Экс-ректор Шанинки назвал себя сумасшедшим профессором

В последнем слове Сергей Зуев выразил сожаление, что невнимательно относился к исполнению административных обязанностей. Ранее обвинение запросило для него 6,5 года колонии, а для бывшего замминистра просвещения Марины Раковой — восемь лет. Суд 5 марта огласит приговор.

Никулинский суд 5 марта огласит приговор по громкому делу о хищении мошенническим путем около 50 млн рублей бюджетных средств, фигурантами которого являются в том числе бывший замминистра просвещения Марина Ракова и экс-ректор Шанинки Сергей Зуев. После того как прокуратура потребовала для подсудимых реальные сроки, четверо из семи фигурантов попросили оправдать их или переквалифицировать их действия, хотя ранее они написали явку с повинной и признали вину. В последнем слове Сергей Зуев просил проявить к нему милосердие.

К рассмотрению громкого уголовного дела суд приступил в апреле 2023 года. Несмотря на то что в ходе следствия фигуранты провели под стражей не один месяц (Зуев пробыл в СИЗО восемь месяцев, получил инвалидность и стал передвигаться с тростью), к финалу судебного процессе все давно находились на свободе: шести из семи подсудимых была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, а один, проректор РАНХиГС Иван Федотов, находился под домашним арестом.

Уголовное дело было возбуждено Главным управлением столичной полиции 7 августа 2021 года. Два основных эпизода были связаны с мошенничеством в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ) на сумму 41,5 млн рублей. Первый касался хищения 21,291 млн рублей бюджетных средств, выделенных в рамках реализации федерального проекта «Учитель будущего» национального проекта «Образование» в 2019-2020 годах. В рамках него между Московской школой социальных и экономических наук (Шанинка), которая являлась исполнителем, и Фондом новых форм развития образования (ФНФРО) были заключены два договора на оказание услуги и выполнение работ в рамках научных и образовательных проектов. По версии обвинения, несмотря на то что представленные результаты не соответствовали техническим заданиям к договорам, соучастники, «действуя по указаниям Раковой, обеспечили беспрепятственное принятие результатов работ».

Второй эпизод был связан с хищениями 20,388 млн рублей путем фиктивного трудоустройства 12 сотрудников Минпросвещения в Институт общественных наук (ИОН), который является структурным подразделением РАНХиГС. Все вышеназванные люди, как считает обвинение, получали зарплату, но на работу не ходили.

Еще в одном эпизоде дела речь шла о фиктивном трудоустройстве помощника Марины Раковой Андрея Саака в Федеральный институт развития образования при той же академии. Сумму хищений по этому эпизоду МВД оценило в более чем 9 млн рублей.

Помимо Марины Раковой, Сергея Зуева и Андрея Саака перед судом предстали руководители Фонда новых форм развития образования Максим Инкин и Евгений Зак, исполнительный директор Шанинки Кристина Крючкова, один из руководителей Фонда новых форм развития образования, сожитель Раковой Артур Стеценко и бывший проректор РАНХиГС Иван Федотов. Всем вменили мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ), статья предполагает наказание на срок до десяти лет колонии.

В ходе следствия все фигуранты признали вину, и даже, как Сергей Зуев, написали явку с повинной. Экс-ректор Шанинки из 41,5 млн рублей ущерба, которые ему вменялись по двум основным эпизодам дела, возместил 37,5 млн рублей. В ходе разбирательства большинство подсудимых признали вину, но под конец процесса четверо из них — Ракова, Зуев, Федотов и Крючкова, не отрицая фактических обстоятельств, заявили, что не согласны с квалификацией их действий. Защита просила их по одной части обвинения оправдать, а по другой части (дело условно разбито на два эпизода) — переквалифицировать действия на другие статьи УК.

Это произошло после того, как гособвинитель неожиданно запросил для всех подсудимых реальные сроки — от трех до восьми лет колонии. Максимальный срок прокурор предложил назначить Марине Раковой со штрафом 1 млн рублей, а Зуева осудить на 6,5 года с аналогичным штрафом.

В ходе прений сторон защита настаивала, что обвинение не доказало корыстный мотив как Зуева, так и других подсудимых от трудоустройства 12 сотрудников Минпросвещения.

По словам адвоката экс-ректора Шаники Сергея Зуева Дмитрия Кравченко, его подзащитный понимал, что принимаемые на работу в РАНХиГС сотрудники министерства не будут реально работать там, и это делается для повышения им зарплат в Минпросвещении. «Он рассчитывал, что взамен Шанинка получит высокие шансы выиграть контракты подведомственного учреждения Минпросвещения РФ — ФНФРО — на выполнение нужных министерству исследовательских работ», — отметил защитник, обратив внимание суда на низкую общественную опасность действий Зуева, который, по его словам, хотел только помочь министерству.

Он и его коллеги Руслан Кожура, Антон Голышев и Мария Пичугина просили переквалифицировать действия Зуева по этому пункту обвинения со статьи «мошенничество» (159 УК РФ) на «пособничество в причинении имущественного ущерба без признаков хищения» (ч. 5 ст. 33, ст. 165 УК РФ).

По эпизоду, связанному с заключением контрактов в рамках проекта «Учитель будущего», защита просила Зуева оправдать за отсутствием в действиях состава преступления. Адвокаты отмечали, что ректор Шанинки не участвовал в процедурах заключения, прохождения и исполнения контрактов. Последние, по мнению защиты, были выполнены, и при этом надлежащим образом. «Многочисленные свидетели сообщили, что проект «Учитель будущего» действительно был полезен и содержателен», — отметил Кравченко.

Защита Зуева просила суд по первому эпизоду не назначать подсудимому наказание, связанное с лишением свободы. А при вынесении приговора учесть безупречную репутацию Зуева, который является тяжелобольным человеком (ему 69 лет), страдает рядом хронических заболеваний, в частности гипертонической болезнью III стадии и артериальной гипертензией III степени, имеет третью группу инвалидности, а на его иждивении находятся 97-летняя мать и 87-летний отец, а также двое сыновей-подростков, один из которых болен аутизмом.

Сам Зуев в последнем слове рассказал, что более 40 лет отдал образованию и науке, а если учесть, что он работал пионервожатым до университета, то и все 50. Он выразил сожаление, что невнимательно относился к исполнению административных обязанностей.

Вот что сказал в последнем слове экс-ректор Шанинки Сергей Зуев:

«К сожалению, а может быть, и к счастью, я никогда не был техническим администратором и финансовым распорядителем. У меня просто другая психофизиология. Ироническое прозвище от моих друзей-коллег «сумасшедший профессор» сопровождает меня уже лет 20, если не больше. Я никогда не работал с деньгами, счетами, оборотно-сальдовыми бумагами. Я скорее про семинар, проектную разработку, проблемную игру, консолидацию команды. Меня всегда увлекала фундаментальная наука и образовательные программы, которых еще не было. Я всегда очень легко отдавал административную власть, несмотря на формальные названия разных моих должностей, которых было во множестве последние как минимум 20-30 лет. Как оказалось, это имеет оборотную сторону, и я об этом сейчас искренне сожалею. Очевидно, что такое свободное отпускание административной власти представляет собой риск».

Подсудимый отметил, что всегда жил в открытую и, что называется, вбелую, и хотя ему нередко предлагали более оплачиваемую работу, он отказывался, так был увлечен работой в Шанинке, считая, что именно там происходит самое интересное. По словам подсудимого, его образ жизни — проживание в обычной квартире в доме далеко от центра, ипотека, взятая под залог квартиры, а также дача и машина 2014 года выпуска свидетельствуют о том, что он далек от коррупции.

При этом миллионы для возмещения ущерба собрали для него друзья. Это, по словам Зуева, стало для него «чем-то невероятным». «Я до этого себе такого не мог представить», — признался Зуев. Также он признался, что был тронут сотней поручительств от людей, со многими из которых он даже не знаком. Подсудимый признался, что сожалеет и раскаивается в содеянном, но добавил: он не мог представить, что подписи, как ему казалось, рутинных бумаг могли счесть преступлением.

«Я не мог представить, что услуга, о которой меня просило мое уже руководство, приведет к таким непоправимым для меня последствиям. Это, наверное, часто бывает. Я теперь понимаю, что нередко случается, когда и в голову не может прийти, что [ты] участвует в преступлении. Я действительно представить себе не мог, что помочь министерству, которое является нашей головной организацией, — это самое преступление и есть. Как оказалось, я ошибался. И я действительно сожалею об этом и раскаиваюсь».

Завершая свое выступление, Зуев сказал, что по состоянию здоровья вряд ли выдержит новое нахождение в тюрьме. Подсудимый просил суд проявить сочувствие к нему и его семье и выразил надежду, что 70-летний юбилей в апреле этого года он сможет встретить на свободе.

Изначально фигурантов в деле было девять. В их числе экс-ректор РАНХиГС при президенте РФ Владимир Мау. Однако в октябре 2022 года дело в отношении него в итоге прекратили «в связи с его непричастностью к преступлению», а чуть позже Мау ушел с должности ректора РАНХиГС. Еще одна фигурантка — директор научно-исследовательской лаборатории развития налоговой системы РАНХиГС Наталья Корниенко — заочно арестована и находится в розыске. Летом 2023 года стало известно о десятом фигуранте дела. Им стал бывший исполняющий обязанности ректора РАНХиГС Максим Назаров, которому инкриминировали причастность к фиктивному трудоустройству сотрудников Минобрнауки и отправили под запрет определенных действий. Его дело, по всей видимости, будет направлено в суд позже.

Когда дело только возбудили, в 2021 году, оно имело очень большой, в том числе политический и аппаратный резонанс. Наблюдатели обращали внимание на то, что следствие основывало свои выводы в том числе на экспертизе, которую проводила Российская академия образования (РАО), возглавляемая экс-министром просвещения и, соответственно, бывшей начальницей Раковой Ольгой Васильевной, у которых, по некоторой информации, отношения якобы складывались не очень.

Упоминался (ссылка ведет на издание The Bell, признано в РФ иноагентом) в контексте этого уголовного дела и бизнес издательства «Просвещение». Поскольку, уйдя из министерства в «Сбер», Ракова продвигала цифровизацию образования и переход на бесплатные цифровые материалы вместо печатных. Некоторые даже усматривали аппаратные интриги в личной жизни отдельных фигурантов этого дела. Комментирует профессор Финансового университета Константин Симонов:

«С момента начала этого дела политическая конъюнктура, мягко говоря, сильно изменилась, и, соответственно, радикально поменялось и восприятие этой истории. Напомню, что все это началось еще в 2021 году. Тогда началась серьезная атака на тех, кого принято называть системными либералами, в том числе и системными либералами в сфере образования. И тогда это дело воспринималось в модной методологии сигналов, которые посылаются со стороны власти. Ну и сигнал, соответственно, заключался в том, что системных либералов из сферы образования начинают выкорчевывать. Но за эти почти три года мы видим, что ситуация, конечно, радикально изменилась. И сейчас я сильно сомневаюсь, что это дело воспринимается именно в каком-то контексте дополнительных сигналов. То есть оно начиналось в прошлой политической реальности и сейчас просто юридически должно быть завершено».

Чем оно завершится — большой вопрос. По мнению Константина Симонова, на исход может повлиять то, что подсудимые признали вину, а еще больше то, что они сами целенаправленно отказались это дело политизировать. Не общались со СМИ, не выдвигали тезисов и лозунгов. А просто местами признали свои просчеты, а местами раскаивались.

Приговор суд огласит 5 марта в десять утра.