Горно-обнищавший комбинат из Нижнего Тагила

К уже существующей сотне арбитражных дел в отношении комбината прибавилось два иска на сумму более 1 млрд рублей, один от налоговой, второй — от энергетиков. Последние уже несколько лет судятся с ГОКом из-за многомиллионных долгов, сократив до предела его энергоснабжение. Остановка предприятия, по мнению экспертов, может вызвать временный дисбаланс на рынке железной руды. 

Градообразующий для Нижнего Тагила ВГОК начал консервацию одной из трех своих железнорудных шахт на прошлой неделе. «Легендарная шахта “Магнетитовая” завершает свой славный трудовой путь…Основная причина консервации — экономическая нецелесообразность дальнейшей отработки», — говорится в заявлении владеющей ВГОК группы «Урал» (НПРО) Владислава Шацилло.

Подземная добыча на «Магнетитовой» началась в 1946 году, ее мощность к 1970-м достигла 4,5 млн тонн железной руды в год. В 2000-х мощность просела до 1,5 млн тонн, а к 2015-му — менее 1 млн тонн. Истощение запасов, низкая производительность актива и его нерентабельность вынудила руководство еще в 2015-м законсервировать шахту, но «финансовый кризис, вызвавший резкое падение цен на железорудное сырье», не позволил приступить к работам. Тем временем мощность продолжила снижаться, и к 2023-му составила уже меньше 500 тыс. тонн в год.

ВГОК — старейшее горно-обогатительное предприятие Урала и одно из крупнейших горнодобывающих предприятий в регионе. Добыча на месторождении началась в июле 1721 года по указу Петра I.

Его основная продукция — железная руда (открытая и подземная добыча), концентрат мокрой магнитной сепарации, доменный агломерат, известняк, дунит, щебень, песчано-щебеночная смесь. В структуре комбината три шахты: «Магнетитовая», «Естюнинская» и «Южная».

Согласно ежемесячным отчетам НПРО по планам добычи на комбинате и ее качественным показателям, из всех трех шахт результатами иногда хвастается только «Естюнинская». При этом она хоть и перевыполняла планы, но незначительно. Все это не могло не отразится на финансовых результатах — прошлый год ВГОК закончил с убытками в 700 млн рублей. Его валовая прибыль сократилась почти в 60 раз, а выручка упала в 1,6 раза, тогда как еще в 2021 году комбинат показал прибыль в 1,86 млрд рублей.

Колосс на глиняных ногах

ВГОК после приватизации в 1990-х стал одним из четырех железнорудных активов в структуры Evraz Group. В 2013 году холдинг решил продать комбинат со снижающейся рентабельностью (с 21,2% в 2011 году до 0,1% — в 2012-м), сосредоточившись на развитии Качканарского ГОКа.

Уже тогда предприятие демонстрировало ухудшение показателей: выручка в 2012-м составила 7,5 млрд рублей, прибыль — 6 млн рублей (в 2011 году — 9,67 млрд и 1,6 млрд рублей соответственно). В 2012 году убыток до вычета налогов составил порядка 330 млн рублей.

В отчете ВГОКа утверждалось, что ухудшение финансовых показателей обусловлено «резким снижением рыночных цен на железорудную продукцию», производством железофлюса исключительно для «Евраз НТМК» и снижением объемов производства в целом на 5%.

Источник «Коммерсанта» утверждал, что Evraz не исключал закрытие ВГОКа, если бы на него не нашлось покупателей. Однако комбинат за $20 млн приобрел НПРО Шацилло. При этом холдинг пообещал ВКОГу финансовую поддержку до 400 млн рублей «для нормализации оборотного капитала комбината».

Через год после сделки руководство ВГОКа заявляло о создании новой стратегии развития предприятия. По их словам, при Evraz развитие комбината велось «по остаточному принципу». Однако спустя еще год, в 2015-м, ВГОК после смены владельца встретился с первым иском о банкротстве со стороны ООО «Теплосервис» — одного из поставщиков тепловой энергии. Истец утверждал, что сумма долга ВГОКа перед ними составила более 10,2 млн рублей.

Дела комбината шли далеко не в гору — он  продолжил приносить убытки и генерировать новые стратегии, которые в 2018 году привели к ограничению подачи электричества из-за долгов на 166 млн рублей. Еще тогда свердловский филиал ОАО «Энергосбыт Плюс», поставлявший комбинату электричество, грозился подачей иска о банкротстве. Руководство ВГОКа проблему растущего долга не решало. Энергетики со своей стороны тоже не могли полностью отключить предприятие от электричества — оно входит в список неотключаемых потребителей, а также обладает технологической бронью (минимальным уровень энергоснабжения, при котором предприятие может закончить начатый технологический цикл производства).

ВГОК проходит ответчиком по сотням дел, следует из данных картотеки арбитража. Наиболее крупные иски поступали именно от ресурсоснабжающих компаний, однако самым весомым стал иск о банкротстве комбината со стороны инспекции Федеральной налоговой службы (ФНС) №16 по Свердловской области. В иске налоговая утверждает, что ВГОК задолжал государству 924,6 млн рублей. Помимо этого, УФССП завело на комбинат сотни исполнительных листов по просроченным обязательствам на сумму около 660 млн рублей, следует из данных СПАРК.

Несмотря на огромные долги, ВГОК раздает займы Amber Glow International Group Limited (Британские Виргинские острова), утверждали в суде «Энергосбыт Плюс». Причем через эту фирму сам Шацилло владеет ВГОКом. Так, в 2013 комбинат выдал офшору 159,2 млн рублей со ставкой в 11,2%  и сроком возврата в 2018-м, но позже дополнительным соглашением снизил ставку до 6%, как и срок возврата — до декабря 2023 года. По такой же схеме в 2013-м кипрская компания получила от ВГОК еще $15 млн.

По словам экспертов, на изменение финансового положения ВГОКа могли повлиять в том числе и внешние факторы:

истощение месторождений;

изменение конъюнктура рынка и увеличение конкуренции на нем;

рост цен на используемые ВГОК товары и услуги.

Вероятность банкротства ВГОКа достаточно высока, отмечает промышленный эксперт Леонид Хазанов. Закрытие его может вызвать временный дисбаланс на рынке железной рудыПри этом если предприятие после реструктуризации долга продолжит работать, то металлургический рынок изменений не заметит. 

Впрочем, как отмечают эксперты, объемы добычи железной руды в России превышают потребление. И если даже банкротство приведет к остановке работы ВГОК, поставки необходимого сырья будут обеспечены другими компаниями, отмечает ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов.