наркотика вместе с багажом учащихся, предполагает Центр «Досье». Начальнику училища Алексею Сурову Ковальчук представился то ли «сотрудником ГРУ», то ли «сотрудником СВР», вспомнил Суров. «После ужина данный мужчина предоставил мне машины для того, чтобы добраться до гостиницы. При этом машина была ненадлежащего качества, в связи с чем у меня <…> возникли сомнения в достоверности его истории о работе в секретной службе. Однако мужчина пояснил, что „светиться“ им нельзя, поэтому такое оснащение», — рассказал Суров следствию.

Одного из воспитателей Нахимовского училища Ковальчук убедил в том, что является сотрудником спецслужб, с помощью тематических сувениров. «Сомнений о его службе у меня не возникало, так как он часто привозил подарки от СВР: календари, брелоки и другие подарки с символикой СВР. Я даже поздравил его с днем <…> разведчика», — сказано в показаниях воспитателя Сергея Борщева.

Станислав Прохин — военнослужащий из части, которая в том числе занималась отправкой грузов МИД России — в своих показаниях вспомнил, как Ковальчук, представившись «„куратором“ российских посольств», попросил отправить 30 коробок с «подарками детям» спецрейсом в Буэнос-Айрес. Экс-военнослужащему внутренних войск МВД Михаилу Казанцеву Ковальчук представился «полковником СВР». «Постоянно рассказывал какие-то истории из своей службы в СВР РФ, — вспоминает Казанцев. — В 2015 году Ковальчук <…> предложил заниматься вывозом из Германской республики на территорию Российской Федерации любого товара, кроме продуктов питания <…>. На указанных таможенных постах контейнеры, которые бы мы с Ковальчуком отправляли из Берлина, сотрудниками таможенных постов не досматривались бы, поэтому, по мнению Ковальчука, можно было бы провозить в контейнерах любой товар».

Есть в материалах дела и показания трех высокопоставленных сотрудников консульского департамента МИД, которые принимали от Ковальчука подарки и делились информацией о маршрутах дипломатического спецтранспорта.

Главный советник консульского департамента Александр Дудка считал Ковальчука техническим сотрудником Российского центра науки и культуры (несколько десятков таких центров по всему миру входят в структуру Россотрудничества). Дудка выписывал Ковальчуку пропуска в здание МИД: во время этих встреч они обсуждали планы по строительству православного храма в Аргентине и организацию лечения родственника Дудки в Германии. В декабре 2017 года Ковальчук попросил Дудку найти дипломатический автомобиль для перевозки «12 коробок» из России в Бельгию, Германию или Нидерланды, говорится в показаниях Дудки.

Дудка познакомил Ковальчука с Львом Паузиным, заместителем директора консульского департамента МИД. Паузин в свою очередь представил Ковальчука другому заместителю директора — Александру Незимову; именно сославшись на знакомство с Незимовым Ковальчук позже получит доступ в посольство в Буэнос-Айресе, вспомнил в своих показаниях бывший помощник посла России в Аргентине Николай Шелепов. Организаторы контрабанды даже планировали наклеить на 12 чемоданов с кокаином перед их отправкой в Россию бирки с инициалами Незимова.

«Аферист», который «хвалится своими знакомствами» в МИД и «для вхождения в доверие использует фамилии известных деятелей силовых структур» — так Шелепов описал Ковальчука на допросе.

Однако даже после четырех лет международного расследования личность Андрея Ковальчука остается загадкой. Несмотря на то, что ГРУ и СВР отрицают связь с организатором поставки кокаина, полностью верить этим заявлениям нельзя, считает собеседник Центра «Досье» в одной из российских спецслужб: они имеют право скрывать информацию о своих сотрудниках.

Посольство как постоянный канал поставки

Российское следствие не стало разбираться, кому предназначалась крупная партия спрятанного в посольстве кокаина и была ли она единственной, обратил внимание Центр «Досье».

Ковальчук неоднократно обращался к сотрудникам посольства с просьбой об отправке посылок дипломатической почтой, следует из материалов дела. Согласно показаниям посольского завхоза Али Абянова, в 2012 году он отправил «очень тяжелый чемодан» Ковальчука «грузовым российским самолетом» из аэропорта столицы Уругвая Монтевидео. При знакомстве Ковальчук представился Абянову «куратором» из спецслужб.

Абянов отправлял чемоданы Ковальчука через Уругвай в Россию еще несколько раз — за каждую услугу завхоз получал по тысяче долларов. По словам Абянова, он никогда не проверял, что находится в багаже. «Существуют доказательства предыдущих поставок из Монтевидео. <…> Обнаруженная в декабре 2017 году партия наркотиков не была единственной — скорее всего, такие поставки хорошо отрепетированы», — заявил Центру «Досье» собеседник в одной из спецслужб Германии, следившей за организованным Ковальчуком каналом поставки.

Согласно материалам уголовного дела, Ковальчук с другими фигурантами также обсуждали «200 килограммов» в Уругвае; груз, содержание которого не называлось, планировали отправить самолетом вместе с 12 чемоданами аргентинского кокаина; Ковальчук возлагал большие надежды на эту возможность. «Я бы тогда, честное слово, я бы тогда мазурку станцевал в офисе. И выпил бы бутылку виски сам», — говорил им организатор поставки.

Ни аргентинское, ни российское следствие не стали изучать происхождение и судьбу «200 килограммов» в Уругвае, отмечает Центр «Досье».

«Сотрудники посольства знали о наркотрафике»

По версии правоохранительных органов Аргентины, именно Ковальчук купил партию кокаина исключительной чистоты (88%; чистота распространяемого в Европе кокаина обычно не выше 40%). 

Такая партия наркотика должна была стоить несколько миллионов долларов. (В материалах дела, оказавшихся в распоряжении «Досье», пока нет ответа на вопрос, откуда Ковальчук взял такие деньги.) Однако 400 килограммов кокаина «нельзя просто взять и купить», отмечает собеседник Центра «Досье» в силовых структурах: отношения с поставщиком такого товара выстраиваются долго. Договориться о сделке Ковальчук смог бы, например, если бы был частью более крупной группировки контрабандистов, рассуждает собеседник Центра.

Ни аргентинское, ни российское следствие не пытались искать получателей партии или тех, кто мог курировать масштабную контрабанду из Латинской Америки, отмечает Центр «Досье». Деньги на аренду частного самолета, на котором Ковальчук пытался доставить кокаин в Европу, например, давали некие «бельгийцы», а конечным получателем груза мог быть абонент с голландским номером телефона, следует из материалов дела.

Не изученным остался и вопрос, что знали о наркотрафике сотрудники посольства России в Аргентине. «По нашей информации, некоторые сотрудники российского посольства, например, посол [Виктор] Коронелли, знали об активности, связанной с наркотиками, и были связаны с наркомафией, — говорит собеседник Центра „Досье“ в международной службе по борьбе с наркотрафиком. — [Задержанные за организацию поставки вместе с Ковальчуком] Близнюк и Чикало стали пешками некоторых представителей посольства и Москвы. Их задержали, чтобы вывести из-под удара сотрудников посольства и МИД, которые использовали дипломатические каналы для контрабанды и были ее реальными бенефициарами».

«Со слов Ковальчука, часть кокаина предназначалась для депутатов Государственной думы РФ и членов Совета Федерации Федерального собрания РФ», — упоминал в своих показаниях бывший военнослужащий внутренних войск МВД России Михаил Казанцев.

Андрей Ковальчук и другие фигуранты дела отрицают свою причастность к организации поставки кокаина. МИД не ответил на вопросы «Медузы», знали ли в посольстве о налаженном через диппредставительство наркотрафике и был ли посол Коронелли или другие сотрудники посольства в него вовлечены. «В настоящее время уголовное дело о контрабанде наркотических средств из Аргентины в Россию находится на рассмотрении судебных органов Российской Федерации, и МИД России как федеральный орган исполнительной власти не вправе давать какие-либо комментарии на этот счет», — заявили в ведомстве.