Когда накроется банк ‟Югра‟

На очередном ежегодном собрании акционеры банка «Югра» приняли решение направить 4,75 млрд рублей на докапитализацию. Дело хорошее, правда, смущает одно обстоятельство. Собрание состоялось 10 апреля, а публика об этом решении узнала лишь два дня спустя. Причины задержки представители «Югры» объяснять не стали, пояснив лишь, что источником средств стала нераспределенная прибыль прошлых лет.

Туманность пояснений акционеров данного кредитного учреждения становится традицией. До этого они сообщили о направлении на пополнение капитала банка 28 млрд рублей. И хотя решение касалось итогов 2016 года, появление средств на балансе банка было анонсировано именно на 10 апреля. После чего (в заявлениях) появились еще 4,75 млрд. Поясняя причину выделения 28 млрд, банк говорил о необходимости развития кредитного учреждения. Но тогда же стало известно, что это были не абстрактные требования времени, а совершенно конкретные, и исходили они от Банка России.

Для того, чтобы оценить финансовое положение «Югры», следует обратить внимание на ее структуру. Активы «Югры» на 1 января составили 368,6 млрд руб., за прошлый год они выросли более чем в два раза. По этому показателю банк вырвался на 28-е место в списке российских кредитных учреждений. Безумные темпы роста фондировались в основном за счет вкладов физических лиц. Общий объем привлеченных клиентских средств составил 218,17 млрд рублей, львиную долю из которых (80,6%) обеспечили депозиты физиков.

Остальные 19,4% – это средства корпоративных клиентов. За банком вполне может закрепиться репутация финансового «пылесоса» - за высокие проценты по привлеченным вкладам физических лиц. По некоторым из них процентная ставка превышает 10 % годовых - невиданная отметка для кредитных учреждений такого размера. Таким образом нет ничего удивительного, что объемы средств физических лиц, размещенных в «Югре», растут двузначными темпами. Куда более интересно то, что большая часть из них уходит затем в корпоративные кредиты. Кредиты населению составляют меньше одного процента от всего кредитного портфеля.

Подобный дисбаланс - предмет для постоянных волнений как вкладчиков, так и регуляторов. Тем более что в Москве «Югра» обосновалась лишь в прошлом году, хотя формальная дата регистрации банка - 1990-й год. Это созданный на базе филиала Промстройбанка города Мегион Тюменской области» - один из старейших российских банков. Но вплоть до 2013 года особых выдающихся достижений за «Югрой» замечено не было.

Космический взлет банка начался после того как у него появились новые акционеры. В настоящее время главным акционером «Югры» является скандальный крипто-бизнесмен Алексей Хотин, о котором не известно вообще ничего. Вплоть до фотографии этого человека! По данным самого банка, Алексей Хотин - это лицо, под контролем и значительным влиянием которого банк находится в соответствии с критериями МСФО (IAS). Банку России понадобилось несколько лет для, чтобы добиться официального признания очевидного для всего рынка факта.

Алексей Хотин - не просто очень богатый человек, входящий в сотню богачей по списку «Форбс». Он известен как король столичной недвижимости, которому принадлежит новое здание гостиницы «Москва» на Манежной площади, за право перестроить которую воевали самые влиятельные группы. Скорее всего в пользу Хотина сыграло его белорусское происхождение, где, как известно, все деньги контролируются «наверху». В переводе на обычный русский язык это означает, что в любой момент империя Алексея Хотина может стать заложницей развития политической ситуации - как в самой Белоруссии, так и в отношениях ее с Россией.

Быстрые темпы роста, стремительное перемещение по России, а также безусловная связь с империей московской недвижимости сделали из «Югры» объект пристального внимания со стороны Банка России. В начале апреля в московский (теперь уже ставший центральным) офис банка пришла команда сразу из двух ведомств - ЦБ и АСВ. Утверждается, что это обычная плановая проверка. Однако есть версия, что решение о спешном выделении 4 млрд на пополнение капитала - это, скорее всего, следствие такого живого интереса главных банковских контролеров. Как показывает история и практика, главный метод выживания подобной модели - превращение в бизнес, который «легче спасти, чем закрыть». Если удастся, конечно.