Газпром не избежал Украины

«Газпром» и НАК «Нафтогаз» приступили к обсуждению условий нового контракта о транзите газа через территорию Украины в Европу. Об этом «Ведомостям» сообщили два человека, близкие к сторонам переговоров. Причем речь идет не о пересмотре действующего до конца 2019 г. контракта, а об условиях транзита с 2020 г., говорят собеседники «Ведомостей». Вопрос о продолжении транзита после 2019 г. поднимался несколько недель назад, во время встречи представителей обеих компаний, знает собеседник, близкий к «Нафтогазу». «Контакты по периоду после 2019 г. начали», – подтверждает другой собеседник «Ведомостей». Какие условия транзита обсуждаются, собеседники уточнять не стали. Переговоры находятся в самой ранней стадии, следует из слов одного из них. «Мы задали [«Газпрому»] вопрос, что [в их понимании] значит «привлекательные коммерческие условия», - говорит собеседник, близкий к НАК. Но российская сторона пока не дала четкого ответа, добавляет он.

О чем спор

Между «Газпромом» и «Нафтогазом» действуют два контракта - о поставках газа на Украину и о транзите сырья через ее территорию в Европу. Оба были подписаны 19 января 2009 г. и действуют до конца 2019 г.

2 марта «Газпром» сообщил, что намерен досрочно расторгнуть соглашение, о чем уведомил «Нафтогаз».

 Дело в том, что за время действия контрактов ни «Нафтогаз», ни «Газпром» свои обязательства ни разу не выполнили. Украина не выкупала обязательные по условию «бери или плати» 41,6 млрд куб. м газа в год. «Газпром» ни разу не прокачал прописанные в контракте 110 млрд куб. м газа в год.

С середины 2014 г. взаимные претензии сторон по обоим контрактам были предметом разбирательств в Стокгольмском арбитраже. В декабре 2017 г. арбитры вынесли решение по прямым поставкам, снизив обязательства «Нафтогаза» более чем в 10 раз. 28 февраля был вынесен вердикт по контракту о транзите. Обязательства по транзиту газа «Газпромом» арбитры менять не стали и оставили в силе в полном объеме вплоть до конца 2019 г. По сумме решений «Газпром» обязан выплатить «Нафтогазу» компенсацию в размере $2,56 млрд за прошлые годы и оплатить стоимость транзита за 2018-2019 гг. на сумму около $4,7 млрд.

Украинская компания не демонстрировала желания что-либо менять. «Арбитраж [если дойдет до расторжения контрактов через Стокгольм] будет длиться годы», – говорил главный коммерческий директор «Нафтогаза» Юрий Витренко. «Ничего не произойдет, контракт будет действовать до конца 2019 г.» , – добавлял он.

О чем будут договариваться

«Газпром» был возмущен вердиктом арбитров и объявил о намерении расторгнуть оба контракта. Соответствующее уведомление было направлено «Нафтогазу» в начале марта.

Объемы транзита по «украинскому маршруту» и его стоимость – одна из основных причин конфликта между компаниями. Летом 2015 г. сомнение вызывал сам факт продления контракта после 2019 г. Новый не будет заключен ни при каких обстоятельствах, даже если Луна станет Солнцем, говорил зампред правления «Газпрома» Александр Медведев. «Газпром» обязательно проведет переговоры о его продлении, уточнял тогда Миллер, но проблема в том, что Украина предлагает неприемлемые условия. Среди прочего «Нафтогаз» настаивал на увеличении транзитной платы почти в два раза (с $2,7 до $5 за 1000 куб. м на 100 км).

Однако с 2014 г. конъюнктура европейского рынка газа значительно изменилась. Падение собственной добычи в Европе позволило «Газпрому» существенно увеличить поставки. В 2017 г. экспорт «Газпрома» в дальнее зарубежье достиг рекорда – 194,4 млрд куб. м (почти на 50 млрд куб. м больше, чем в 2014 г.). Доля российской компании на европейском рынке составила 35%. И «Газпром» считает, что это не предел.

Почти половина поставок – около 93 млрд куб. м газа – пришлось на украинский маршрут. Даже строительство двух новых экспортных газопроводов – «Северный поток – 2» и «Турецкий поток» – не позволит столько экспортировать без продления транзитного контракта с Украиной. И не важно оперировать в этом смысле суммарной проектной мощностью «Северного потока – 2» и «Турецкого потока» (86,5 млрд куб. м) или пиковыми возможностями физических суточных поставок. Кроме того, декабрьская авария на хабе в Баумгартене еще раз подтвердила необходимость иметь резервные экспортные мощности.

Без Украины не обойтись

После завершения строительства новых труб в конце 2019 г. таким резервом «Газпром» видит именно украинский транзит. Регулярные поставки по этому маршруту могут снизиться почти в 10 раз – до 10-15 млрд куб. м газа в год, говорил в начале апреля Миллер. «Российская ресурсная база смещается на север, и в центральном газотранспортном коридоре просто не будет ресурсов в прежних объемах», – заявил он 10 апреля. Кроме того, стоимость транспортировки газа через «Северный поток – 2» будет как минимум на треть ниже по сравнению с украинским маршрутом, сообщал «Газпром».

Украина в свою очередь заинтересована в том, чтобы сохранить транзит газа через свою территорию в максимально возможном объеме. Целью строительства обходных газопроводов, в первую очередь «Северного потока – 2», в интервью немецкому Handelsblatt президент Украины Петр Порошенко называл «введение экономической и энергетической блокады Украины». В первую очередь речь идет о потере платы за транзит. По соглашению 2009 г. она составляла $2,35 млрд за 110 млрд куб. м.

На протяжении нескольких лет позицию «Нафтогаза» в спорах с «Газпромом» активно поддерживают Польша и страны Прибалтики. О необходимости сохранения украинского транзита в «достаточном» объеме неоднократно заявляли представители Еврокомиссии. 10 апреля о необходимости сохранить транзит газа через Украину впервые публично заявила канцлер Германии Ангела Меркель. «Я четко дала понять, что проект «Северный поток – 2» не может быть реализован без ясности в отношении будущей транзитной роли Украины», – сказала Меркель на совместной с Порошенко пресс-конференции в Берлине. «Ясно, что это не только экономический вопрос, но есть также политические соображения», – цитирует ее слова Reuters. Ранее позиция официальной Германии заключалась в том, что строительство нового трансбалтийского трубопровода – исключительно коммерческий проект.

«Мы никогда не ставили вопрос об отказе от украинского транзита», – парировал Миллер 10 апреля.