Греф и Репик в обнимку двинулись в аптеку

Происходит это на фоне слухов о скорой продаже одной из самых крупных аптечных сетей страны, владелец которой скрывается в офшорах и которую связывают с сыном Валентины Матвиенко. Потому вряд ли кто-то удивится, если скоро мы увидим новую частную монополию, ставшую главным выгодоприобретателем системы лекарственного страхования.

В апреле в России произошло событие, которое осталось малозаметным для широкой публики, однако весьма бурно обсуждалось в фармацевтической отрасли. Тогда Роскомнадзор заблокировал сайт Superapteka.ru, принадлежащий группе компаний «Эркафарм» (за которой может стоять сын Валентины Матвиенко, об этом – дальше). Группа состоит из аптек «Доктор Столетов», «Озерки» и «Самсон-Фарма», хотя владение последней она отрицает. Портал заподозрили в онлайн-торговле рецептурными лекарствами – незаконной, но весьма распространённой практике.

Владелец сайта назвал претензии необоснованными – то ли удалил спорную информацию, то ли её и правда не было. Доступ к порталу восстановили в течение нескольких дней. Но наше внимание вся эта история привлекла не только потому, что государственный орган впервые заблокировал ресурс одной из крупнейших аптечных сетей. И не только потому, что «Эркафарм» уже много лет остаётся «тёмной лошадкой» с неизвестными собственниками, спрятанными за швейцарским инвестиционным фондом. Ситуация с блокировкой сайта может быть лишь промежуточным ходом в большой игре по переделу рынка лекарственной розницы. И весьма вероятно, что в финале мы увидим рождение новой монополии, на этот раз аптечной.

Невозможно представить иной результат, если похоже, что за дело взялись глава Сбербанка Герман Греф и владелец «Р-Фарм» Алексей Репик. Судите сами: по итогам 2020 года первая десятка аптечных сетей занимала в России более 30% рынка. На первом месте «Ригла» (6,4%), на втором – ГК «Эркафарм» (4,6%), на третьем – «Неофарм» (3,5%). При этом на сервис «Сбер Еаптека», на развитие которого Греф и Репик сделали большую ставку, приходилось всего 0,6% рынка размером почти в 1,5 трлн рублей. Игра стоит свеч!

Понятно, что в отличие от крупных аптечных сетей совместный проект «Сбера» и владельца «Р-Фарм» продаёт лекарства только в интернете. Но, по всей видимости, именно он окажется главным выгодоприобретателем онлайн-торговли рецептурными лекарствами, которая вот-вот станет легальной. Что дальше – наступление на традиционные аптеки? Подчинённые Германа Грефа, по сути, не скрывают, что всё идёт к этому.

Распилить гиганта

В феврале в фармотрасли усилились слухи о грядущей смене владельца ГК «Эркафарм». Причём, как писали тогда «Ведомости», покупателя аптечным сетям ищет Сбербанк – их основной кредитор. В самой группе подготовку к продаже опровергли. Однако источник, близкий к сети «36,6», сообщил, что она была в числе тех, кто уже получил предложение о покупке. По всей видимости, тогда речь шла лишь о части аптек. Стоимость активов «Эркафарм» оценивается в 15–18 млрд рублей, продать их в одни руки будет непросто. Да и если этот аптечный монстр целиком перейдёт под контроль структур, близких к «Сберу», ситуация должна вызвать вопросы.

Эксперты считают, что группу «Эркафарм» может выкупить консорциум инвесторов, которые потом разделят активы между собой. Причём некоторые аналитики называют среди возможных покупателей не только действующие аптечные сети, но и крупных фармпроизводителей, у которых сейчас нет собственной розницы. Зачем гигантам, которые и так хорошо зарабатывают на госконтрактах, возиться с разбросанными по стране аптечными сетями?

Ответ может быть простым: осенью прошлого года вице-премьер Татьяна Голикова анонсировала создание в России системы лекарственного страхования. Суть системы в том, что не только льготники, но и все граждане, имеющие выписанные врачом рецепты, смогут получить препарат за счёт государства. И если крупные производители лекарств вроде «Р-Фарм» возьмут под контроль розницу, им будет куда проще диктовать правительству свои цены и условия. Нечто похожее мы уже видели, когда в бытность Татьяны Голиковой главой Минздрава компания Алексея Репика стала получать крупные госконтракты по программе «Семь нозологий». Учитывая же версию, что Алексей Репик может являться всего лишь «витриной» бизнеса, принадлежащего в реальности Голиковой, становится ясно: при таком административном ресурсе создать монополию вполне реально.

Кто продавец?

Круг возможных покупателей аптек группы «Эркафарм» более-менее понятен. Но кто же продавец? Как мы уже сказали, владельцы второй по величине аптечной сети в России себя не афишируют. Известно, что ЗАО «Эркафарм» было создано в 1994 году аспирантом московского мединститута Иваном Саганелидзе и почти сразу вошло в холдинг будущего премьер-министра Грузии Бидзины Иванишвили, который тогда владел банком «Российский кредит». В 2011 году Иванишвили продал свои российские активы. Покупателем «Эркафарма» стала люксембургская инвестиционная компания Haden S.A. При этом, как писал журнал РБК, в официальном заявлении компании «Уникор» (управляла бизнесом Иванишвили) сообщалось, что компания действовала в интересах петербургского ЗАО «Империя-Фарма». По данным целого ряда СМИ, участники отрасли считали, что ЗАО «Империя-Фарма» входит в структуру петербургского холдинга «Империя». В свою очередь, основателем «Империи», по данным ЕГРЮЛ, в 2003 году был Сергей Матвиенко, сын нынешнего спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко.

Судя по публикациям «Газета.ru», Сергей Матвиенко тесно общался с гендиректором «Империи-Фарма» Омаром Гурцкая. Петербургские издания даже писали о возможном родстве последнего с бывшей женой Матвиенко певицей Зарой. При этом управляющий директор «Империи-Фарма» Михаил Степанов в интервью изданию Vademecum в 2013 году утверждал, что компания лишь выступала в качестве консультанта Haden S.A. в ряде сделок, а юридической связи между компаниями никогда не существовало.

В 2016 году в ходе скандала вокруг утечки «Панамского досье» появилась информация, позволяющая сделать вывод, что связь всё-таки была. Международная ассоциация журналистов-расследователей (ICIJ) обнаружила, что по состоянию на 2015 год Haden S.A. была головной структурой для компаний Freya Developments и Etzel Management (Британские Виргинские острова). По данным ICIJ, владельцами обоих офшоров были Омар Гурцкая и его компаньон по нескольким компаниям в Петербурге Шорена Гугучия. По данным Росстата в СПАРК, последний раз собственник ЗАО «Эркафарм» менялся в 2013 году.

Представители компании не комментируют структуру собственности. Но кем бы ни являлись её нынешние бенефициары, продажа активов по частям, очевидно, позволит им получить не менее 15 млрд рублей и избавиться от вопросов, которые всё ещё могут возникнуть в связи с утечкой офшорных документов в 2016 году.

На пороге глобального передела

В октябре 2020 года Сбербанк и «Р-Фарм» Алексея Репика купили 90% онлайн-сервиса «Еаптека». В 2019 году россияне оформили в интернет-аптеках 51,6 млн заказов на 86,3 млрд рублей – почти в 2 раза больше, чем годом ранее. Ещё тогда, до пандемии, участники рынка сходились во мнении, что отрасль стоит на пороге глобальных перемен – сомнений в скорой легализации доставки рецептурных лекарств, которая обсуждается правительством с 2017 года, ни у кого не было. Ситуация с коронавирусом лишь ускорила процесс: весной прошлого года в России официально разрешили дистанционную торговлю безрецептурными препаратами. А на фоне пандемии Минцифры внесло «Еаптеку» в список социально значимых сайтов, попасть в который стремятся все крупные продавцы лекарств в онлайне. Вполне возможно, что блокировка сайта «Эркафарма» и была призвана отодвинуть его подальше от этого списка.

Впрочем, интернетом дело вряд ли ограничится. В конце апреля зампред правления Сбербанка Лев Хасис рассказал журналистам, что «Сбер Еаптека» готовится запустить торговлю лекарствами прямо в банковских отделениях. Каково придётся при таком раскладе традиционным аптекам, многим из которых сейчас непросто платить за аренду помещений, представить нетрудно. Равно как и то, кто именно получит десятки миллиардов рублей по программе лекарственного возмещения. Хочется верить, что потребности российских пациентов не станут лишним звеном во всей этой схеме, но верится с трудом.

Конкретно

Правительство России намерено легализовать онлайн-торговлю рецептурными препаратами вместе с внедрением электронных рецептов, которые уже используются в ряде регионов в тестовом режиме. При этом с самого начала запрет на такую торговлю воспринимался как искусственный. Многие больные давно выучили названия «своих» лекарств. Но даже если речь не идёт о препаратах строгой отчётности, их как бы вынуждают стоять в очередях и платить за приём у врача. Гораздо проще заказать лекарство в онлайн-аптеке без предъявления каких-либо бумажек. Многие из них лишь просят поставить «галку» напротив уведомления о заказе рецептурного препарата.

Дальше наличие рецепта у покупателя должен проверить либо фармацевт при самовывозе, либо курьер, который доставляет лекарство на дом. В реальности аптеки пренебрегают этими мерами. Абсолютно ни у кого из журналистов «Нашей Версии», заказывавших лекарства через интернет, рецепты не проверяли, что, может быть, в нашем случае было и к лучшему. Серьёзный разговор о запрете онлайн-торговли рецептурными препаратами невозможен на фоне существования аптек, ввозящих таблетки, которые наше государство не спешит сертифицировать. Причём продаётся эта «контрабанда» почти открыто.