Герман Греф неровно дышит на активы Марселя Юсупова

Сбербанк претендует на первую скрипку в банкротном деле башкирского предпринимателя Марселя Юсупова. По его требованию из реестра кредиторов бизнесмена может быть исключена московская компания «Фармэллинрус», ставшая инициатором банкротства господина Юсупова за долг в размере $8 млн (около 500 млн руб.). Сбербанк — второй по величине кредитор предпринимателя после «Фармэллинрус». Активов Марселя Юсупова на удовлетворение требований всех кредиторов не хватает: обязательства бизнесмена оцениваются в 830 млн руб., а стоимость активов — всего в 475 млн руб.

Между кредиторами бизнесмена Марселя Юсупова (вел дела в Башкирии и Челябинской области) возникли серьезные разногласия. Сбербанк — второй по величине кредитор предпринимателя, которому тот остался должен более 230 млн руб., предпринимает попытку исключить из реестра требований крупнейшего кредитора и инициатора банкротства господина Юсупова — московскую компанию «Фармэллинрус» предпринимателя Балаша Балашова. По иску банка арбитражный суд Башкирии признал недействительным договор поручительства, заключенный в 2014 году Марселем Юсуповым и «Фармэллинрус». Истец указал, что договор был подписан «в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов», так как на момент его подписания у господина Юсупова уже были признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Требования банка в суде поддержали предпринимательница из Челябинска Татьяна Гуганова (является совладелицей компании «АЗС регион» и других), а в октябре — финансовый управляющий бизнесмена Андрей Козлов.

Господин Юсупов выступал поручителем перед «Фармэллинрус» по обязательствам Башкирского птицеводческого комплекса имени Гафури (БПК, был третьим в РФ производителем мяса индейки, бренд «Индюшкин»), в интересах которого привлекал заем со сроком возврата в январе 2019 года. При этом прямым акционером БПК господин Юсупов не являлся: на тот момент он, как и Балаш Балашов, был депутатом Госдумы, а владельцами БПК была его дочь Нелли и деловой партнер, владелец Уралкапиталбанка Дамир Камилов. В ходе банкротства производственный комплекс БПК был арендован структурами владельца гостиничной сети Azimut Hotels Александра Клячина.

Суд, удовлетворяя иск Сбербанка, согласился с тем, что на момент заключения договора поручительства рыночная стоимость активов, которыми владел Марсель Юсупов, была значительно ниже суммы обязательств по займу, составлявшей $12 млн. На тот момент предпринимателю принадлежали доли в АО «Уфимский хлопчатобумажный комбинат» (владеет и управляет ТРК «Мегаполис»), ООО «Башкирия» (совладелец апарт-отеля «Парк сити» в Уфе), торгово-выставочном комплексе «Аркаим-экспо», рыбоводческом стационаре «Таймень» и других компаниях. Суд также признал, что между БПК и господином Юсуповым не было «определенных хозяйственных связей», которые бы обуславливали «экономическую целесообразность заключения договора поручительства». Кроме того, суд учел довод Сбербанка о том, что предоставление займов не было основным видом деятельности компании «Фармэллинрус» (основным является управление недвижимостью).

Напомним, что перед тем как подать на банкротство Марселя Юсупова, «Фармэллинрус» в 2017 году заключил с ним и другим поручителем, Дамиром Камиловым, мировое соглашение. В нем поручители признавали обязательства в размере $8 млн, проценты в размере $151,78 тыс. и $1 млн неустойки — в общей сложности $9,15 млн.

Активов Марселя Юсупова не хватает для удовлетворения требований всех кредиторов. Его обязательства оцениваются в материалах банкротного дела в 830 млн руб., стоимость активов — в 474,8 млн руб. В числе активов — доли в уставных капиталах компаний «Дорзеленстрой», «Космос», «Башкирия», ТВК «Аркаим-Экспо», АО УХБК, «Учалытеплосервис».

В «Фармэллинрус» вчера заявили: «У нас нет слов», а от других комментариев воздержались.

Финансовый управляющий Марселя Юсупова Андрей Козлов от комментариев отказался, предложив дождаться вступления в силу решения суда.

Марсель Юсупов для связи был недоступен.

По мнению юристов, основной кредитор может попытаться доказать, что бизнесмен был фактическим владельцем компании, за которую поручался. «Например, доказать, что передача актива в собственность члена семьи была злоупотреблением правом»,— отмечает управляющий партнер компании «Право и бизнес» Александр Пахомов.

По мнению партнера юридической компании «Сотби» Антона Красникова, ряд выводов суда выглядит спорным. Например, вывод о признаках неплатежеспособности заемщика на момент сделки. «Судя по картотеке арбитражных дел, в 2014-2015 годах не имелось не только сколько-нибудь значимых судебных разбирательств с участием должника, но и каких-либо иных указаний на его неплатежеспособность»,— отмечает юрист. Он полагает, что суд «полностью уклонился от исследования фактической и юридической аффилированности сторон договора поручительства», а между тем, средства займа по договору поручительства поступили к должнику, но не были возвращены.

Адвокат Аскар Мингазетдинов также считает, что выводы суда об отсутствии оснований для заключения договора поручительства выглядят преждевременными. «Если „Фармэллинрус“ предоставит доказательства, что Марсель Юсупов являлся реальным владельцем БПК, решение суда может быть отменено»,— полагает он. По мнению эксперта, Сбербанку и другим кредиторам стоило оспаривать не договор поручительства, а мировое соглашение 2017 года. «Оно было заключено в преддверии банкротства предпринимателя. В этом случае у кредиторов были бы хорошие шансы доказать, что соглашение было заключено во вред остальным кредиторам»,— отметил адвокат.