Последние по закону могут установить сами компании, что они с успехом и делают. Год назад Минэкономразвития насчитывало порядка 3500 различных вариантов, теперь их стало уже 4480, среди них, например, «неконкурентная закупка», «непосредственная закупка», просто «новый способ закупки» и даже «приглашение к сотрудничеству».
В итоге на торгах в среднем нет и двух заявок от поставщиков, всего 1,6, правда, по сравнению с 2015 г., когда в среднем было 1,2 поставщика, показатель улучшился.
На пять крупнейших заказчиков («Роснефть», «Газпром», «Аэрофлот», «РН-транс» и РЖД, всего их зарегистрировано 86 419) пришлось 28% от всех извещений о закупках и 41% всех заключенных договоров.
Закупочная политика этой пятерки во многом определяет состояние конкурентной среды на отраслевых рынках, замечают авторы мониторинга. Чиновники проанализировали положение о закупках и выяснили, что, например, «Роснефть» минимум в 70% случаев использовала неконкурентные процедуры (см. график; данные по реестру договоров посчитаны не по всем пяти крупнейшим госзаказчикам).
У «Роснефти» два основных вида конкурентных закупок – запрос цен и запрос предложений, которые она проводит на электронной торговой площадке «ТЭК-торг», рассказывает гендиректор «ТЭК-торга» Дмитрий Сытин. С конца 2016 г. компания ввела онлайн-переторжку, фактический аналог электронного аукциона, где цены снижаются в реальном времени, таких процедур прошло уже около сотни, электронных аукционов «Роснефть» пока не проводит, рассказывает Сытин.
«Роснефть» не ответила на запрос «Ведомостей».
Проблема в том, что не все заказчики называют вещи своими именами, комментирует директор департамента развития контрактной системы Минэкономразвития Максим Чемерисов. Закон позволяет заказчику придумывать способы закупок на свое усмотрение, но за ними часто скрывается тот же единственный поставщик, объясняет он. Поправки, которые находятся в Госдуме, должны существенно улучшить прозрачность закупок и сократить «творчество» заказчиков в части придумывания способов закупок, считает он.
То, что на пять компаний приходится 28% всех закупок, – отражение специфической структуры экономики, которое может быть интерпретировано в терминах неблагоприятной для конкуренции среды, замечает директор Центра исследований конкуренции и экономического регулирования РАНХиГС Андрей Шаститко. Если по каким-то причинам нам не нравится такое соотношение, то его можно поменять как побочный результат корректировки системы регулирования и структуры экономики, но есть ли запрос на последнее, спрашивает он.
