Убийцы быстрого реагирования

В Мосгорсуде начался процесс по делу Евгения Яшкина – бывший подполковник спецотряда быстрого реагирования МВД России «Булат» обвиняется в соучастии в 25 (!) убийствах. Однако даже в случае признания его виновным тюрьма Яшкину всё равно не грозит – психиатрическая экспертиза признала его невменяемым. А потому вместо пожизненного срока и тюремной камеры полицейского ждёт больничная палата.

Причастность высокопоставленного сотрудника МВД к совершению череды убийств, каждое из которых поражает своей жестокостью, сама по себе могла бы стать поводом для разговора о том, что представляет собой сегодня российская полиция. Впрочем, качество работы правоохранительных органов и без того вряд ли является для россиян открытием – недаром в ходе недавнего опроса ВЦИОМ 63% респондентов согласились с мнением, что полиция тотально поражена коррупцией. Новости о задержании очередного сотрудника органов, замешанного в получении взятки или причастного к пыткам задержанных, появляются регулярно, однако в МВД на них обычно реагируют одинаково: это единичные случаи, которые обусловлены состоянием современного общества, а все разговоры о том, что полиция встала на одну доску с преступным миром, безосновательны и оскорбляют честных сотрудников. Конечно же, обвинять поголовно весь гигантский штат полиции действительно невозможно. Однако дело Яшкина как раз показывает: сращивание правоохранителей с криминалом, похоже, стало системной проб- лемой, не замечать которую уже невозможно.

Банкира закатали в бетон

Дело Евгения Яшкина – лишь один из эпизодов в масштабном расследовании похождений банды Аслана Гагиева по кличке Джако, которого нынче называют одним из самых опасных преступников в новейшей истории России. По версии следствия, ещё в начале 2000-х годов уроженец Грузии Гагиев, учась в МИСИ, решил сколотить преступную группу. Просто «бандитствовать» ему, видимо, было скучно – не зря знающие Гагиева люди отзываются о нём как о весьма умном и расчётливом человеке. В результате была создана целая криминальная структура, на фоне которой блекли любые отечественные мафиозные организации. Специализацией банды стали заказные убийства.

Гагиев сделал ставку на силовиков. Проживая в Москве и выдавая себя за преуспевающего бизнесмена, Гагиев предложил офицерам спецотряда «Булат» Евгению Яшкину, Андрею Санкину и Виктору Пронину в свободное от работы время поработать на него. Изначально речь шла о личной охране, однако очень скоро функционал телохранителей расширился.
В декабре 2004 года подручные Гагиева взяли Евгения Яшкина на первое «мокрое» дело. Владелец банка «Национальный капитал» Дмитрий Плытник был похищен на севере Москвы и доставлен на улицу Лодочную, где у банды имелась конспиративная база. Там Яшкин повстречал коллегу – сотрудника оперативно-поискового бюро МВД России по Москве Максима Николаева, который также был завербован Гагиевым. Николаев задушил перепуганного банкира, после чего труп завернули в полиэтилен, привязали к нему гантели и вывезли в район Дубны, где утопили в Волге. При этом за рулём микроавтобуса, перевозившего мёртвое тело, сидел Яшкин.

Снова поработать водителем у бандитов ему довелось спустя год – в Домодедовском районе Николаев и другой член банды – Сергей Бегларян – подстерегли и расстреляли ехавшего в церковь хозяина разорившихся банков «Кредиттраст» и Содбизнесбанк Александра Слесарева. Он и его семья были убиты, ещё трое спутников получили ранения.
Двумя месяцами позднее Яшкин стал соучастником, пожалуй, самого жуткого преступления: по приказу Гагиева его боевики похитили председателя правления банка «Кутузовский» Олега Новосельского. Яшкин вновь доставил жертву на Лодочную, где Новосельского посадили в железную бочку, залив по пояс в бетон. В течение недели банкир мучительно умирал, после чего бочку с трупом выбросили в канал имени Москвы – она была обнаружена только весной 2015 года.

Позже, как пишет «Коммерсантъ», Яшкин участвовал в убийстве владельца германских верфей Wadan Yards Андрея Бурлакова, а также в слежке за следователем межрегионального следственного управления СКР на транспорте Александром Леоновым, расстрелянным на западе столицы. Всего, как следует из предъявленного обвинения, спецназовец оказался так или иначе причастным к 25 убийствам. Однако к 2012 году подполковник то ли от стресса, то ли по какой другой причине стал трогаться умом. Опасаясь, что сдуру он разболтает, чем занимается в нерабочее время, Гагиев с подручными решили ликвидировать ставшего опасным сообщника.

Примечательно, что потерю адекватности у Яшкина заметили бандиты, а не начальство спецназовца, который продолжал служить на ответственном посту. Яшкина определённо ждала смерть – незадолго до этого подручные Гагиева убили решившего «завязать» Максима Николаева: полицейского задушили, а части его расчленённого тела разбросали в безлюдных местах. Яшкина вывезли в Грузию «на отдых» и пытались убить, однако он сбежал. Спустя некоторое время его – босого и практически невменяемого – задержали при переходе грузино-турецкой границы. Яшкина вернули в Россию, где врачи МВД привели его в порядок. При этом вопросов к офицеру, судя по всему, не возникло. Лишь в 2014 году, когда началось расследование дела банды Гагиева, Яшкин был наконец задержан.

Галстук из Следственного комитета

Случай, когда старший офицер, служащий в элитном отряде, сознательно работает на преступников, безусловно, вопиющий. И говорить об отдельном явлении, не отражающем общую ситуацию, здесь вряд ли можно. Во-первых, как уже говорилось, наряду с Яшкиным с бандой Гагиева оказались связаны два его сослуживца, чьи дела выделены в отдельное производство. Во-вторых, по версии следствия, киллерам помогали и другие работники органов – помимо уже упоминавшегося Максима Николаева в числе задержанных значатся оперативник уголовного розыска Руслан Юртов, сотрудник МВД Северной Осетии Гиви Слонов, оперативник УБОПа Рафаэль Калагов. Все они из разных подразделений, состояли не на последнем счету. Однако без особых колебаний согласились присоединиться к Гагиеву. Похоже, мысли о том, что одновременно служить в МВД и состоять в банде невозможно, ни у кого не возникло.

Впрочем, почему всё только о полиции? На прошлой неделе Следственный комитет завершил расследование в отношении бывшего замначальника следственного управления СКР по Северной Осетии Аркадия Габалова. Ему также инкриминируется участие в банде Гагиева. По версии следствия, Габалов, имевший среди преступников кличку Галстук, по всей видимости, занимался расследованием убийств, совершённых киллерами на территории северокавказской республики. В ходе работы он познакомился с участниками банды, в том числе и с самим Гагиевым. Вероятно, он также получил заманчивое предложение, поскольку, как считает следствие, вскоре уволился и возглавил «юридическую группу», обслуживавшую интересы Гагиева.

В чём именно они состояли, нетрудно догадаться. Как пишет «Коммерсантъ», в Москве Габалов познакомился с начальником 4-й оперативно-разыскной части управления угрозыска Подмосковья Вадимом Шавлоховым, убедив того продать за 100 тыс. долларов ценную для банды информацию. Сам Шавлохов своей вины не признаёт, аргументируя, что не мог быть связан с бандитами офицер, задержавший почти 400 преступников и имеющий многочисленные награды. Увы, вся эта история показывает, что ни прежние заслуги, ни успешная карьера не гарантируют того, что правоохранители однажды не перейдут на тёмную сторону. Было бы только желание.

КСТАТИ

Сам Аслан Гагиев после начала расследования сумел скрыться из России. В январе 2015 года он был задержан в Австрии. Однако австрийские власти до сих пор так и не приняли решение об экстрадиции Гагиева в РФ, требуя от Генпрокуратуры России разнообразных гарантий соблюдения его прав после прибытия на родину. В частности, австрийцы ставили условие, чтобы их дипломаты могли беспрепятственно посещать обвиняемого в камере, а сам он мог в любое время обратиться к австрийским властям с жалобой. Однако даже после того как Генпрокуратура согласилась на эти довольно унизительные условия, Высший земельный суд Вены неожиданно пересмотрел предыдущее решение об экстрадиции. В результате Гагиев остался на свободе, хотя и вынужден был внести залог в размере 100 тыс. евро.