‟Это будет бомба‟

В распоряжении "Ъ" оказались протоколы допросов бывшего заместителя начальника ГУЭБиПК МВД России генерал-майора Бориса Колесникова, обвиняемого в организации преступного сообщества. В них он подробно излагает обстоятельства проверки сотрудника ФСБ Игоря Демина, обернувшейся для борцов с коррупцией уголовным делом, называет бредом информацию о том, что в этой "теме" были заинтересованы начальник управления Денис Сугробов и помощник президента России Евгений Школов. Кроме того, обвиняемый Колесников считает, что поскольку его сотрудники "при задержании коррупционеров всегда были с табельным оружием", то преступному сообществу можно инкриминировать еще и "бандитизм".

"Давай для начала работать по десяточке"

Как следует из показаний Бориса Колесникова, сотрудники ФСБ не входят в число должностных лиц, которых закон запрещает брать в оперативную разработку. Поэтому в том, что его подчиненный Алексей Боднар, которого агент вывел на решальщика, "представлявшегося сотрудником спецслужб", сделал это, господин Колесников не видит ничего противозаконного. По словам Бориса Колесникова, в планы оперативного эксперимента входило получение Игорем Деминым денежных средств от залегендированного коммерсанта за общее покровительство с последующим его задержанием. Однако чекист, узнавший о том, что его разрабатывают сотрудники ГУЭБиПК, уведомив свое руководство, провел в отношении них свой комплекс оперативно-разыскных мероприятий. Как уже рассказывал "Ъ", 14 февраля 2014 года все закончилось задержанием полицейских, которых обвинили в провокации взятки в отношении сотрудника ФСБ и превышении должностных полномочий, а потом еще и в создании и участии в преступном сообществе. При этом позже под стражу были взяты не только разрабатывавшие представителя спецслужб, но и другие сотрудники ГУЭБиПК (всего 12 человек), на которых давали показания изобличенные ими коррупционеры. По мнению генерал-майора Колесникова, абсурдность ситуации заключается в том, что "разрабатываемый коррупционер или мошенник фактически переиграл ситуацию", в результате чего были задержаны сотрудники МВД, официально выполнявшие свою работу.

Говоря о том, что никакой провокации взятки в отношении Игоря Демина даже не планировалось, Борис Колесников ссылается на аудиозаписи диалогов участников оперативного эксперимента между собой. В частности, на одной из первых встреч с Алексеем Боднаром агент ФСБ под псевдонимом Павел Глоба убеждает полицейского, что "Демин парень нормальный и к диалогу готов". В ответ сотрудник ГУЭБиПК предлагает познакомить с ним своего агента, якобы советника гендиректора одной из коммерческих фирм Руслана Чухлиба.

Боднар: "Давай для начала работать по десяточке (тысяч долларов.— "Ъ") в месяц просто за отношения. Не откажется ведь (Демин.— "Ъ"), правильно?"

Глоба: "Я бы не отказался".

Боднар: "Поведется?"

Глоба: "Может. Насколько я понимаю, это будет бомба?"

Боднар: "Мы не провоцируем, возьмет — возьмет. Тут все по "чесноку". Провоцировать все равно никто не будет".

Дальнейшие встречи и переговоры сотрудника ФСБ Игоря Демина с залегендированным коммерсантом Русланом Чухлибом, как полагает Борис Колесников, лишь подтверждали предположения оперативников ГУЭБиПК, что он готов взять деньги.

Демин: "Что это значит? В чем должна моя помощь заключаться?"

Чухлиб: "Какое-то общее покровительство".

Демин: "Нас Паша (Глоба.— "Ъ") познакомил... Чего ты стесняешься?"

Чухлиб: "Как я могу? Что я могу? Тут как бы мы хотим подружиться".

Демин: "Друг моего друга — мой друг".

Чухлиб: "Хорошо. Мы хотим быть под защитой определенной, то есть под крылышком. Не знаю, можно ли вас крылышком назвать".

Демин: "Я готов обсудить любую проблему конкретную".

Чухлиб: "Пока их нет. Мы знаем, что вы у нас есть, и в случае... можем обратиться".

Демин: "Ну вот я есть! И что?"

Чухлиб: "У меня есть предложение такого характера... Мы ежемесячно 10 тыс. долларов привозим..."

"Из мести дал обратку"

Таким образом, говорит в своих показаниях Борис Колесников, Игорь Демин фактически дал согласие на ежемесячное получение 10 тыс. долларов за так называемое общее покровительство. 14 февраля эту сумму чекисту передали в ресторане Sisters на Покровке, 6.

Чухлиб: "Может быть, в эту корзиночку?"

Демин: "А что там?"

Чухлиб: "Десять".

Демин: "Чего?"

Чухлиб: "Тысяч долларов..."

Демин: "А-а. Все понял".

После этого господина Чухлиба задержали сотрудники ФСБ. "О какой вообще провокации со стороны Чухлиба может идти речь, когда он кладет деньги на стол, а Демин дает понять, что принял деньги",— задается вопросом господин Колесников. По его словам, даже показания свидетеля со стороны обвинения Глобы говорят о том, что никакой провокации взятки не должно было быть: "Боднар рассказал мне о намеченной им схеме. В частности, он предложил мне под любым предлогом возобновить контакт с Деминым, затем они планируют через меня подвести к нему так называемого ряженого, сотрудника МВД, или так называемую торпеду, то есть коммерсанта, который попросит решить возникшую проблему и предложит за оказание общего покровительства его бизнесу от $10 тыс.". По словам свидетеля, "на одной из встреч "торпеда" должна передать Демину деньги, после короткого периода времени необходимо было снова передать Демину деньги и уже после неоднократного получения им денежных средств за решение различных вопросов его планировали задержать".

Показания агентов о том, что в разработке господина Демина якобы были заинтересованы тогдашний начальник ГУЭБиПК Денис Сугробов и помощник президента Евгений Школов, генерал-майор Колесников назвал не соответствующими действительности. По его словам, фамилии высокопоставленных чиновников господин Боднар в разговоре с Глобой упомянул только для того, чтобы придать значимость проводимой операции. Давая показания о присовокупленной к обвинению в провокации взятки ст. 286 УК РФ ("Превышение должностных полномочий"), господин Колесников заявил, что ни физического, ни материального ущерба потерпевшему Демину никто не нанес. "Морально он также не пострадал, так как из мести дал обратку",— утверждает Борис Колесников. Кстати, согласно ведомственной статистике, в 2012-2013 годах сотрудниками оперативных служб различных правоохранительных органов было выявлено более 90 тыс. преступлений коррупционной направленности. По более чем 47 тыс. из них суды уже вынесли обвинительные приговоры. При этом стоит отметить, что в 65% случаев коррупционеров удавалось выявлять именно с помощью так называемых оперативных экспериментов. Предъявленное недавно обвинение по ст. 210 УК РФ ("Организация преступного сообщества или участие в нем") генерал Колесников называет "юридической нелепицей", целью которого является исключительно психологическое давление на обвиняемых. "О каком преступном сообществе может идти речь в отношении военизированного оперативного подразделения, где подчиненные сотрудники обязаны выполнять приказы",— задается вопросом высокопоставленный арестант. Отметим, что тяжкими последствиями в СКР признали саму возможность компрометации ФСБ РФ в лице одного из ее сотрудников.

Рассуждая о том, что СКР начал активно принимать заявления от фигурантов, которых разрабатывали сотрудники ГУЭБиПК, Борис Колесников предложил следствию добавить ему и его подчиненным к 210-й статье еще и ст. 209 УК РФ ("Бандитизм"), поскольку полицейские "при задержании коррупционеров" всегда были с табельным оружием. В СКР и ФСБ дело преступного сообщества не комментируют.